Хорошая девочка должна умереть - Холли Джексон

— ради них же самих. Впрочем, она проследит, чтобы им ничего не грозило. Если план сработает, все будет хорошо; если же нет, она одна за всех ответит. Она дала себе слово. Иначе не пришла бы сюда, не встала бы на пороге и не попросила о помощи.

Пиппа посмотрела на Нэт и увидела в ярких голубых глазах свое отражение.

Когда-то Нэт никто не поверил, так же как не верили Пиппе. Они разделили тьму на двоих. Пиппа знает, как рыдала Нэт в тот день, когда Макса оправдали. Эта боль связала их воедино. Они смотрели друг на друга и видели сквозь маски.

— У тебя будут проблемы? — спросила Нэт.

— Уже есть, — тихо ответила Пиппа.

Нэт протяжно выдохнула, отпустила Пиппу и взяла ее за руку, переплетая пальцы.

— Что надо делать?

Глава тридцать пятая

Тюдор-лейн. Одна из тех улиц в Литтл-Килтоне, которые не давали Пиппе найти себя. Возвращение было неизбежно, нынешний путь уготован ей судьбой.

Впереди справа показался дом Хастингсов, где все и началось много лет назад. Именно здесь собрались в ту ночь пятеро подростков, в том числе Сэл Сингх, Наоми Уорд и Макс Хастингс. У Сэла изначально было алиби, однако стараниями Эллиота Уорда его оговорили. Значит, здесь и надо положить всему конец.

Пиппа оглянулась через плечо на друзей, что сидели в машине Джейми, припаркованной чуть дальше по улице. Ее собственный автомобиль стоял рядом; Нэт кивнула из темного салона, и Пиппа выдохнула. Взявшись за лямки рюкзака, она пересекла улицу и остановилась возле забора, окружавшего дом Хастингсов. Заглянула в сад сквозь ветви. Перед крыльцом, как и ожидалось, стояла только одна машина — Макса. Его родители нынче жили на вилле в Италии — избавлялись от стресса после Пиппиных «выходок». Если Пиппа рассчитала правильно, Макс вернулся с пробежки около восьми вечера. Их регулярные встречи на протяжении последних месяцев были не так уж бесполезны.

Макс должен находиться в доме один и не догадываться, что к нему пришли гости. Впрочем, Пиппа его предупреждала. Давно, много дней назад: «Насильник, я тебя достану!»

Камеры, установленные по обе стороны от входной двери, по косой смотрели вниз на садовую дорожку, ведущую к крыльцу. Может, и не работают вовсе, просто муляжи, но лучше считать их настоящими. Ничего страшного: у камер все равно есть слепая зона возле стены.

Пиппа похлопала по карманам, проверяя, на месте ли скотч, а также одноразовый телефон, пакетик с порошком и пара латексных перчаток. Потом ухватилась за перекладину забора чуть выше пояса и закинула наверх ноги. Тихо спрыгнула по ту сторону в тень под дерево. Держась правого края живой изгороди, подошла к дому, к тому самому окну, которое разбила несколько месяцев назад.

В комнате было темно — там располагался кабинет, — но за приоткрытой дверью в коридоре виднелся свет.

Прижимаясь к стене, Пиппа бочком подобралась к ничего не подозревающей камере. Сунула руку в карман, взяла рулон скотча и нащупала краешек. Оторвала кусок. Вытянулась во весь рост, вставая на цыпочки, и просунула руку под камеру, держа ленту наготове. Прижала ее к линзе, полностью залепив объектив. Сверху для пущей надежности приклеила еще один кусочек скотча.

Первая камера готова, теперь вторая. Однако подойти к ней сразу нельзя. Пиппа ушла тем же путем: вдоль дома и живой изгороди, перепрыгнула через забор под деревом. Прошла по тротуару с опущенной головой и поднятым капюшоном к другой стороне дома. Между двумя кустами в заборе обнаружилось отверстие. Пиппа пролезла в дыру и обошла дом. Бочком подкралась к крыльцу. Оторвала еще кусок скотча, привстала и заклеила объектив.

Выдохнула. Отлично, камеры больше не работают, и понять, кто их отключил, невозможно.

Пиппа обошла дом сбоку, осторожно приблизившись к светящемуся окну со стороны заднего фасада. Наклонилась вбок и заглянула.

В комнате ярко горели желтые лампы на потолке, по стенам метались голубые всполохи. Пиппа нашла взглядом их источник: огромный телевизор, висящий на задней стене. Перед экраном сидел Макс Хастингс, его растрепанная светлая макушка виднелась над подголовником дивана. Держа в руках джойстик, он тыкал в одну и ту же кнопку, и пистолет на экране плевался пулями. Макс сидел, закинув ноги на дубовый кофейный столик, где стояла мерзкая синяя бутылка, которую он повсюду таскал с собой.

Пиппа сделала два глубоких вдоха, прислонившись спиной к кирпичам и зажав между коленями сумку. Именно этого Рави и боялся: Пиппа могла случайно сорваться и потерять голову, поэтому он хотел быть рядом, чтобы помочь.

Впрочем, Макс дома, и синяя бутылка у него под рукой. Если Пиппе удастся залезть в дом, больше ничего не требуется. Макс даже не узнает, что она была у него в гостях.

Времени будет в обрез. В лучшем случае пара минут. Джейми предложил отвлечь Макса: сказал, что продержит его у дверей хоть целый час. Они вместе учились, поэтому Джейми придумает, чем его занять.

Однако Нэт покачала головой и шагнула вперед.

— Ты упрячешь его за решетку до конца дней? — спросила она у Пиппы.

— От тридцати лет до пожизненного.

— Тогда это мой последний шанс с ним попрощаться. Я его отвлеку, — сказала она, решительно стискивая зубы.

Такое же выражение было на лице Пиппы, когда она полезла в карман, сжимая пальцами скользкие латексные перчатки. Потом она достала одноразовый телефон, в чью память был забит номер одноразового телефона, который она только что дала Джейми и Коннору.

«Готова», — медленно напечатала Пиппа, чувствуя, как пальцы неудобно скользят внутри перчаток.

Прошло несколько секунд, вдалеке хлопнула дверца машины.

К дому шла Нэт. Вот-вот она позвонит в дверь.

С этого момента жизнь Пиппы будет зависеть от последующих полутора минут.

Пронзительный писк дверного звонка показался диким грохотом.

Пора!