Гэвин Лайл - С мертвых не спросишь

– Разве? Нет, рановато.

Он тут же согласился. Ну разумеется, он сам не хочет, просто подумал, что, может быть, я хочу, но стесняюсь предложить ему присоединиться...

Ничего, пусть терпит.

– А как вы спаслись со "Скади"? – словно мимоходом спросил я.

– Зачем вам?

– Да так, – я вылил в чашку остатки кофе и отвернулся в сторону.

– На этом... на спасательном плотике.

– Кто его сбросил? Вы?

– Нет, кто-то из команды. Я...руки... вот... – Он вытянул вперед свои изувеченные кисти. – Я просто прыгнул в море и поплыл, вижу – плот.

– На нем вы были один?

– О, да.

– Гребли?

– Нет... руки...

– Прошу прощения. И что дальше?

Он пожал плечами.

– Меня подобрали.

– Больше вы ничего не помните?

– Ничего.

– Почему?

Он наморщил лоб.

– Не знаю...

– Может быть, вы тогда здорово набрались?

– Нет! Нет, нет! – он запустил в меня кофейником.

Конечно, не слишком разумно доводить его до такого состояния, но никогда не угадаешь реакции алкоголика.

Наши вернулись около половины второго. Кэри с Дэвидом занялись обедом, а мы с Вилли прогуливались по дороге, швыряя камни в бурную речку. Стало довольно тепло, дорога начала раскисать, кое-где на проталинах пробивалась зеленая травка.

– Вы чего-то добились? – спросил Вилли.

– Может быть. Он в деталях расписал ремонт двигателя, но ничего не смог вспомнить о своем спасении. Но, как следует из судового журнала...

– Которого у нас теперь нет, – напомнил Вилли – и не попал камнем в реку.

– Да, спасибо за напоминание. Судя по журналу и результатам ваших мудреных расчетов с картой, двигатель бездействовал почти до самого столкновения – если допустить, что в конце концов он все же заработал, верно?

– Верно.

– Сейчас не имеет значения, починили его или нет. Важно, что дизель стоял примерно сорок часов, и Ньюгорд пытается внушить, что за это время они проверили и выпускной клапан, и топливный фильтр, и распредвал, и топливный насос. Мы видели вчера, как быстро он работает. Так почему же столько времени занял ремонт двигателя "Скади", который он знал гораздо лучше?

Вилли бросил камень – и над водой взлетели необычные рыжие брызги; вдруг эта речка золотоносная?

– И что вы предлагаете? – спросил он.

– Посмотрите, кому удалось спастись. Ни одного человека с мостика и из машинного отделения. Трое сменившихся с вахты матросов, которые, видимо, отдыхали в кубрике – и Ньюгорд.

– Вы думаете...

– Все, что он наговорил про ремонт двигателя, – полный бред. На самом деле он не помнит ни своего спасения, ни того, что было до столкновения. Все это время он лежал мертвецки пьяным в своей каюте. Вот почему ремонт занял столько времени и почему он уцелел, а другие погибли. Ну, какая может быть связь между пьяным старшим механиком и лишением страхового полиса Ллойда законной силы?

– Боюсь, никакой, – печально признал Вилли, бросая в воду очередной камень.

– Никакой?

– Абсолютно. Даже если бы сам капитан свихнулся. Нет, это имело бы значение для определения вины, но не лишало бы страховой полис законной силы. Ошибки команды – это и есть один из основных видов риска, от которых страхуется судовладелец. В страховом полисе Ллойда это называется "ненадлежащим выполнением служебных обязанностей командным составом, командой и лоцманами". Страхование распространяется и на лиц, которых вы нанимаете в портовой пивной за полчаса до отхода, причем поднявшись на борт, они совсем не обязаны быть трезвыми или не засыпать на вахте. – И Вилли сочувственно добавил: – Столько потратили сил и, похоже, зря!

– Черт! – Я зашвырнул камень через реку и он исчез в сугробе на том берегу. – Дьявол, что же за всем этим кроется?

– Похоже, Кэри говорила, что Ньюгорд начал беспробудно пить уже после столкновения. Оно, собственно, и стало причиной.

– Она просто не знала его до того. Чтобы дойти до сегодняшней стадии, нужны не месяцы, а годы беспробудного пьянства. Он вполне мог начать пить еще после смерти жены, – мысль эта внезапно пришла мне в голову.

Мы молча швыряли камни молча, потом Вилли спросил:

– Послушайте, а если Пол действительно не знал, что за всем стоит Эллис Смит-Бэнг?

– Похоже, не знал. Он ни за что не сказал бы правду мне, но вы-то были бы в курсе. Он испугался, что шантажом могла заняться "Сахара лайн". Другие руководители фирмы просто могли его не информировать, имея в виду конфликт интересов. Судовой журнал нужен был Макби, чтобы узнать действительное положение вещей и выяснить, могут ли его, как руководителя компании "Сахара лайн", обвинить в шантаже и соучастии в убийстве.

– Но тогда Мартин ничего не говорил ему о том, что содержится в судовом журнале?

– Нет. Макби нам лгал – я вас предупреждал. Но оттого, что человек лжет, еще не вытекает, что он знает правду. И это должен помнить ведущий допрос.

– Да, конечно. Вы собираетесь продолжать допросы?

– Разумеется. Сегодня днем вам с Кэри нужно съездить в какой-то магазин – ближайший, который встретится по дороге. Купите что хотите – лишь бы Кэри тут не было. Ближе к вечеру наш подопечный дойдет до кондиции.

Вилли нахмурился.

– Мартина уже не вернуть... а Ньюгорд тоже человек.

– Я это помню, черт бы вас побрал. Но он что-то знает о столкновении. Это Стэн узнал от него самого или сумел понять по судовому журналу.

– Не уверен, что это так важно. Пол говорил, речь всего о каких-то сорока тысячах фунтов – это малая часть нашего годового оборота. Тут он сказал чистую правду.

Я посмотрел ему прямо в глаза.

– Ушам не верю, Вилли. Мы так далеко продвинулись...

– Когда я служил в легкой кавалерии, это всегда было хорошим поводом повернуть обратно...

43

Обедали мы в довольно спокойной обстановке, причем, без Ньюгорда. Сославшись на отсутствие аппетита, он устроился в спальном мешке в соседней комнате. На обед был суп из рыбных консервов и омлет с бисквитами и сыром. А перед этим я выпил стаканчик виски, огорчив Вилли, который уже начал уставать от роли шофера – трезвенника и буркнул:

– Да мне только рюмочку. В Англии это не имело бы значения. После этого я мог бы проехать через всю страну при любом движении. А здесь, на этой дороге, вряд ли попадется полицейский, верно?

Тут оно заметил беспокойство Кэри.

– Вы не можете без спиртного?

Теперь забеспокоился он.

– Да Боже упаси. Просто я привык пропустить рюмочку перед едой.

– Вот именно, все начинается с привычки, – Кэри наградила меня холодным, осуждающим взглядом.

Я лишь пожал плечами.

– Надеюсь умереть от этого не раньше, чем от старости.

Она принялась убирать со стола, сердито гремя посудой.

Я вышел на улицу их проводить, Дэвид решил остаться со мной. Вилли сел в машину, посмотрел на дом и спросил:

– Как думаете, нас будут разыскивать?

Я тоже взглянул на дом. Если знать, что мы здесь, найти дом не составит труда по подтаявшему вокруг трубы снегу и дымку из нее. Других признаков нашего присутствия не было – следов на каменистой почве и старом, давно утоптанном снегу не оставалось.

– Надеюсь, они откажутся от этой затеи.

К этому времени мы могли быть где угодно – и в Ставангере, и за его пределами. Мы никому не сообщали, где собираемся остановиться.

– Мы, кстати, еще не выехали из отеля, – напомнил Вилли.

– Разумеется.

Номера в "Виктории" могли еще понадобиться хотя бы для того, чтобы оставить вещи, включая спальные мешки и прочее.

Вилли решительно заявил:

– Тогда к вечеру закончим с этим делом и вернемся в город.

Судя по непреклонному взгляду, обсуждать что-то было уже бесполезно.

Я пожал плечами. У меня оставалось еще несколько часов.

Ярко-оранжевый "фольксваген" медленно выехал на дорогу и направился вниз.

Едва я направился к дому, на крыльцо выскочил Дэвид.

– Мистер Корд! Мистер Корд?

Я увидел его побелевшее лицо и ворвался в дом.

Ньюгорд стоял у стола. В одной руке у него была керосиновая лампа, в другой – кружка...

Я вырвал у него лампу. Керосин из кружки разлился по столу.

– Черт, это пить нельзя!

Но он был уже способен на что угодно. Маленькие заплывшие глазки сердито блестели. Не в состоянии удержать кружку изувеченной рукой, он в ярости стал колотить ей по столу, пытаясь унять дрожь, сотрясавшую все тело.

– Я хочу выпить, – простонал он умоляюще.

– Пошли сюда. – Чувствуя спиной испуганный взгляд Дэвида, я взял Ньюгорда за руку и потащил в маленькую спальню, где он бессильно осел на край раскладушки.

– Я хочу домой, на Гульбрандсенс, – простонал он.

– А к Расмуссену не хотите?

– Кто такой Расмуссен? – Его тело содрогнулось от внезапной судороги.

– Знаете, где вы находитесь?

– Недалеко от Бергена, естественно.

Неужели миссис Смит-Бэнг всерьез рассчитывала, что Ньюгорд сможет подтвердить в суде записи в судовом журнале?