Владимир Типатов - Мутанты. Время собирать камни.

— А откуда ты знаешь, что его родственники живут в Твери?

— Он сам мне сказал…перед смертью. Ну, а адреса в Литве, Казахстане и Одессе буду искать уже после возвращения из Израиля.

— Ты опять улетаешь в Израиль?

— Не я, а мы, так что готовься, командир. С Елизаветой Дмитриевной я сейчас переговорю. Полетим вместе, через две недели. Пока вы подготовите свои документы, я решу некоторые свои дела в Сибири. В Израиле я тебя определю в лучшую клинику, а Елизавету Дмитриевну поселю в своём доме.

— Спасибо, — тихо сказал больной, и из его глаз выкатилась скупая мужская слеза. — Только бы встать на ноги, а уж тогда мы с тобой повоюем.

— Встанешь, я тебе это обещаю.

— Твои слова да Богу бы в уши.

— Он услышит, — сказал Виктор и, поднявшись, направился к двери.

Глава 28. Падший ангел

… — Господин Крутов, вы приехали в Москву, как турист? — спросила Виктора на рецепшене молодая, красивая девушка, оформляющая документы на заселение в гостиницу.

— Я бизнесмен, приехал налаживать деловые контакты между нашими странами, — сказал Виктор, пристально вглядываясь в её лицо.

— В добрый час, — обворожительно улыбнулась девушка. — Вы на долго приехали?

— Виза у меня открыта на три месяца.

— Прекрасно. В каком номере хотите поселиться?

— Хотелось бы в одноместном люксе. У вас есть такие номера?

— У нас, как в Греции — есть всё, — сказала девушка, и очаровательно улыбнувшись, посмотрела на Виктора. — А за ваши деньги, мы исполняем любые желания клиента. Меня зовут Валерия, а близкие друзья зовут меня Лерой.

«Точно — Лера. Как же я её сразу не узнал? Повзрослела девочка и похорошела, стала очень красивой. Это же та молоденькая проститутка, которая два года назад, всю ночь обслуживала меня в борделе у Маслака, в день нашего приезда в Москву. Уже почти полтора года Маслак лежит в могиле, а дело его живёт и процветает. И она меня не узнала. Да это и не мудрено, у меня совсем другое лицо — пластические хирурги в Израиле постарались до неузнаваемости изменить мою внешность», — подумал Виктор, а вслух сказал: — «Меня зовут Виктор».

— У вас русское имя и фамилия, и вы хорошо говорите по-русски.

— Естественно, я ведь не коренной израильтянин, а репатриант из бывшего Советского союза. — А вы, случайно, не цыганка?

— Нет. А почему вы так подумали?

— Глаза у вас очень красивые. Вот посмотрел в них, и сразу захотелось спеть: «Очи чёрные, очи жгучие, очи страстные и прекрасные».

— Вам только мои глаза понравились? — кокетливо поведя бровью, с улыбкой спросила Лера.

— Не только глаза, вы очень красивая девушка, — тоже с улыбкой сказал Виктор и направился в отведённый ему номер.

Лера, проводив его долгим, оценивающим взглядом, подняла телефонную трубку и набрала номер.

— Марина, привет.

— Привет, подруга, — раздался голос в телефонной трубке.

— Ты имела дела с евреями?

— Какие дела?

— Ты чего придуриваешься? Не понимаешь, что ли, о чём я говорю?

— А-а, ты в этом смысле? Имела.

— Ну и как они?

— Жмоты. А чего это ты вдруг заинтересовалась евреями?

— Да тут сейчас в люкс поселила бизнесмена из Израиля.

— Хочешь его снять?

— Иностранец — значит, мой клиент.

— Естественно — твой. Ты же у нас главная секс-бомба для зарубежных клиентов.

— Да ну тебя, я серьёзно, а ты всё со своими шуточками.

— Ну, а если серьёзно, то не знаю, что тебе посоветовать. Я имела дела с местными евреями. Может зарубежный не такой жадный.

— Снял номер люкс, значит не жадный.

— Ну, тогда, как говорят — вперёд и с песней.

— Спасибо за консультацию.

— Дерзай. Да, забыла тебе сказать, у них у всех обрезаны, имей это в виду.

— Надеюсь, что не до такой уж степени? — спросила Лера.

Ответом ей был звонкий смех подруги.

…Виктор включил телевизор и начал переключать каналы и просматривать анонсы программ. В дверь тихонько постучали.

— Открыто! — крикнул Виктор, приглушая звук телевизора.

— Разрешите? — спросила Лера, приоткрыв дверь в номер.

— Пожалуйста, проходите, — улыбнулся Виктор. — Очень рад вас видеть.

— Я зашла посмотреть, как вы устроились.

— Спасибо, всё очень хорошо.

— Да? Ну, тогда я пойду. Вы извините за вторжение.

— А может, вы останетесь и согласитесь скрасить моё одиночество?

— А вы хотите, чтобы я осталась? — кокетливо улыбаясь, спросила Лера.

— Хочу.

— Хорошо, я останусь…

— Маринка, ну ты и дура! — буквально врываясь в квартиру подруги, закричала Лера. — Сказала, что у евреев обрезаные!

— Ну.

— Гну! У этого не обрезанный, а нарощенный! Там такая дубина!

— Повезло тебе с евреем, — завистливо вздохнула Марина. — Он на долго приехал в Москву?

— Виза у него на три месяца.

— Если бизнесмен — наверняка баксами упакован. Кстати, как он тебе заплатил?

— Пятьсот долларов дал?

— Ничего себе! — удивлённо воскликнула Марина. — Не пожадничал. Значит, ты ему понравилась.

— Говорит, что понравилась. Ещё приглашал.

— Ну, и дои с него баксы, пока есть возможность.

— Да, конечно…Марина, я в него влюбилась.

— Ты чего, с ума сошла!? У тебя крыша поехала!? Надо же такое придумать — влюбиться в клиента! — вскрикнула Марина. — Забыла первое правило проститутки? Так я тебе его напомню. Никогда не влюбляйся в клиента, потом с другими не сможешь качественно работать. Ты же знаешь, что делают с проститутками, которые нарушают трудовое соглашение, в лучшем случае — калекой сделают, а в худшем — убьют. Так что, подруга, даже мысли такие выбрось из головы. Не забывай, что ты проститутка, а на проститутках не женятся. Нет для нас принцев на белом коне, а есть козлы, которые трахают нас за бабки во все дыры, и ещё издеваются при этом. Тебе понравилось с ним трахаться? Ну, и трахайся на здоровье, стриги с него баксы. Ты же не в первый раз иностранцев обслуживаешь. А про лирику — забудь.

— Я знаю, и ни на что не надеюсь, просто…Поверь, впервые в жизни полюбила.

— Лера, прислушайся к моему совету — выбрось эту блажь из головы.

— Ладно, пойду отдыхать, устала, — вздохнув, тихо сказала Лера.

— Ещё бы не устать, если всю ночь отпахала, как за растрату. Конечно, отдыхай, свой план на сегодня ты уже перевыполнила.

…Виктор только что вышел из ванной комнаты: помылся, побрился, сел на диван и нетерпеливо посмотрел на часы — с минуты на минуту должна была придти Лера.

В дверь его номера постучали, потом приоткрылась дверь, и в номер заглянуло миловидное девичье личико.

— Извините меня, я на минутку. Можно?

— Ну, если на минутку, то заходите.

— Меня зовут Марина.

«Сюрпризы, видимо ещё не закончились», — подумал Виктор, узнав проститутку, которая в день их приезда в Москву, была напарницей Леры и в борделе Маслака обслуживала Лютого, а вслух сказал: — Очень приятно, а меня — Виктор. Что привело вас ко мне?

— Я пришла сказать, что Лера вас очень любит.

— Это она вас просила сообщить мне об этом?

— Нет, что вы? Она не знает о моём визите к вам. Лера очень хорошая девочка.

— Главное — очень опытная и умелая, — усмехнулся Виктор.

— Это естественно, она же проститутка.

— Я в курсе.

— Вы уедете, а Лера останется…с разбитым сердцем.

— Ну, я думаю, она быстро утешится, отель полон иностранцами.

— Нет…Лера, после вашего отъезда…она больше не будет. Она может покончить с собой…

— Ну, вы про такие страсти рассказываете, прямо, как в мексиканских сериалах.

— Нет, не мексиканские…Хотите, я расскажу вам, как Лера стала проституткой? Что толкнуло её на это?

— Ну, я примерно знаю, что толкает молоденьких девушек на панель.

— Думаете — деньги?

— А вы считаете, что причина в другом?

— У каждой из нас разная судьба, и разные причины, по которым мы стали проститутками. У Леры — особая судьба.

— Наверное, когда она была несовершеннолетней, её изнасиловал родной отец? — с иронической усмешкой на губах, спросил Виктор.

— Откуда вы знаете? — удивлённо посмотрев на Виктора, спросила Марина. — Лера вам всё рассказала про себя?

— Нет, она мне ничего не рассказывала, но подобную историю я уже слышал от двух проституток. Истории — как написанные под копирку. В шестнадцать лет отец изнасиловал, потом убежала из дома и попала к сутенёрам…

— Да, с Лерой всё произошло именно так — её изнасиловал родной отец. Хотите, я расскажу вам её историю так, как мне рассказывала Лера?

— Ну, расскажите, — бросив взгляд на часы, сказал Виктор.

— Когда Лере было шесть лет, умерла её мать, и воспитание единственной дочери целиком легло на плечи отца, который, после смерти жены, так больше и не женился, — начала свой рассказ Марина. — Отец очень любил дочь, и она отвечала ему взаимностью. Так уж повелось с детства, что именно отец перед сном купал её в ванне, и укладывал спать рядом с собой.