Хорас Маккой - Скажи будущему - прощай

— Придется, — и я принялся за дело.

А оно продвигалось очень медленно. Проклятый нож все время гнулся и вот-вот грозил совсем сломаться.

— Долго нужно охлаждать шампанское?

— Не больше часа, какая разница? Все надо сделать по правилам, — я бросил свое занятие и обнял её. — В эту ночь надо все делать по правилам. Медленно и приятно…

Я только слегка коснулся её губ своими, улыбнулся и снова принялся за работу.

— Вот это по мне. Было бы неплохо каждый вечер начинать бутылкой шампанского, а заканчивать его бутылочкой хорошего коньяка.

— Может быть, может быть…

— Завтра купим целую корзину, еще кое-что из одежды и подыщем себе новые квартиры. Хорошо, если они окажутся в одном доме…

— Ты хочешь сказать, что мы будем жить отдельно?

— Вот именно.

Холидей нахмурилась.

— Так вот оно что… а я-то думаю, почему ты себя так странно ведешь…

— Странно?

— Все эти шуры-муры, все должно быть по правилам и все такое.

— Зачем ты так говоришь?

— Отдельные квартиры…

— Ну что в этом странного, просто немного личной жизни, и все.

— А здесь у тебя не было личной жизни?

— Зачем ты злишься?

— Я не злюсь.

— Вот и хорошо. Просто у нас одна постель, одна ванная…Мне не хочется запираться каждый раз, когда я в неё захожу, вот и все.

— А ты и не запирайся. Я что, мешаю тебе, когда ты в ванной?

— Не в этом дело, просто я хочу иметь отдельную квартиру.

— Выгоняешь меня?

— О, Господи, — простонал я.

— Я тебя вытащила из той вонючей тюряги, а ты при первой же возможности меня выгоняешь…

— Зря я сказал тебе все это. Забудь. Будем считать, что я ничего не говорил.

— Как хочешь, — она вышла из кухни, а я отшвырнул проклятый нож и бросился следом.

Холидей стояла у дивана спиной ко мне и пересчитывала деньги.

— Какого черта ты взялась за это?

Она даже не обернулась.

— Половина тут моя и я её забираю.

Я подошел и положил ей руку на плечо.

— Что с тобой происходит?

— Прежде чем я уйду, я хочу забрать свою долю.

— Ради Бога, хватит злиться. Что это с вами сегодня? Мы же собирались отпраздновать удачу, разве ты забыла? Я вот ещё что придумал…

Подойдя к телефону, я снял трубку.

— Алло? Я вам только что звонил. Не могли бы вы соединить меня с отелем "Сен Шале".

Холидей все ещё отсчитывала деньги, спиной ко мне. Я прикрыл трубку рукой.

— Сегодня они тебе не понадобятся.

— Отель "Сен Шале", — раздался в трубке женский голос.

— В каком зале играет оркестр Хальстеда?

— В Блоссом — рум, сэр.

— Соедините меня, пожалуйста.

— Блоссом-рум, — послышался мужской баритон.

— Могу я поговорить с метрдотелем?

— Я у телефона, сэр.

— Как вас зовут?

— Джордж, сэр.

— Послушайте, Джордж, это Поль Мэрфи. Могу я заказать ужин на двоих к половине девятого?

— Да, мистер Мэрфи.

— Проследите, чтобы на столике были цветы. До скорого, Джордж.

Холидей все ещё считала деньги. Мои действия оставили её совершенно равнодушной.

— Ты не будешь возражать, если я сам выберу для тебя платье на сегодняшний вечер?

Она промолчала. Насвистывая веселенький мотивчик, я отправился в спальню и открыл шкаф. Вся её одежда разместилась на паре вешалок. Не густо…

— Холидей! — позвал я.

Ответа не последовало.

— Холидей!

И только тишина в ответ. Я подошел к двери спальни.

— Холидей!

Я вошел в спальню и подошел к ней. Она все ещё считала деньги.

— Послушай!

— Заткнись!

Я обхватил её плечи. Ее руки были полны денег.

— Черт тебя побери! — огрызнулась она, стараясь освободиться из моих объятий. Я встряхнул её за плечи, деньги посыпались у неё из рук.

— Послушай! Я был самым счастливым парнем на свете, просто не мог дождаться, когда встречусь с тобой. Дорога назад закрыта для меня навсегда. Мосты сожжены, и ты можешь делать со мной все, что захочешь… Холидей!

Ни слова в ответ.

— Холидей!

Она опустилась на колени и принялась собирать деньги.

— Иди ко мне.

Холидей медленно встала, в одной руке она держала газету с моей долей, свои деньги она зажала под мышкой.

— Что ты собираешься с ними делать? — наконец спросила она.

— Взять.

Я подошел к комоду, открыл ящик и положил их среди своих рубашек.

— Мне хотелось самому выбрать тебе наряд на сегодняшний вечер. Но у тебя с этим делом не густо… Завтра мы купим тебе какую-нибудь обновку, что-нибудь сексуальное. А что бы ты одела сегодня?

— Вот это, — она сняла с вешалки цветастое платье. — Как ты считаешь, сойдет?

— Ты заслужила гораздо большего. Завтра этот шкаф будет ломиться от нарядов.

В этот момент кто-то постучал в дверь.

— Джинкс, — сказал я. — Куда ему без нас.

— Со временем мы от него избавимся, — заметила Холидей, — но не выходи из себя сегодня, не надо затевать свару.

— Устроить скандал в такой вечер? Мой первый вечер, когда я по-настоящему чувствую себя свободным?

Стук повторился и я отправился открывать. На пороге неожиданно появился Мэндон.

— Как раз кстати, мы только что собрались откупорить бутылочку.

— Почему никто не подходит к телефону? — начал он прямо с порога.

— Какой ещё телефон? Не было ни одного звонка.

— Не морочьте мне голову. Он не мог не звонить. Чем это вы тут заняты, что даже на звонки не отвечаете? Одевайся, мне надо поговорить с тобой…

— Говори с ним прямо здесь, — раздался голос Холидей из спальни.

— Тебя это не касается, — грубо оборвал её Чероки.

— Меня касается все, что касается его, — сказал она, появляясь в прихожей.

— Оставим это, — нахмурился Мэндон. — Одевайся, да поживее.

Холидей сложила руки на груди и с ненавистью уставилась на адвоката.

— Чертов сукин сын, ты не имеешь права так со мной разговаривать.

— Не заводись. О, Господи, только не сегодня. В такой вечер… попытался я её успокоить.

— Хватит болтать, у меня очень мало времени. Я предупреждаю тебя, очень мало, — сказал он деревянным голосом.

Лицо его сразу приняло озабоченное выражение.

— Что случилось? — заволновался я.

— Много чего…

Чероки нельзя было назвать невротиком, и мне стало как-то не по себе. Роумер? Вебер? Где мы могли допустить ошибку?

— Я вернусь через пару минут, — бросил я, одеваясь.

Когда Мэндон открывал дверь, Холидей схватила его за плечо.

— Я устала от всего этого. Все время какая-то возня за моей спиной. Я иду с вами.

Чероки со злостью стряхнул её руку и оттолкнул в сторону. Холидей зашевелила губами, собираясь собрать слюну, чтобы плюнуть ему в лицо.

Одним прыжком я встал между ними.

— Если ты посмеешь, я сверну тебе шею. Поверь, я это сделаю. Прекрати истерику.

Холидей закусила губу и зло глянула мне в глаза.

— Оставайся здесь. Я скоро вернусь.

Мне с трудом удалось догнать Мэндона только на улице, у самой машины. Он открыл дверь и кивком предложил мне лезть внутрь.

— Сначала нам нужно где-то заправиться, — бросил он Хайнесу, усаживаясь рядом. — Эта сука начинает мне действовать на нервы. Пора тебе от неё избавиться, так не может долго продолжаться.

Слуга запустил двигатель.

— Не обращай на неё внимания, — попытался я его успокоить. — Да что, собственно, произошло? Мы где-то прокололись?

Мэндон забился в угол салона и сверлил меня взглядом из под своих необъятных бровей.

— Если у тебя есть мозги, должен сам догадаться, в чем дело.

— Но, черт побери, что же все-таки случилось?

— Я скажу тебе, что. Сегодня меня разыскала та девушка…

— Девушка? Какая ещё девушка?

— Маргарет Добсон.

— Маргарет Добсон? И это все?

— А тебе этого мало?

— Ты хочешь сказать, что затеял всю эту кутерьму только из-за того, что тебя навестила Маргарет Добсон? О, великий Боже! Я-то думал, это связано с нашей операцией, что мы где-то допустили серьезный промах… Мне начинает казаться, я переоценил твои умственные способности.

— Она искала тебя, — бесстрастно констатировал адвокат.

— Ну и пусть ищет. Между нами все кончено. Отступных я не взял, мы расстались как цивилизованные люди: ни упреков, ни сожалений…

— Даже слишком цивилизованные… Лучше бы ты взял эти деньги, как я советовал, и все тихо бы закончилось. Но нет же, ты испугался его ищеек, и решил уйти красиво. Хочешь быть умнее всех. А теперь случилось именно то, чего ты больше всего боялся: его ищейки разыскивают и тебя, и меня. Вот так-то, мальчик.

— Зачем? — изумился я.

— Она ищет тебя, вот зачем.

— На кой черт я ей понадобился? У нас все кончено, и никаких претензий.