Марк Арно - Осечка на газе

— Я вам открою еще кое-что, — добавил он, — на газовом кране мы обнаружили четкий отпечаток пальца. Как только мы его идентифицируем, мы зададим несколько вопросов его хозяину.

Беркли начал понимать.

— Но это может занять много времени, — продолжал лейтенант, — а мы не хотим, чтобы он смылся.

— Иначе говоря, вы просите меня держать язык за зубами, пока вы его не арестуете, — сделал вывод Беркли.

— Именно, — согласился Даггетт. — Наше заявление для прессы сделано в стиле театральной пьесы. История девушки, которую бросил ее любовник и которая, убив его, покончила с собой. Мы не будем говорить ни о кране, ни о следах удара.

— Вы надеетесь, что он попадется в вашу ловушку и не станет беспокоиться?

— Именно. А тем временем мы получим данные экспертизы и результаты вскрытия. Если повезет, мы с этим управимся за день-два, — он иронически усмехнулся. — После этого вы сможете предоставить информацию в исключительное пользование ваших друзей из «Таймс», чтобы получить от них ваш гонорар.

— Вы хотите получить проценты или что? — отозвался Беркли.

— Я только хочу, чтобы вы не вставляли мне палки в колеса, — ответил полицейский. — Я достаточно хорошо вас знаю, чтобы сделать вывод, что вы не упустите случая, если что-нибудь раскопаете. Я предпочитаю поставить вас в известность, чтобы заключить мир. — Он сделал знак шоферу, что можно возвращаться. — Согласны? — спросил он.

Беркли не видел причин для отказа. Дороти Джиффорд наняла его, чтобы найти мужа, что он и сделал, хотя полиция его немного опередила. С другой стороны, он чувствовал, что лейтенант вел игру без задней мысли, а поэтому он не хотел осложнять его задачу.

— Согласен, — сказал он.

Машина быстро вернулась в центр Линкольн Акрз и остановилась у дома Сьюзен Оуэн. Сержант О'Донелл и другой полицейский в форме стояли возле второй полицейской машины. Любопытные, видя, что больше ничего не происходит, разошлись.

— Я буду держать вас в курсе и дам знать, когда мы раскрутим дело, — заключил Даггетт, пока шофер въезжал на стоянку.

— Договорились.

Как только машина остановилась, Беркли вышел из нее, махнул рукой сержанту и другому полицейскому и направился к своему «форду».

Беркли затормозил в центре Нэшенел Сити у первого же телефона-автомата. Табличка запрещала стоянку в этом месте, но рядом легавых не было, так чего стесняться…

Оставив открытой дверцу кабины, чтобы не задохнуться, он опустил в прорезь монетку и набрал номер виллы Дороти Джиффорд. Логически рассуждая, полиция должна была уже сообщить ей, что она овдовела, но это был минимум, который он обязан был сделать, давая о себе знать. Хотя бы для того, чтобы убедить ее, что после полудня он занимался делом, а не разглядывал красоток на пляже.

Ему ответила служанка-мексиканка и сообщила, что миссис ушла после того, как ей сообщили «ужасную новость». В доме находился полицейский, который задавал ей вопросы о том, как она провела ночь, когда умер «бедный хозяин». Она не знала, куда миссис ушла и когда вернется.

Беркли поблагодарил и повесил трубку, размышляя, что лейтенант Даггетт, не теряя времени, послал кого-то к Дороти Джиффорд. В таких делах, как это, интерес к вдове вполне оправдан. Для расследования важно сразу отработать и отмести некоторые версии с самого начала, чтобы они не сбивали в дальнейшем.

Вытирая пот, выступивший на лбу за те короткие минуты, что он разговаривал по телефону, Беркли вышел из кабины и сел в машину. Полицейский дорожной службы с мрачным видом приближался к нему. Он быстро включил мотор и поехал по направлению к шоссе Монтгомери. Дом, в котором располагалось сыскное агентство, имел двухэтажный подземный гараж, что избавляло его жильцов от необходимости кружить по полчаса по соседним улицам, чтобы найти место парковки. Беркли поставил «форд» рядом с «шевроле» Пита и направился к лифту.

Переступив порог приемной, он первым делом снял пиджак и расслабил узел галстука. Шелест вентилятора звучал приятной музыкой.

— Это ты? — крикнул Пит из своего кабинета.

— А кто же еще? — отозвался Беркли, направляясь к стене, в которую был встроен холодильник. — Хочешь чего-нибудь выпить?

Пит ответил невнятным бурчанием и присоединился к нему.

— Что это еще за хренота! — сказал он резким тоном. — Достаточно мне было отлучиться на час, как ты уже впутался в историю с двумя трупами…

Беркли поднял брови, наливая стакан до краев:

— Даггетт уже прислал своих парней проверить, не прячем ли мы третий в корзине для бумаг?

Пит покачал головой.

— Дороти Джиффорд звонила минут двадцать назад, чтобы сообщить, что полиция нашла ее мужа и его любовницу, обоих мертвыми, — объяснил он. — Она хотела тебя предупредить, чтобы ты вошел в контакт с полицейскими.

— Что я уже и сделал, — прервал его Беркли и отпил большой глоток.

Пит наморщил лоб с брезгливым выражением, предвещавшим у него бурю.

— Чего это Даггетту там делать? — удивился он. — Судя по ее рассказу, девица застрелила ее мужа, а потом открыла газ. Там нечего делать бригаде по расследованию убийств, а уж Даггетту тем более!

Из рассуждений Пита Беркли сделал вывод, что полицейские не сочли нужным сообщать Дороти Джиффорд все детали. Хорошая работа.

Он рассказал Питу все, что знал, особенно о газовом кране.

— Маловероятно, что Сьюзен Оуэн воскресла, чтобы закрыть его, — заметил он. — Остаются две возможности. Или кто-то заходил в квартиру после происшествия, но не сообщил в полицию. Или же речь идет об убийце, совершившем ошибку, разрушившую его сценарий.

Пит с отвращением поморщился.

— У тебя просто талант откапывать грязные истории! — заключил он.

Беркли, правда, мог ему заметить, что именно дела подобного рода позволяли им вести почти безбедную жизнь.

— Чего она хотела еще? — поинтересовался он.

Пит изобразил что-то вроде улыбки.

— Она мне сказала, что мы можем сохранить чек, — заявил он. — Поскольку с ее мужем все ясно, она хочет получить сведения об этой девушке.

— Хотел бы я знать, что это нам даст, — заметил Беркли.

— Она этого не уточнила, а я не спрашивал, — ответил Пит.

Беркли посмотрел на него. Под своей невинной внешностью Пит скрывал безмерную скупость. Он скорее дал бы себя колесовать, чем согласился вернуть деньги Дороти Джиффорд.

— Ведь полиция теперь все равно займется этим делом, — лицемерно заметил он. — Нам будет достаточно попросить Даггетта передать нам эту информацию…

4

Беркли опустил штору, чтобы уберечь комнату от палящего солнца, уже высоко поднявшегося в небе, и принялся регулировать вентилятор. День обещал быть таким же жарким, как и накануне, и нужно было принять меры заранее.

В приемной со скоростью пулемета трещала машинка Цинтии. Беркли довольно улыбнулся. Им следовало нанять такую девушку, как она, уже несколько лет назад!

Он уселся в кресло и принялся просматривать письма, которые она, распечатав конверты, положила перед ним. С этим он покончил быстро. Кроме обычных проспектов, приглашающих совершить путешествие на Бермуды, предложений приобрести ультрасовременное устройство, позволяющее за восемь дней вырасти на пятнадцать сантиметров, и целой серии эротических журналов, в корреспонденции были только ничего не стоящие бумаги: уведомление о продлении контракта на найм им однокомнатной квартиры и письмо от маньяка, уверявшего, что его преследуют соседи, и просившего частного детектива для охраны.

Беркли сунул проспекты в мусорную корзину, а остальное сложил в стопку, чтобы и Пит мог ознакомиться с этим. Если ему будет скучно, он всегда сумеет развлечься, навестив маньяка. Кто знает, может, из него удастся вытянуть несколько долларов.

Покончив таким образом с почтой, Беркли захотел пойти поболтать с Цинтией. Но Питу, который мог ввалиться с минуты на минуту, это бы не понравилось. Он считал, что секретарше платят за работу, а не за болтовню. Не стоило его взвинчивать на целый день. Беркли открыл номер «Лос-Анджелес Таймс», который Цинтия положила ему на стол вместе с почтой. В эту минуту раздался звонок во входную дверь.

Послышались какие-то вопли, похожие на ругань, закричала Цинтия. Затем, прежде чем Беркли успел подняться, в его кабинет ворвался взбешенный лейтенант Даггетт.

— Я вам покажу, как плевать на меня! — набросился он на Беркли. — На всю жизнь запомните!

За ним вошла сокрушенная Цинтия.

— Он меня чуть не сбил с ног, — пожаловалась она. — Я хотела его задержать…

Беркли примирительно махнул рукой.

— Возвращайтесь к себе и не волнуйтесь, — успокоил он ее. — Лейтенант только с виду страшен.

Даггетт, стиснув зубы, сел у стола.