Ostin Mars - Двое в лодке

- Это наши, открывай двери!

Я отложил автомат, с трудом встал на ноги и смерил шкаф взглядом... подохренел. Как я вообще умудрился его с места сдвинуть? Скрытые резервы организма, не иначе. Примерился и чуть толкнул его, шкаф качнулся, но остался стоять где стоял. Я покосился на ожидающую чуда Женьку, почесал репу — неудобно как-то получается... ладно, попытка номер два. Со второй попытки шкафина отодвинулась сантиметров на десять, в приоткрытую дверь я увидел лицо высокого сурового дядьки в космонавтском шлеме и прохрипел «хелп ми», дядька кивнул и просунул руку в щель. Вдвоём мы как-то умудрились оттащить грёбаный кусок дерева настолько, чтобы в дверь можно было протиснуться. Женька вылезла первой, я подал ей рюкзаки и выбрался сам.

Нас окружили человек пять бойцов, все не ниже меня и выглядят огромными в своей штурмовой снаряге, грязные, но довольные и спокойные. Кто-то хлопнул меня по больному плечу и что-то ободряюще протараторил на своём, другой совал пальцы в дырки от пуль на моём рюкзаке, все улыбались, мне дали попить и повели куда-то по коридору, усадили, укрыли, говорили что-то... Я внимательно посчитал добрых молодцев, обнял автомат и улёгся лицом к стене.

А давайте вы дальше всё сами, а? А я тут, можно, лягу и на часик умру?

***

или «Несогласные — за борт!»

(часть пятая, холодная, как месть)

Мы стояли в шикарном зале с диванчиками, колоннами и зеркалами, сейчас по большей части разбитыми или простреленными, кое-где заляпанными кровью. Вдоль одной стены сидели на полу связанные пленники, вдоль другой лежали раненые, пара ребят в форме, но уже без бронежилетов и автоматов, бегала от одного к другому, бинтуя и зашивая. Я приметила в углу красивый столик, смела с него цветы и высыпала всё содержимое Лёшкиного рюкзака, побросав обратно только гранаты и коробки патронов, щедрым жестом указала врачу на всё это великолепие — пользуйтесь. Хорошо, что нам не пригодилось.

Лёшка спал на какой-то кушетке, мы с Энвером неспеша прохаживались по грязному паркету. Как только мы оказались более-менее наедине (Лёшка уснул, а десяток спецназовцев не в счет — они очень заняты), я бросилась ему на шею и обняла так крепко, как будто хотела задушить:

- Боже, Энвер, как я рада тебя видеть! Тебя всё-таки восстановили в должности и поручили опять это дело?

Он ухмыльнулся и покачал головой:

- Нет, Женя. Я сам сюда пришёл.

Я нахмурилась, оглядела бойцов, оружие, машины во дворе.

- То есть? Ты хочешь сказать, что это не официальное дело?

Он улыбнулся ещё печальнее, развёл руками:

- Да. И мы не официальные представители госструктуры. Мы, как бы это... - он косо улыбнулся и пожал плечами, - организованная преступная группировка, хорошо вооружённая и очень злая.

Я в шоке нащупала ближайшую поверхность и села, округлив глаза:

- И... Как это вообще получилось?

Он тоже сел, сделал комично серьёзное лицо и принялся загибать пальцы:

- Мы саботировали работу отдела, сбежав со службы. Украли оружие и экипировку (свою, нам чужого не надо), угнали государственные машины (тоже свои), похитили служебных собак, - он хохотнул и понизил голос, - на самом деле, мы им посвистели и сетку приподняли, они сами выползли. Ну так вот... потом мы украли из кабинета шефа две видеокамеры, взломав дверь, а это незаконное проникновение, на минуточку. На самом деле, это мой кабинет и у меня был дубликат ключа, но кого это интересует? - Я всё-таки чуть расслабилась и засмеялась, он продолжил, - потом мы незаконно проникли на дачу уважаемого законопослушного человека, поломали его собственность, покалечили его охранников, производили видеосъёмку без его согласия, а скоро вообще незаконно отберём впечатляющую часть его дорогостоящего имущества. Как там с имуществом, кстати?

- Отлично! - я порылась в рюкзаке, стала выкладывать прямо на пол пачку наркоты, сувенир двух тысяч лет отроду, патроны, гранаты. Энвер подозвал бойца с видеокамерой, тот подробно снял всё, включая мои комментарии к каждой находке, я протянула ему свою камеру, он ушёл довольный, сел за комп. Энвер отправил пятёрку бойцов искать остальное по описанному мной маршруту.

- Что делать будем, раз мы все тут такие незаконные? - я смотрела вокруг, считала бойцов — никак не меньше пятнадцати человек, и это ещё неизвестно, сколько стоит снаружи в оцеплении и бродит по зданию. Энвер поймал мой взгляд, сделал гордое недовольное лицо:

- Они все добровольцы! Я никого не заставлял, они сами меня подбили. - Ухмыльнувшись в ответ на мои вскинутые брови, он довольно сложил руки на груди. - Меня уволили, но друзья мои остались в отделе. И когда на несуществующий номер пришёл сигнал от тебя, уже во второй раз, его протоколировать никто не стал, а просто скинули мне запись и попросили подробности, - он ещё более хитро ухмыльнулся, - не для дела, а так, по дружбе.

- С вами связалась Вика? - улыбнулась я, он качнул подбородком:

- Андрей. Он сказал, что если мы ничего не предпримем, от виллы останется обугленная воронка, а отвечать придётся мне, - я хохотнула, да, Кровавый Дракон умеет объяснять, Энвер продолжил, - мы их подобрали, неофициально, разумеется, спрятали и допросили. Всё подробно записали, но опять же неофициально, без числа и подписи. Установили слежку за виллой, понемногу собирали компромат, уже готовилась группа подсадных девочек и бойцов, - он вздохнул, укоризненно посмотрел на меня, - если честно, все думали, что вы уйдёте и ляжете на дно в городе, мы проследили, как вы выбрались из шахты, вроде бы всё, все свободны и довольны... Но нет, вас потянуло на подвиги!

- Это не я, - опустила глаза я, - это он.

Энвер покачал головой, потёр лицо:

- Слава богу, ты додумалась послать мне письмо... Твоего таксиста заметили сидящим в машине у входа в кафе, признали подозрительным и аккуратно взяли. После полутора часов допроса мы убедились, что он просто таксист, заплатили и отпустили.

Я не знала, смеяться или плакать, просто глубоко вдохнула и выдохнула в потолок.

- А дальше?

- А дальше тридцать три богатыря и дядька, - он хохотнул и похлопал себя по груди, - по вашей милости стали преступниками.

- Мне жаль, что так получилось.

- Я сам виноват, - он отвёл глаза и погрустнел. - Не стоило вообще замахиваться на таких серьёзных людей. И вас втягивать в провокацию не стоило.

Мой взгляд поймал прекрасную картину и я отвлеклась, потянув Энвера за рукав:

- А это не один ли из серьёзных людей?

Он посмотрел в ту же сторону, увидел, как двое бойцов ведут под руки психующего и орущего Рашида, что удивительно — не мятого и не битого. Видимо, сопротивления серьёзного не оказал. Энвер фыркнул и дернул плечом:

- Да какой он серьёзный, сошка.

- Тогда можно я ему нос сломаю? - я посмотрела на него как ребёнок, выпрашивающий леденец. - Можно-можно-можно?! Ну пожалуйста!

Он ухмыльнулся и махнул рукой:

- Бог с тобой, ломай, - крикнул конвоирам, - ребята, вы с этого момента ничего не видите.

Я походкой сытой кошки подошла к Рашиду, заглянула сияющим взглядом прямо в глаза, взяла за галстук и со всей силы долбанула лбом в переносицу, потом коленом между ног, потом другим коленом в наклонившуюся до пояса морду. Широко улыбнулась его охранникам, бойцы и некоторые раненые свистели и смеялись, я отвесила грациозные поклоны во все стороны и вернулась к Энверу:

- Спасибо большое, я мечтала об этом целую вечность.

Он с улыбкой покачал головой:

- Кто тебя научил таким пируэтам?

- Лёшка, - я кивнула на спящего парня, потом заметила в ряду пленников знакомую морду и остановилась напротив. - А это что, Ник?

- Не похож? - Энвер ухмыльнулся. - Не повезло ему, под раздачу попал. У меня пацаны размашистые, бьют — не жалеют... некоторые, видишь, не выдерживают.

- Вижу, - я наклонилась к нему, достала мобильный и включила камеру. Пнула пару раз легонько в колено, когда он поднял туманный взгляд, спросила манерным голосом телеведущей, - скажите, Николай, как вам удалось получить такие травмы и как вы себя чувствуете теперь, когда ваше крысиное личико похоже на вареник с вишней? - Он промычал что-то ругательное, я отошла подальше, захватывая весь ряд пленников. - К сожалению, Николай не может сейчас говорить, мы побеседуем с ним в следующий раз. До новых встреч.

- Это для кого такое интервью?

- Да есть одна женщина, - я спрятала телефон, пожала плечами, - Лёшка обещал ей, что переломает ему ноги, но я подумала, что так ей тоже будет приятно. Вы, кстати, выяснили, какую скрипку он играл в этой системе?

Энвер качнул головой:

- Разбираемся, эти уроды ни чёрта, ни бога не боятся – всё думают, что большой дядя их отмажет.

- И как, отмажет?

- Пока не знаю, замминистра отвертится точно, начальник специального отдела по борьбе с коррупцией тоже. Шестёрок насажаем полные тюрьмы, а большие дяди, как обычно, прикроют себя и своих ближайших сотрудников. - Он увидел моё скисшее выражение лица, фыркнул, - а ты как думала, всё просто? Это работа не на один год, милая. Пойдём, вон ваши автобусы приехали, девочек уже выводят. Давай, это для тебя дело привычное — познакомиться, перевести, разместить, проследить, информацию собрать, - я замучено улыбнулась и кивнула, оглянулась на Лёшку, спящего на куцей кушетке в обнимку с автоматом, Энвер проследил за моим взглядом, - пусть спит, мы его попозже привезём.