Владимир Колычев - Сбрось подругу с пьедестала

– Да, и топик, который в крови, тоже, возможно, мой… Рэм, я же тебе говорила, что у меня сегодня лифчик и топик из гримерки украли…

– Да, говорила…

– И это кто-то может подтвердить? – вяло отреагировал подполковник.

– Да, конечно, женщину, которая украла, нашли…

– Мусор у вас украли. Лифчик и топик тоже… – поморщился Комарьев. – Прямо бразильские страсти какие-то…

– А жизнь у меня такая, бразильская, – горько усмехнулась Люба. – Сплошной карнавал…

– Да, но у вас нет алиби, – покачал головой мент. – И все улики против вас…

– Но вам сказали же, что существует девушка похожая на Любовь Ильиничну, – не сдавался адвокат.

– А нож, белье, одежда?..

– Пока рано о чем-то говорить. Пока что нет результатов экспертизы…

– Будут, обязательно будут…

И Люба почему-то была уверена, что эти результаты будут свидетельствовать против нее…

Леся поражалась бестолковости Алики. До тех пор, пока Толик не затянул удавку на ее шее, она так и не поняла, что после случившегося у нее нет больше права на жизнь. Сейчас она это уже поняла. Но поздно. Дрыгнула ногой последний раз в своей жизни и затихла, навечно.

– Кажись, все! Толик снял удавку с шеи покойницы, в раздумье почесал затылок. – А мы не переборщили?

– Трупом больше, трупом меньше… – скривилась Леся.

– Да, но трупы я делаю…

– Только сопли разводить не надо! Скажи, что мало заплатила, я пойму… На вот тебе!

Леся достала из сумочки пачку в десять тысяч долларов, протянула Толику.

– Премия… Заслужил…

Он и в самом деле заслужил дополнительного вознаграждения. Столько работы сделал. Любку обокрал – лифчик и топик у нее изъял. За ней сколько времени следил. И с мусором номер провернул – одно это чего стоило. Два раза через забор вокруг дома перелазить пришлось. Ничего, справился… Но главное – Акрамова поставил на нож…

Так и не увиделся Булат перед смертью со своей Любонькой. Алика появилась потом, когда Толик посадил его на нож. Ловко у него это получилось. Измазал Алику кровью покойника, сунул ей в руки нож и заставил мимо кафе пробежаться – пусть люди видят, кто Акрамова замочил. И Любкин топик кровью испачкал. А потом и нож у Алики забрал. Снова в ниндзю превратился, на этот раз в ночного. Через забор прокрался к мусорке… Только вот не видел он, нашли менты улики или нет. Но должны были найти. Акрамов же не последний в этом мире человек, да и Любка не абы кто. Менты носом должны были копать землю. И помойку тоже…

Алику убили на берегу спокойной речушки. Вокруг ни души, тихо, только слышно, как птички покойницу оплакивают. Деревья скорбно листвой шелестят. Что ж, и Леся тоже примет за упокой души… Пока Толик возился с трупом, она закинулась кокаином. Хорошо!

Речушка узкая, но на редкость глубокая. Толик привязал к ногам трупа тяжелую гирю и скинул его с обрыва в реку. Как говорится, концы в воду.

– Закинешься? – спросила Леся.

– Да можно…

Толик с удовольствием снюхнул щедрую порцию наркоты. Блаженно закрыл глаза в ожидании прихода. В этот момент Леся и ткнула его в бок электрошокером. Такой приход парень получил, что сознание потерял. Дальше проще. В поллитровую бутылку воды она вбухала граммов двадцать кокаина – почти все, что у нее было. Осталось только влить все это в Толика. Но у нее и шланг для этой цели есть, и воронка. Она же девочка запасливая…

Толик пару раз пытался прийти в себя. Но всякий раз Леся успокаивала его шоккером. А наркотик тем временем разрушал его изнутри… В конце концов Толик отдал концы. Передозировка. Жаль, такой человек был хороший… Топить Леся его не стала. Забрала у него все деньги и сбросила труп в реку. Пусть плывет себе тихонько по течению. А Леся умывает руки…

Она свободный человек. И ей ничего не стоит отправиться за границу. Деньги есть, билет на руках. Что помешает ей отправиться на пару-тройку месяцев в заграничный тур. Кстати, можно в Коста Бланку заглянуть, там у Игната вилла. Она уже договорилась с ним. Он сам на днях вылетает. Почему бы им не отдохнуть вместе?.. А Любка пусть в тюрьме гниет. Найдется на нее своя Маклашка, и черенок от лопаты тоже будет…

Певица Любонька была близка к отчаянию. И подполковник Комарьев прекрасно ее понимал. За убийство ее ждало суровое наказание.

– Вадим Андреевич, ну не убивала я Акрамова!

– Я бы и рад вам поверить, но все улики против вас…

Даже адвокат понимал, насколько серьезны эти улики. И защищал Лаврову без особой надежды на успех.

– Но вы не можете посадить меня в тюрьму…

– Не могу… Как человек, не могу… Но как должностное лицо просто обязан. Есть постановление на ваш арест… Но вы не отчаивайтесь, у вас есть возможность добиться освобождения из-под стражи под залог. Но я бы вам не советовал. Родственники Акрамова уверены, что вы его убили. А у кавказцев, сами понимаете, в ходу кровная месть. Но у нас вы будете в полной безопасности. И камеру мы вам хорошую подобрали, можно сказать, комфортную, там даже кондиционер есть… Извините, Любовь Ильинична, но разговор закончен. Вас уже ждут…

В кабинет к нему Любонька вошла одна, а вышла под конвоем. Отныне ею будет заниматься следователь прокуратуры. Подполковник Комарьев сделал свое дело, подполковник Комарьем может переключаться на другое. А их у него немало…

Но про Любоньку забыть ему не дали. Через час после того, как ее увели, к нему в кабинет зашел генерал-лейтенант Анифилов. Он хоть и не был прямым начальником Вадима, но игнорировать его ни в коем случае нельзя. Юрий Константинович ходил в друзьях у самого министра МВД. Вместе когда-то службу начинали…

Вадим не поленился встал из кресла.

– Здравия желаю, товарищ генерал!

– Садись, полковник, садись…

– Подполковник, – поправил Вадим.

– Ну, сегодня подполковник, а завтра полковником можешь стать. Если, конечно, дело Лавровой до конца доведешь…

– Так я уже сделал все, что было в моих силах…

– Что ты сделал?

– Ну как что? Привязали ее к месту преступления – по времени и по факту. Опять же улики. Кровь на орудии преступления и на одежде, принадлежащей подозреваемой, совпадают с образцами крови потерпевшего. Да и мотив налицо. Ведь Любонька жила раньше с Акрамовым, скажем так, в гражданском браке. Он в последнее время ее преследовал. Достал ее, в общем. Ну, она и решила от него избавиться… В общем, дело ясное…

– Дело ясное, что дело темное… Жаль девчонку, молодая совсем, жить только начинает…

– Да понимаю, что вся ее карьера коту под хвост. Пресса вон шум подняла, меня журналисты атакуют… Но ведь она сама же свою карьеру разрушила…

– А может, это все-таки не она убила Акрамова?

– Товарищ генерал!

– А ты не кипятись. Ты послушай, что я тебе скажу… Подруга у Леси заклятая есть, еще та штучка…

– Олеся Негласова?

– Ну вот, ты и без меня все знаешь…

– Как же не знать, если Лаврова мне все уши про нее прожужжала!

– И про своего двойника она тоже говорила?

– Говорила… Я даже дело этой Негласовой поднял. Да, была в ее обойме некая Алика Мирозарова…

– И ты не допускаешь, что эта Алика снова сыграла против Любоньки?

– Бомба два раза в одну и ту же воронку не падает…

– Ну, такая бомба и два, и три раза может в Любоньку попасть. Если, конечно, ею Негласова управляет…

– Значит, нужно найти эту Мирозарову и прижать ее к стенке…

– Ищем. Но пока безрезультатно. Дома, у родителей ее нет, здесь в Москве никаких следов…

– А эта, Негласова?

– Ее тоже нет… Зато есть один очень любопытный факт. На следующий день после убийства Акрамова она вылетела в Ниццу… Не знаю, как тебе, но мне все это кажется подозрительным. Тем более, что я очень хорошо знаю эту штучку. Мои люди ею занимались…

– Ну, все может быть…

Возможно, Любонька и в самом деле стала жертвой чудовищной фальсификации. Но Вадим не хотел в это верить. Убийство раскрыто, осталось только галочку в отчетность поставить. А отчетность – это святое. Зачем ее портить какими-то неясностями…

– А я почему-то уверен, что Люба Лаврова не виновата, – с особым упором на «я» сказал генерал.

Похоже, он очень хотел, чтобы и Вадим в это поверил. А его генеральские погоны и дружба с министром – очень весомый аргумент в процессе убеждения… Ведь он и в самом деле может поспособствовать в дальнейшем продвижении по службе, с его то связями это раз плюнуть. Глупо было бы идти на конфликт с ним.

– Что я должен сделать? – решился Вадим.

– Надо найти настоящего убийцу, подполковник. Или по крайней мере, доказать невиновность Любоньки…

– Да, но как это сделать?

– Знал бы сам, к тебе бы не обращался…

– Лаврова что-то про Ефима Речного говорила, – вспомнил Вадим. – Возможно, он был заодно с Негласовой…

– Да, мог… Я этого прохиндея знаю… Вот с него и начни!

– Да, товарищ генерал, с него и начнем… Сделаю все, что в моих силах…

Генерал ушел. Вадим обхватил голову руками и подбородком уперся в стол. Да, не на шутку его озадачили.