Сергей Зверев - Политика на крови

— Ну что, принес? — спросил Глеб, когда они уселись за кухонным столом.

— Принес, — ответил Потапов и положил на стол три фотографии. — Но пока это отменяется. Займешься ими потом, после голосования. Сейчас мне нужно, чтобы ты поработал в качестве страховщика. Эти люди, — он указал на три фотографии, — не будут сидеть сложа руки после того, как мы их опустили. Мне надо, чтобы ты всегда был от меня неподалеку, не светясь и не показываясь.

Потапов вынул из кармана и положил на стол ключи и техпаспорт.

— Вот ключи и техпаспорт от машины, серая «восьмерка». Найдешь ее на платной стоянке у кинотеатра «Победа». Оружие и сотовый телефон у тебя имеются.

— А что, своим охранникам ты уже не доверяешь? — спросил Глеб, закуривая.

— Доверяю, но подстраховка не помешает, — ответил Сергей. — Ситуация накаляется день ото дня, и, боюсь, без взрыва не обойдется. Игра идет по большим ставкам, и при таком раскладе дополнительный козырь в рукаве лишним не будет.

— Ты опасаешся больше за себя или за Силантьева?

— Я опасаюсь прежде всего за наше общее дело, — резко ответил Потапов и добавил: — Но если они уберут Силантьева, то они уберут только кандидата в мэры. А если устранят меня, то решат гораздо больший круг проблем.

— Если они устранят тебя, то проблемы у них будут, — угрюмо заметил Глеб, — и очень большие. Это я им гарантирую.

— Спасибо за заботу, — усмехнулся Потапов, — но не хотелось бы допускать крайностей, после которых обо мне будут говорить в прошедшем времени.

Потапов поднялся из-за стола и пошел к выходу. Панкратов закрыл за ним дверь и вернулся в кухню. Взяв с пола небольшую сумку, достал завернутый в тряпку «ТТ» и глушитель. Разобрав пистолет, он тщательно прочистил детали, собрал снова, вставив обойму с патронами и привинтил к дулу глушитель.

Как профессионал, к состоянию оружия Глеб относился внимательно, но он был профессионалом высшей категории, поэтому далеко не всегда пользовался огнестрельным или холодным оружием.

Зачастую задача сводилась к тому, чтобы убрать врага, не привлекая к этому факту общественного внимания. Враг должен был погибнуть от несчастного случая, например от автомобильной аварии, или умереть от внезапного сердечного приступа. В крайнем случае, он мог просто бесследно исчезнуть.

Потапов до последнего момента всегда пытался договориться со своими противниками, а если этого не удавалось, действовал решительно, но без лишнего шума.

Глеб передернул затвор пистолета, загнав патрон в ствол, поставил его на предохранитель и убрал в сумку.

— Козырь в рукаве, — усмехнулся Панкратов, закуривая и вспоминая слова Потапова.

«Ну что ж, пусть так».

В свое время Потапов пришел на помощь Глебу, вытащив его из тяжелейшей ситуации. Он оказал эту помощь бескорыстно, ничего не требуя взамен. С тех пор Глеб не раз помогал Потапову, спасая ему жизнь.

Видимо, сейчас настал еще один такой момент.

«Надо съездить и взять со стоянки машину, завтра она будет нужна с утра», — решил он и, взяв ключи и техпаспорт, вышел из квартиры.

Рита Лапина наконец решилась позвонить Потапову.

Подвергнувшись нападению, впервые в жизни оказавшись под пулями, Рита испытала шок, от которого отошла лишь спустя день после случившегося. Когда по «Тойоте», в которой она ехала вместе с охранниками, ударила автоматная очередь, Рита подумала, что все, живой ей отсюда не уйти. Единственная мысль, которая возникла у нее в голове в тот момент, была: бежать, несмотря ни на что. Поэтому, едва Костя отпустил ее руку и открыл ответный огонь, она, пригибаясь к земле, бросилась со всех ног к подъезду ближайшего дома. Несколько пуль просвистело, как ей показалось, очень близко от нее, но все же ей повезло.

Она добежала до подъезда и скрылась. Едва отдышавшись, огляделась и убедилась, что подъезд имеет два выхода, один из которых вел во двор здания. Рита, не задумываясь, бросилась туда.

Что было дальше, она помнит нечетко, в ее памяти осталось лишь то, что она очень долго бежала по вечерним улицам, как можно дальше от того места. Опомнилась только в комнате общежития.

С тех пор Рита не выходила на улицу. В первые же часы она ощутила острое желание избавиться от видеокассеты, выбросить ее, сжечь.

Девушка с ненавистью смотрела на этот кусок пластмассы, испортивший ей жизнь. Пока эта кассета у нее, спокойной жизни не будет, поэтому ее надо отдать, но кому? Человеку, который мог бы ей, Рите, гарантировать безопасность.

Придя к такому выводу, Рита вышла вечером двадцать шестого сентября из общежития и, подойдя к ближайшему автомату, набрала номер избирательного штаба «Движения за демократические свободы».

Панкратов весь день двадцать шестого числа ездил на своей «девятке» за джипом Потапова и за «Опелем-Омегой», в котором была охрана Потапова, стараясь при этом держаться как можно дальше.

День был насыщенным. Потапов побывал в нескольких местах. Сначала вместе с Силантьевым на двух встречах с избирателями. Затем посетил несколько филиалов штаба в разных концах города и после, заехав домой и переодевшись в черный смокинг и белую рубашку с галстуком-бабочкой, отправился на торжественное открытие нового Дворца молодежи.

Панкратов припарковал свою «восьмерку» недалеко от потаповского джипа в тот момент, когда Потапов в сопровождении охраны переходил улицу. Глеб посмотрел на часы, было около семи. Он огляделся по сторонам: дорогие иномарки и «Волги» с госномерами прибывали.

«Похоже, здесь соберутся все шишки города», — подумал Панкратов.

Однако «все шишки» в это время уже собрались во дворце, просто часть автомобилей, привезшая высших чинов администрации города и области, подъезжала не к парадному входу во дворец, а к служебному.

Панкратов достал бутерброд и банку колы. Он приготовился к длительному ожиданию. Медленно пережевывая ветчину, наблюдал за происходящим на улице. В джипе и «Опеле», принадлежащим Потапову, остались лишь шоферы, которые так же, как Панкратов, скучали. Охрана ушла с начальником.

«БМВ», припаркованному рядом с джипом Потапова, подошел хозяин и уехал. Его место тут же заняла бежевая «девятка» с двумя пассажирами. Неожиданно Панкратов перестал жевать и пристально вгляделся в сидящего за рулем «девятки» мужчину.

Панкратову черты его лица показалось знакомыми. Глеб положил бутерброд на панель автомобиля и достал из бардачка бинокль.

«Точно, это они», — убедился он.

Сомнений быть не могло. Это были двое из тех троих, которых ему, Глебу, «заказал» Потапов. Клички этих бандитов были Боня и Самурай.

«Какого черта они здесь делают? — подумал он про себя. — Вряд ли они здесь с добрыми намерениями, в лучшем случае они «пасут» своего шефа, ведь Буковский должен присутствовать на этом мероприятии, а в худшем… в худшем пасут моего. В таком разе все усложняется. Стрелять по ним нельзя. Потапов не одобрит шума на таком мероприятии, тем более устроенном в людном месте. Однако предупредить Сергея все же надо. В крайнем случае, пусть машина заберет его с черного входа».

Панкратов вынул из бардачка пистолет и положил на соседнее сиденье, прикрыв газетой. После этого взял сотовый телефон.

Только что закончилась торжественная часть, и все собравшиеся перешли в фуршетный зал. Приглашенных было много. Большинство из них Буковский знал в лицо, значит, приходилось не только здороваться, но и перебрасываться несколькими фразами. Буковский старался вести себя как человек, чья победа на выборах предрешена. Он был радушен, весел, улыбался, хотя в душе ему было не до веселья.

Ситуация последних дней складывалась явно не в его пользу. Симптомов того, что выборов ему скорее всего не выиграть, было много.

Сегодняшним вечером случился еще один факт, который отнюдь не обрадовал Буковского. Губернатор после официальной части не захотел с ним поговорить. Нет, он не отказывался, просто, сославшись на занятость, после торжественного собрания покинул Дворец молодежи.

Однако время, чтобы перекинуться словами с мэром, он все же нашел. И этот факт являлся показательным для Буковского. Его вполне можно было расценить как то, что губернатор уже не поддерживает его на предстоящих выборах, а склонен отдать предпочтение Стеклову.

— Добрый вечер, Дмитрий, — послышался ему знакомый, слегка скрипучий голос.

Буковский улыбнулся и увидел сзади себя улыбающегося мэра города Юрия Стеклова.

— Привет, Юрий, — ответил Буковский, пожимая руку своему сопернику.

— Ты сегодня какой-то грустный, — сказал Стеклов, улыбаясь.

— Разве? — удивленно вскинул брови Буковский. — По-моему, тебе показалось. Поводов для огорчений, — добавил он с недоуменным выражением лица, — у меня пока нет.