Хороший, плохой, неуловимый - Николай Иванович Леонов

спустился в метро, предвкушая предстоящую дружескую беседу. На работе его ждал проведший день с обладателями эдипова комплекса Станислав Крячко. Минуту назад он прислал сообщение: «Спасибо Орлову. Таких впечатлений не получал давно».

* * *

В кабинете пахло пять минут назад доставленным борщом.

— На пустой желудок я такого не выдержу, извини, — открывая контейнер со ржаным хлебом, натертым чесноком и пахнущим тмином, взмолился Крячко. — Доконали эти страдальцы, вожделеющие мать.

— Не брезгливый ты человек, Стас, — хмыкнул Гуров. — Я вот не представляю, как можно есть под такой рассказ.

— Еще как можно! — Крячко добавил в борщ сметану и посыпал ее белый остров зеленью. — Иначе — вот те крест! — я после этого дня умру.

— Ну, смотри. Не переусердствуй с подробностями, пожалуйста. — Гуров взял тарелку борща и на секунду забыл обо всем, кроме смерти Лизы. «Вот найдем убийцу — тогда и выдохнем. Может, Глеба в свой отдел перевезем. Москва притупит горе».

— Нет, ну ты слушаешь? — пробился сквозь оцепенение Льва возмущенный голос Крячко. — В общем, эти фрукты с комплексом Эдипа — дизайнер интерьеров Насир Алиев и трейдер альтернативных валют Ефрем Кунявский…

— А по‐русски?

— Тебе слово «дизайнер» непонятно?

— Я не так стар, как ты.

— Туше, коллега! — Крячко поднял вверх стакан с морсом и сделал глоток. — Хорошо пошла!.. В общем, трейдер альтернативных валют — это специалист по криптовалютам, то есть предприниматель, использующий цифровые деньги.

— Виртуальный деляга.

— Можно и так. Электронный бизнесюк.

— Твое здоровье! — кивнул Гуров, в свою очередь поднимая морс.

— В общем, оба парня живут не тужат. Первый был представлен Юлии на светской тусовке. Открытие выставки «Тиары Романовых», устроенное Cartier. Там было много клиенток Чешевой. Называют себя «Паствой Юнг».

— Это смело.

— Для кремлевских жен, покупающих копии царских тиар от Cartier? Я думаю, нет. Одна из них, кстати, мне сегодня звонила. — Он указал глазами на служебный телефон. — Ольга Мискив.

— Странная фамилия.

— Западнобелорусская. По мужу она Валиводзь.

— Ого!

— Эге! Заявила, что критическое время для поимки убийцы истекает…

— Первые сутки? Как в детективных сериалах про нашу жизнь, да?

— А ты сомневался?

— За кого ты меня принимаешь?! Ладно. Что хотела‐то?

— Ты не поверишь! Оказать посильную помощь в расследовании. «Паства» готова включиться в поиски убийцы, отнявшего у них психолога, хоть сейчас.

— Каким образом?

— У прихожан Юлии, кстати сказать, широкие возможности.

— Это у их мужей широкие полномочия.

— Победителей не судят. В общем, нам готовы предоставить все, чем пользуются в детективном агентстве Sherlocked, которым владеет на паях деятельная госпожа Валиводзь. Звукозаписывающие устройства, бинокли, зрительные трубы, перископы. Вплоть до бронированных автомобилей и мини‐грузовиков с целой студией для прослушки и съемки.

— Похоже, друзья ценили Юлию больше, чем члены семьи.

— Видимо, было за что. Ты вот знал, что она была человеком года по версии подкаста «Угол Джоли»?

— Я даже боюсь спрашивать…

— Что такое подкаст, да?

— По таким углам у меня жена ходит. Она актриса больших и малых театров, не забывай. Так что я даже, стыдно признаться, наглядно представляю себе, мой друг, — Гуров понизил голос и сделал вид, что оглядывается в поисках ненужных свидетелей, — как выглядят «углы Джоли».

— Ты джедай!

— По версии подкаста «Угол Джоли»?

— Туда тоже можно!

Друзья рассмеялись.

— Так вот, — наконец бодрее сказал Крячко. — Криптовалютчик не знал Юлию даже шапочно, пока не пережил паническую атаку прямо во время какой‐то онлайн‐конференции, где вещал про корпоративные биткоины, и Юлия сумела подхватить его состояние онлайн. То есть — я проникся, знаешь? — переписывалась с ним в чате завуалированными сообщениями, успокоив так, что никто и не заметил, как он задыхается. Только все отключились, он связался с Юнг через ее администратора…

— Жанну Грекову.

— Малена во плоти, скажи?

— Мы с тобой люди семейные.

— Увы. В общем, Юнг страховала Кунявского около полугода. Он регистрировал ее на свои мероприятия как ассистента, а она была на связи всю встречу, успокаивая парня и разряжая атмосферу в чате.

— Эдипов комплекс тоже прошел? И у Кунявского, и у Алиева?

— С этим сложнее, — покачал головой Крячко. — Понимаешь, у обоих матерей нет. Только мачехи.

— Предыдущее поколение рублевских жен?

— Зришь в корень. — Крячко открыл поисковик на рабочем компьютере и показал фото длинноногой блондинки, похожей на клонированную российскую топ‐модель и актрису Сашу Лусс, сыгравшую обворожительную и смертоносную блондинку в прославляющем КГБ шпионском экшен‐триллере «Анна».

— Госпожа Кунявская собственной персоной?

— Алиева.

— Хм…

— В прошлом — лицо компании «Новая Заря». Теперь — жена гранатового короля Айваза Алиева. Свой вклад в воспитание осиротевшего пасынка внесла в виде солнечных ванн топлес на берегу бассейна в особняке Алиева. С тех пор парень ищет в женщинах ее бледные тени, рядом с которыми слово боится произнести. Юлия в ходе терапии отделила образ соблазняющей мачехи от настоящей матери, сняла у парня тревожность. Он переписывается в «Телеграме» с землячкой‐ровесницей, которая оканчивает факультет креативных индустрий в его родном НИУ ВШЭ. — На экране Крячко появилось фото улыбающихся молодых людей у вольера в Московском зоопарке. — Это Дафна.

— Необычное азербайджанское имя…

— Дафна — это альпака, Лев. Ее все московские школьники знают.

— Давно ли ты снова в младших классах, Стас?

— Тьфу на тебя! Короче, Назир Алиев едет со своей девушкой на Миланский мебельный салон. Благодаря Юлии парень так осмелел, что летят самолетом на соседних креслах.

— И на день убийства у него, конечно же, алиби?

— Хакатон в «Вышке». Представлял с друзьями приложение, которое ищет мягкую мебель по указанным габаритам. Шерстит сайты от блошиных рынков до экспериментальных дизайнерских мастерских. Я звонил в вуз, посмотрел презентационное видео с мероприятия. Парень чист.

— А второй?

— Вот с Кунявским сложнее.

— Мачеха злее?

— Да нет. Такая же нарциссическая. Только королева красоты. «Мисс Балашиха — 2009». Но она умудрилась рассорить парня с отцом и надсмеяться над ним, заманив в сауну, полную таких же подруг. Так что он даже с Юлией не встречался офлайн. Грекова говорит: эти встречи планировались месяцев через пять.

— Чем был занят в день смерти психолога?

— Консультировал какого‐то айтишника по крипте. Запись разговора есть.

Гуров посмотрел на телефон, чтобы прочесть сообщение:

— Техотдел подтверждает алиби Стулова. Запись с камеры из подъезда не редактировали. Любитель бабушек действительно провел этот вечер дома.

— Может, Орлов прав и мы зря сосредоточились на клиентах‐одиночках?

— А госпожа Валиводзь не потому ли так рвется помогать, что хочет выяснить, что мы знаем о ее визитах к Юлии?

— …с супругом.

— Согласись‐ка на ее детективную помощь. Прощупаем почву, обсуждая наше возможное сотрудничество.

— Есть ли у вас план, мистер Фикс?

— Я ж не мелочный, Стас. Целых три.

* * *

Обычно фирменное блюдо Паши вызывало у Ангелины иронию в