Роберт Пайк - Побег из Синг-Синга

— Мы уже думали об этом, — бесстрастно признал директор. — И у нас есть свои идеи на этот счет, но я пока вам не могу сказать… ни вам и никому другому.

Он наклонился к Кленси, хмуро понизив голос.

— Одно могу сказать вам, лейтенант: если следствие подтвердит наши подозрения, то кое-кто составит Маркусу компанию на электрическом стуле.

— Да?

— Час назад умер полицейский, пытавшийся задержать беглецов.

Воцарившееся молчание прервал, прокашлявшись, Кленси.

— Не могу ли я видеть Маркуса?

Директор покачал головой.

— Бесполезно, он без сознания. Ему влили пару литров крови… только для того, чтобы потом все-таки отправить на электрический стул.

Кленси встал. Лицо директора оставалось холодным и неприязненным.

— Вас проводят, лейтенант. Если мы что-то узнаем, то дадим вам знать.

— Благодарю.

Выйдя из серых тюремных стен, Кленси оказался под ослепительными лучами солнца. Никогда еще оно не доставляло ему такой радости.

Вернувшись к себе, Кленси обнаружил Капровски, раскачивавшегося на откинутом стуле. У стола сидел молодой человек лет двадцати. Он был мрачным, заросшим и в сильно поношенной кожаной куртке. Кленси вопросительно взглянул на Капровски.

— Разрешите вам представить, лейтенант, Джулио Сагарра.

Капровски грохнул ножками стула об пол, захватил в огромную ручищу худенькое запястье парня и слегка встряхнул. Тот сжал зубы.

— Это лейтенант Кленси. Надеюсь, ты будешь так любезен все ему рассказать.

Юноша сердито вырвал руку.

— Я уже рассказал все, что мог.

Кленси снял плащ, убрал шляпу и сел за стол.

— Джулио — главарь «сидов», — пояснил Капровски. — Этот мошенник — непревзойденный враль.

— Это вы так думаете, — усмехнулся Джулио.

Капровски поднял ручищу, и парень машинально втянул голову в плечи.

— Так оно и есть, — Капровски повернулся к Кленси. — Мы беседовали с ним долго, только я остался недоволен его ответами. Думаю, с вами он поведет себя иначе.

— Да уж, ручаюсь, он заговорит. — Кленси принял официальный вид. — Но вытряхивать из него душу нет нужды. Что вам не понравилось в его ответах?

— Он клянется, что никто из их банды не только не давал Серверу машину, но даже разговаривать с ним бы не стал. Но я думаю, подонок что-то крутит.

— За подонка, легавый…

Капровски поднял руку, Джулио весь сжался. Кленси едва сдержал улыбку.

— Я же вам уже сказал, Капровски, придержите ваши руки… пока. Я уверен — обойдемся.

— Вы правы, — подтвердил Джулио.

— Вот видите. Ну давай, парень, выкладывай!

— Этот тип, — он показал грязным пальцем на Капровски, — подошел ко мне и спрашивает, не давали ли мы Ленни автомобиль… и еще какую-то ерунду. Я ему сказал правду и повторил раз двадцать, но он все не верит.

— Чему же?

— Разве у кого из нас есть машина? А? У нас на всех один старый мотоцикл, что все время в ремонте… И будь у нас сотня машин, мы бы Серверу ничего не дали!

— Почему?

— Потому что он дерьмо, вот почему!

— Так, — достав из пачки сигарету, Кленси заметил голодные глаза парня и бросил ему пачку. Джулио, поколебавшись, взял одну сигарету. Кленси зажег спичку, протянул ее Джулио, прикурил сам. Потом небрежно откинулся на спинку стула.

— Почему же Ленни дерьмо?

— Потому что убил Марсию Эрнандес, классную девчонку. Только подонок мог сделать такое.

— Это правда. Только надо понять и Капровски, Джулио. Ты говоришь, что не дал бы машины Серверу, потому что тот убил Марсию. Но машину он добыл до того, как убил ее. Потому Капровски и считает, что твоя история не годится.

— Что я должен сделать, чтобы убедить вас? — с отчаянием спросил Джулио. — Разве вы не поняли, что у нас нет машин? И мы Ленни ничего не давали. И еще я говорю, что он подонок и дерьмо!

— Но поставь себя на место Ленни, — спокойно заметил Кленси, — я-то слышал, это Марсия его выдала?

— Марсия, — ухмыльнулся Джулио. — Ерунда!

— Но ведь Ленни мог узнать и поверить, и решить отомстить.

— Значит, он вдвойне подонок — потому, что поверил, и потому, что…

Он вдруг замолчал и закончил за него Кленси:

— И еще потому, что не предупредил вас? Я хочу знать, что ты сделал бы в таком случае?

Джулио хмуро затянулся сигаретой, погасил ее, окурок спрятал в карман куртки.

— Вы меня хотите спровоцировать? — спросил он, буравя взглядом Кленси.

— Нет, я просто задаю вопрос.

— Вы хотите, чтобы я тоже стал подонком?

— Я хочу, чтобы ты кое-что понял, Джулио. Пойми, Ленни сбежал с тремя другими парнями, и они убили полицейского. Потом он хладнокровно разделался с Марсией — просто раздавил ее, и все. Так что когда его поймают, он обязательно сядет на электрический стул. И тем, кто ему помогал, тоже придется несладко. Это не яблоки с витрины воровать…

Невольно голос Кленси становился все более суровым, он пронизывал Джулио ледяным взглядом. Тот затравленно смотрел то на Кленси, то на Капровски, потом покачал головой.

— Понимаю, — сказал он, — вы меня за дурака держите. Выступаете дуэтом… — Он оттолкнул стул и встал. — Могу я уйти, или этот тип набьет мне морду?

— Можешь идти, только не забудь, что я сказал: Ленни Сервер сядет на электрический стул, а поможешь — станешь его сообщником. Ты бывал у Ленни в Синг-Синге, знаешь, что это такое. Думай!

— Согласен, лейтенант, — юное лицо стало суровым и задумчивым. — Обязательно подумаю. Даю слово. — Покосившись на Капровски, он шагнул к дверям. — И спасибо за сигарету, лейтенант!

Кленси удовлетворенно кивнул. Капровски улыбнулся.

— Снова мимо, лейтенант? А когда же мы займемся делом?

— Когда будем готовы, — хмуро отрезал Кленси. Помолчал, потом спросил:

— Я-то вырос в трущобах, Кап, а вы?

— Тоже, — удивленно ответил тот, — почему вы об этом спрашиваете?

— Неужели там было так плохо?..

— По-моему, — блеснул интуицией Капровски, — большая часть этой шпаны — трусы. Я же никогда не трусил, думаю, вы тоже. И если бы я пошел по кривой дорожке, мать мне голову оторвала бы.

— Может быть, и так. — Кленси, вздохнув, посмотрел на часы. — А который час, Кап? Мои стоят.

— Почти пять.

— И еще нет ничего от Стентона? Ладно, я пойду перекушу и отправлюсь спать, если получится. Но вначале… — он снял трубку. — Сержант, я ухожу домой. Когда увидите Стентона, попросите, чтобы он мне сразу позвонил.

Положив трубку, Кленси встал.

— Хотите, я вас подвезу?

— Я пойду с вами. В эту ночь я буду с вами до конца. — Капровски стукнул своим громадным кулаком. — Есть приказ капитана Вайса, лейтенант, а приказы надо выполнять. И не спорьте.

Кленси улыбнулся.

— Со вчерашнего вечера я обязан вам жизнью и теперь на все согласен. Даже сделаю вам подарок: вы ляжете на моей кровати, а я — на диване. Учитывая ваш рост, это вполне нормально.

Капровски улыбнулся.

— Я вам тоже сделаю подарок, лейтенант: на этот раз не буду спорить.

Глава 5

Покачав головой, Капровски прислонился к двери ванной и осторожно постучал. Шум душа не прерывался. Подождав еще немного, постучал сильнее. Шум воды тут же смолк. Раздался раздраженный голос:

— Что там еще?

— Стентон звонит, лейтенант.

— Господи, ну попросите подождать немного, я же под душем. — Последовала пауза. — Ладно, я уже готов.

Лязгнула защелка, и в клубах пара появился Кленси, завернувшийся в полотенце. Быстро подошел к телефону.

— Алло?

— Говорит Стентон, лейтенант. Я только что вернулся.

— Ну и как? Что-нибудь нашли в Джерси?

— Этот городок гораздо больше, чем на карте. Что до матери Сервера, то ей солгать — раз плюнуть.

— Подождите болтать, — прервал Кленси. — Я в одном полотенце и уже замерз. Что же происходит?

— Старуха дала мне адрес мастерской в Джерси и фамилию хозяина, друга отца Ленни, который обещал ему работу. Но по этому адресу только модные лавки, парикмахерские, чайные — и ничего похожего на какой-то гараж. Никакого проката машин. Я подумал, что напутал с адресом и решил позвонить — ничего. В телефонной книге пусто. В справочнике по прокату машин — тоже. — Стентон помолчал. — Алло?

— Я вас слушаю, — отозвался Кленси. — И все еще мерзну. Давайте побыстрее.

— Ладно. Возвращаюсь я в Нью-Йорк, и старуха оказалась дома. Спрашиваю, что все это значит, а она даже не смутилась, не растерялась, а спокойно заявляет, что ошиблась. И дает мне новый адрес. У нее был такой спокойный вид, что я, как идиот, вместо того, чтобы позвонить по телефону, снова еду в Джерси. Но на этот раз вместо парикмахерских — лавки букинистов и ростовщиков и…