Барри Мейтланд - Марки королевы Виктории

Макларен еще больше нахмурился:

– Так… и что конкретно это нам дает?

– Как что? Если это правда, то Уэверли, выходит, сертифицировал по крайней мере одну крупную партию поддельных марок.

– Но, насколько мы знаем, Рафаэль – мастер подделки очень высокого класса и использует новейшие технологии, поэтому обнаружить фальшивку можно лишь в лабораторных условиях.

– Да, сэр. Сам же доктор Уэверли нам об этом и сказал.

– Более того, он признался, что принял поддельные марки на письмах с требованиями выкупа за подлинные, – продолжал Макларен. – Мы, конечно, можем привлечь к этому делу и других экспертов, чтобы они подтвердили его точку зрения, но специалисты из нашей лаборатории, похоже, с ним согласны.

Кэти бросила скользящий взгляд на Брока.

– О докторе Уэверли можно сказать кое-что еще, сэр.

– Правда? Что ж, поведайте нам об этом, Кэти.

– Все это время я вспоминала день аукциона в «Каботе», пытаясь представить себе, кто и как мог подставить Брока.

Она заметила, что после того, как она произнесла эти слова, Макларен насторожился. Она почти не сомневалась, что шотландец начнет возражать против такой постановки вопроса и слов «мог подставить», но он, к ее удивлению, сказал другое:

– Продолжайте, Кэти, мы вас внимательно слушаем…

– Когда мы закончили дискутировать на тему, стоит или не стоит использовать копию, изготовленную им в лаборатории вместе с нашими специалистами, доктор Уэверли положил эту марку в конверт и…

– И передал его Броку, – перебив Кэти, сказал Макларен. – Все, кто находился в комнате, это признают, включая самого главного инспектора. – Шотландец взмахом руки указал на Брока.

– Но прежде чем передать его Броку, – осторожно произнесла Кэти, продолжая развивать свою мысль, – он вернулся к своему портфелю и положил конверт с маркой туда, после чего неожиданно передумал и снова вынул конверт из портфеля. Я, конечно, ни в чем не уверена, поскольку не задержала на этом внимания, чего, полагаю, не сделал и никто другой из присутствующих, но именно в этот момент он мог заменить конверт на другой, который находился у него в портфеле – точно такой же, но уже без марки.

Наконец она это высказала, но в следующее мгновение поняла, что выношенная ею истина выглядит, мягко говоря, не слишком убедительно.

Макларен с удивлением на нее посмотрел:

– Выходит, все это спланировал Уэверли?

– Да.

– Но зачем, девушка? – развел руками Макларен. – Какого дьявола ему было воровать подделку, им же самим и изготовленную? Даже если он работал на похитителей, им требовалась настоящая марка.

– Я… я не знаю. Я предположила, что он, возможно, работает в одной связке с Сэмми.

– С Сэмми? – Удивлению Макларена, казалось, не было предела. – Которого он заодно надувал, выдавая сертификаты аутентичности на приобретаемые им фальшивые марки?

Кэти сглотнула образовавшийся в горле ком и промолчала. Периферическим зрением она уловила брошенный в ее сторону презрительный взгляд красных от переутомления глаз Тони Хьюитта.

Макларен долго откашливался, словно пытаясь избавиться от застрявшего у него в горле некоего инородного тела. Кэти знала, что своим выступлением нарушила неписаный договор не касаться на этой встрече деталей дела, по которому в качестве подозреваемого проходит Брок. Макларен, имевший отношение к этому расследованию, уж точно не хотел, чтобы к обсуждению проблем, связанных с похищением Десаи, примешивалось теоретизирование относительно невиновности Брока. Он привез его сюда с другой целью.

– Полагаю, – твердо сказал Макларен, – в отсутствие конкретных фактов нам следует прежде всего иметь в виду установленных фигурантов этого дела.

В этот момент в дверь постучали, и в комнату вошел человек с письменным сообщением для Хьюитта. Последний быстро разорвал конверт и прочитал записку.

– Звонок с мобильного телефона Старлинга зафиксирован к югу от реки, – сказал он. – Техники, однако, сомневаются, что смогут установить место с большей точностью.

Макларен обдумал его слова.

– Как вы думаете, Брок, он сделал это намеренно? Пересек реку, прежде чем позвонить, чтобы сбить нас со следа?

– Сомневаюсь. Полагаю, он будет находиться там, где его убежище, чтобы не оставлять пленника в одиночестве.

– Как бы то ни было, он хитрец, каких мало. Что вы думаете по этому поводу, Тони?

– Две трети шансов, что он к югу от реки, и одна треть – что на севере.

– Что ж, из этого и будем исходить. Но ситуация окончательно прояснится лишь после того, как мы найдем машину Десаи. Теперь что касается вас, Брок. Я вас больше не задерживаю. Но если у вас появятся какие-нибудь новые идеи, не забудьте нам позвонить.

Потом Макларен повернулся к Кэти. Она подумала, что в его отношении к ней что-то переменилось. Он смотрел на нее с меланхолическим выражением на лице, как смотрит преподаватель на не оправдавшего его надежд способного ученика.

– Почему бы вам, Кэти, не отвезти Брока домой? Потом явитесь на Кобальт-сквер и доложите о результатах обыска.

– Слушаюсь, сэр.

Затем Макларен намеренно резко от нее отвернулся и заговорил с Хьюиттом, который на прощание не удостоил ни ее, ни Брока даже взглядом.

Когда двери лифта за ними закрылись, Кэти глубоко вздохнула и сказала:

– Ну вот. Наконец-то я это выложила.

– Хорошая попытка, Кэти, – пробормотал Брок. – Благодарю. Я оценил ее по достоинству.

– Значит, вы тоже не верите в такую возможность? В возможную подмену конвертов?

– Вообще-то верю. Но у Макларена весьма существенные аргументы против этой версии.

Кэти ничего больше не прибавила, пока они не прошли к парковочной площадке за домом и не отыскали свою машину. Усаживаясь за руль, она сказала:

– Почему бы нам не нанести ему визит?

– Кому?

– Доктору Уэверли. Надо его проверить. Посмотреть на его реакцию.

– Ваш новый начальник этого не одобрит.

– Это не факт. В конце концов, в каждом деле есть вещи, нуждающиеся в прояснении, чтобы больше к ним не возвращаться. Это то, что называется рутинной работой. Почему бы вам, Брок, не позвонить менеджеру «Кабота» и не узнать у него адрес доктора?

Брок ухмыльнулся и взял телефон, который она ему протянула.

Джеймс Мелвилл, как всегда, был сама любезность.

– Тим Уэверли? Да, я могу вам сказать, где его можно найти. В данный момент он у нас в магазине в комнате наверху, где мы храним наши фонды. В этот день недели он всегда работает у нас – подбирает образцы для нашего следующего аукциона. Предупредить его о вашем визите?

Они нашли доктора Уэверли в том самом месте, куда Джеймс Мелвилл их направил, то есть в зале хранения. Уэверли был погружен в беседу с одним из сотрудников фирмы «Кабот», который, увидев детективов, сразу же вышел из помещения. Это была прохладная, с высокими потолками комната, где вдоль стен стояли высокие деревянные шкафы с выдвижными ящиками. В одной из стен под потолком было прорезано круглое оконце, из которого бил сноп яркого солнечного света. Уэверли, как и во время их предыдущих встреч, был одет в летний бежевый костюм и голубую рубашку с темно-синим галстуком-бабочкой. Поздоровавшись с Кэти и Броком, доктор с любопытством посмотрел на них и сказал:

– Меня потрясло известие о смерти жены мистера Старлинга, главный инспектор. Какой-нибудь прогресс в этом деле наметился?

– О да, – с мрачным видом сказал Брок. – Еще какой.

– Мы хотели прояснить с вашей помощью один эпизод, доктор Уэверли. Ничего существенного, тем не менее мы решили переговорить с вами с глазу на глаз. Просто во избежание ненужных тревог.

– Ненужных тревог?

– Вы не получали, случайно, известий от Старлинга в течение последних суток?

– От Старлинга? Нет.

– Слава Богу! Вы просто сняли у нас камень с души.

– Боюсь, я не совсем понимаю, о чем вы говорите… Я лично звонков от него или визитов с его стороны не ждал. Или что-нибудь случилось?

– Но вы довольно часто с ним общались, не так ли? До того как все это случилось… Ведь вы проводили экспертизу марок, которые он собирался приобрести?

– Да, время от времени проводил. Но я уже рассказывал об этом суперинтенданту Макларену. Неужели он не видел мой отчет относительно поддельных марок, обнаруженных мной в коллекции Старлинга?

– Я не знаю, – сказал Брок. – Мы работаем над разными аспектами этого дела, доктор Уэверли. И он не счел нужным просветить меня на этот счет.

– Неужели? – Уэверли недовольно посмотрел на Кэти, словно она была студенткой его семинара.

– Быть может, вы все-таки скажете несколько слов по существу вопроса, доктор? – спросила она.

– Боюсь, что ничего хорошего я вам сообщить не смогу. В коллекции обнаружено очень много подделок, особенно среди раритетов. И если бы это не имело столь существенных последствий, прежде всего в финансовом отношении, для фирмы «Кабот» и самого мистера Старлинга, я бы сказал, что исследовать их было истинное удовольствие.