Убить банкира - Светлана Файзрахманова

банкирами. А Олег Бойко, старший брат Кирилла стал управляющим «Олби-Дипломат» компании торгующей по дебетовым валютным карточкам.

Но ему было этого мало, и он решил приобщить к своим активам банк Капитал, совладельцем которого был и его младший брат Кирилл.

Кирилл однажды случайно подслушал разговор Мельника с его лечащим врачам, и услышал, что Игорю Геннадьевичу осталось не больше года. И он уже предчувствовал что на ближайшем собрании совета директоров они будут дербанить его пакет акций. Но старший брат как-то сумел выяснить, что тот подстраховался и все акции завещал Хольцу. И теперь под раздачу попал Семен. На самом деле, когда врач разговаривал с Мельником, он сказал, что если тот не прооперируется, то ему останется не больше года. Именно поэтому Мельник решил оставить пост председателя совета директоров, и уехать в Израиль лечиться.

* * *

Когда Макс не вернулся с «кладбища», Кирилл поехал к брату, и попросил его о помощи.

— Ты дурак, — орал старший Бойко, — Ты хоть понимаешь, что начнется война, если твой Макс проболтался. Идиот, тебе ничего нельзя доверить, — гневу брата не было предела. Мало того, что банк не получу, так еще «Олби» потеряю. Надо как-то договариваться с Хольцем, но он смерть жены однозначно не простит.

— Ладно, собирай необходимые вещи, поедешь в наш загородный дом, сиди там тихо и не высовывайся, я все улажу.

После того, как брат уехал, Олег позвонил банкиру и назначил переговоры.

— Послушай, Семен, я тут не при делах, Кирилл просто разозлился на Мельника.

— Разозлился на Мельника и убил мою жену, не логично, Олег, — возразил Хольц.

— Нам обоим война не нужна, от нее никто не выиграет, пойми, — убеждал Бойко Семена, протягивая ему бумажку с адресом загородного дома.

* * *

Ребята собрались вечером следующего дня подвести итоги.

— Макса в живых оставлять нельзя, это однозначно, — выразил общую мысль один из спецназовцев.

— Кирилла мы сегодня убрали по-тихому и прикопали в безымянной могилке, — отчитался второй спецназовец.

— Макса тоже туда прикопайте, — решил Семен.

— Хорошо, шеф, сделаем, — ответил Григорьев.

Так что, на этом дело закрываем, войны, значит не будет? — спросили ребята.

Не будет, мы можем потерять близких, и эти потери будут неоправданно большими. Израиль не так и далеко, и при желании Бойко может добраться и там до моих близких. Да и ваши родные как и вы можете пострадать.

— Поймите, ребята, это не слабость, это разумное решение дать возможность жить твоим близким, и не оборачиваться каждый раз на любой шорох.

В конце 1995 года у компании Бойко возникли проблемы, это было связано с проблемами в банке «Национальный кредит», которые возникли на фоне общего кризиса в банковской сфере. Собрания о решении выплаты дивидендов не проводились, выплаты по акциям были прекращены. Одновременно в офисах компании «ОЛБИ-Дипломат» и банка «Национальный кредит» был прекращен выкуп акций. В ноябре 2002 г. Арбитражный суд г. Москвы вынес решение о признании АООТ «Олби-Дипломат» банкротом.

Семья Семена Давидовича Хольца вернулась из Израиля.

Хольца выбрали председателем совета директоров единогласно, даже без акций Мельника. Мельник уехал лечиться в Израиль.

Часть 4. Любовь

«Да! Как же быстро летит время», — задумался Семен.

А он уже совсем не молод. Сегодня юбилей пятьдесят лет. Только в «Аравии» он его больше не отмечает, слишком тяжелые воспоминания.

Дора Марковна очень постарела, ей за семьдесят перевалило. Сын вырос. И Яшке он стал не очень-то нужен, главное, чтобы денег на тусовки давал. Золотая молодежь. Да ладно, пусть развлекается. Важно, что сын по его стопам в экономический пошел, будет кому передать «империю». Хотя, подозреваю, что это заслуга тещи. Бабушку Яков любит и когда она на прошлой неделе полетела в Израиль в очередной раз подлечить ноги, он вызвался ее сопроводить и передать дяде Альберту с рук на руки.

Воспоминания навалились на Семена Давидовича со всех сторон и накрыли как гигантская волна.

— Что это? Старею, — бормотал он себе под нос.

Как он прожил свою жизнь? Жену не уберег, — глаза вдруг предательски блеснули.

Зато сына вырастил, и дом построил, и сад вокруг дома для него садовник посадил…

Звонок телефона вырвал его из воспоминаний.

— Семен Давидович, к вам Валентина Дмитриевна из Ижевского механического завода. Она по записи, — щебетала в трубку секретарша.

— Зови, — сказал он и положил трубку на телефон.

Он помнил Валентину еще совсем молоденькой девушкой, когда она в первый раз приехала в его банк получать кредит для завода. Это было, кажется, в 1996 году, а ей было чуть больше двадцати.

А сейчас такая интересная тридцатипятилетняя леди. Да и теперь она уже не ведущий экономист, а начальник экономического отдела целого завода. И кстати, ни разу не видел у нее кольца на правой руке. Вся в работе и некогда личной жизнью заняться? Или есть другая причина?

Эх, старый хрыч, уймись, пятьдесят лет, а на молодую девку засмотрелся, — пожурил сам себя Семен.

Хотя выглядел он для своих пятидесяти очень прилично, да и дамы на него иногда зазывающие взгляды кидали, мог и молодую пассию себе позволить. Однако он пока не встретил ту, которая бы заменила ему Софу. Не то чтобы Семен совсем жил монахом, но и женой новой не обзавелся.

— Валентина Дмитриевна, вам нужно еще подписать заявление на получение кредита, вот здесь, — наклонился он над Валей, и втянул носом приятный запах ее духов. Женщина неожиданно резко выпрямилась.

— Ой, — отскочил банкир, — и из носа потекла теплая липкая струйка.

Валя закрыла рукой рот и с немым выражением смотрела, как алые капли крови, пачкают белоснежную рубашку Хольца.

— Извините, — шепотом попросила она прощение за то, что разбила нос управляющему.

— Извиню, если составите мне компанию за обедом, — улыбнулся Семен.

А про себя подумал, интересно, фингалы выйдут быстро? Хорош управляющий с фонарями под глазами. И Семену вдруг стало смешно, он улыбался, и ждал, что ему ответит Валентина.

— Да, хорошо, конечно,