Эрл Гарднер - Дело о стройной тени

Ознакомительный фрагмент

– Постой, Перри, – возразил Дрейк, – я не хочу больше ничего знать…

– Тебе нужна работа или нет?

– Я ни от какой работы не отказываюсь.

– Вот и прекрасно. У тебя есть работа.

– Какая?

– Морли Тейлман. Я хочу знать, где он находится в настоящее время.

– Где он в настоящее время?

– Вчера вечером он ездил в Бейкерсфилд. Встречался по делам с Колем Троем, своим партнером. Уехал оттуда в девять часов, домой не вернулся. Жена сообщила в полицию. Я хочу найти Тейлмана. Подключи к этому делу несколько человек и посмотри, что можно выяснить.

– Если уж этим занималась полиция, они отработают все версии.

– Вот именно, – ответил Мейсон, – но полиция нам ничего не сообщает, а я хочу получить всю информацию, которой они располагают. Даже больше.

– Хорошо, – согласился Дрейк. – У меня есть человек в Бейкерсфилде. Я позвоню и поручу ему заняться этим делом.

– Вот телефон, – сказал Мейсон. – Звони.

Дрейк взялся за телефон. Мейсон прошел в свой офис и сообщил Делле Стрит, что уходит и вернется не раньше полудня.

Глава 5

Сверившись с адресом, выписанным из телефонной книги, Перри Мейсон свернул на Диллингтон-драйв. Извилистая дорога повторяла очертания холма и выходила в тихую, затянутую дымкой долину.

Адвокат остановился у дома шестьсот тридцать один, современного здания с плоской крышей и почти сплошь стеклянными стенами.

Часы показывали десять минут двенадцатого. Мейсон поднялся по широким ступенькам и нажал кнопку звонка.

Через какое-то время дверь открыла красивая женщина с ясными голубыми глазами, на вид ей было лет двадцать восемь.

– Миссис Тейлман? – спросил Мейсон.

– Да, – ответила она настороженно.

– Я Перри Мейсон, адвокат. Я хотел бы поговорить с вами о вашем муже.

– Заходите, – пригласила она.

Мейсон вошел в комнату, залитую солнечным светом, проникавшим сквозь жемчужно-серые занавески. Комната была обставлена с большим вкусом, на полу, от стены до стены, лежал ковер, кресла были глубокие и удобные.

– Не хотите ли присесть, мистер Мейсон?

Мейсон поблагодарил, сел и заговорил:

– Миссис Тейлман, мне очень жаль, что в данный момент я не могу выложить на стол все карты. Насколько я понимаю, вы хотите получить информацию о своем муже. Я хочу этого не меньше вас. Я представляю интересы клиента, желающего остаться неизвестным, и уверен, что его интересы не противоречат вашим. Иначе я бы к вам не пришел. Насколько я знаю, у вас нет причин не быть со мной откровенной. Я уверен, что это в ваших интересах.

– Мой муж советовался с вами?

– Нет, миссис Тейлман, хотя в данном случае я действую в его интересах. Я объясню, почему я приехал к вам. Вы сообщили полиции, что ваш муж исчез. Вы сообщили также, что его шантажировал некто А.Б.Видал. Полицейские расспрашивали меня, поскольку я проявил интерес к мистеру Видалу раньше их. Я сообщил им все, что мог.

– Вы представляете мистера Видала?

– Нет, мы никогда в жизни не встречались, и, согласно имеющейся у меня информации, его интересы противоречат интересам вашего мужа. У меня есть основания предполагать, что мистер Видал пытался шантажировать мистера Тейлмана. Моя секретарша положила в конверт ключ от секции «FO восемьдесят два» камеры хранения на вокзале и отправила до востребования А.Б.Видалу. Это было вчера около полудня. Я попросил частного детектива проследить за этим Видалом, когда он явится за письмом. Я хотел выяснить, кто он, как выглядит и куда направляется.

– И вам это удалось? – с неожиданным интересом спросила она.

– Нет, – ответил Мейсон. – Вся эта затея с отправкой письма до востребования была просто уловкой. Шантажист заранее приготовил дубликат ключа и забрал содержимое ячейки, не заходя на почту. Потом он бросил в щель монету, вынул ключ и запер пустую ячейку.

– Вы рассказали все это полиции?

– Да.

– Если ваша секретарша отправляла ключ, то она могла открыть ячейку и забрать оттуда сверток. Или что там было…

– Это не обязательно следует одно из другого, – сказал Мейсон. – Я не хотел бы вас обманывать. Могу только сказать, что моя секретарша действительно положила ключ в конверт и отправила его Видалу до востребования.

– Вы не являетесь адвокатом моего мужа?

– Мы даже никогда не встречались.

– Если вы не связаны ни с Видалом, ни с моим мужем…

– Я не сказал, что не связан с вашим мужем, миссис Тейлман. Лично он меня не нанимал, но мой клиент действует исключительно в интересах вашего мужа.

– Вы можете объяснить подробнее?

– Очень сожалею… – Мейсон покачал головой.

– По-моему, – начала миссис Тейлман, – А.Б.Видал – вымышленное имя.

– Вы думаете, он шантажист?

– Я это знаю.

– Вы можете сказать мне, откуда вы это знаете?

Миссис Тейлман на мгновение заколебалась.

– Уверяю вас, – продолжал Мейсон, – если бы мои интересы или интересы моего клиента противоречили вашим, я никогда не приехал бы к вам. В настоящий момент я здесь исключительно в качестве человека, который хочет получить сведения от свидетеля.

– Хорошо, – сказала она. – Я сообщу вам некоторые факты, мистер Мейсон. Я скажу вам то, что сказала полиции. Все свои карты я не выложу на стол, пока вы не выложите свои.

– Отлично, – согласился Мейсон.

– Вчера муж вернулся с работы в два часа дня. Он был очень озабочен, сказал, что должен ехать в Бейкерсфилд. Он хотел переодеться и попросил меня принести другой костюм. Как обычно, я просмотрела карманы костюма, который Морли снял. Костюм нужно было отправить в чистку, и я хотела убедиться, что в карманах ничего не осталось.

– Ваш муж сам переложил все из одного костюма в другой?

– Да, он всегда делает это сам. Я пришла позже, взяла брошенный на стул костюм и прошлась по карманам. Очень часто он забывает в кармане перочинный нож, ключи, монеты. Мне кажется, все мужчины такие, у них так много карманов, и они всегда так спешат…

– Понимаю, – улыбнулся Мейсон. – Со мной тоже такое случается.

– Так вот, – продолжала она, – во внутреннем кармане пиджака было письмо. Оно было составлено из слов, вырезанных из газеты и приклеенных на лист бумаги.

– Вы помните, что там было написано? – спросил Мейсон.

– Могу повторить слово в слово: «Приготовьте деньги. Инструкции по телефону. Невыполнение условий опасно».

– Вы записали текст письма?

– Нет. Я просто запомнила.

– Продолжайте, пожалуйста.

– Там же, в кармане, лежал и конверт, – сказала она. – Обычный конверт с маркой, адресованный моему мужу. В верхнем левом углу стоял обратный адрес: «А.Б.Видал, до востребования». Адрес был напечатан на машинке.

– И что же вы сделали? – спросил Мейсон.

– Морли в это время брился в ванной. Пиджак, который он собирался надеть, висел на вешалке. Я сунула письмо и конверт в нагрудный карман. Раз он мне ничего не сказал… Знаете ли, мистер Мейсон, я не люблю задавать лишние вопросы и ставить мужа в неловкое положение. Я считаю, что, если мой муж хочет мне что-то сказать, он скажет. А если не говорит, то не хочет меня беспокоить или не хочет, чтобы я это знала.

– Однако письмо вас обеспокоило?

– Да. К тому же я чувствовала, что мужа что-то тревожит.

– Вы в курсе финансовых дел вашего мужа?

– Мы вместе подписываем счета на оплату подоходного налога, но я просто, даже не глядя на цифры, ставлю свое имя на нужной строчке.

– Вы никогда не обсуждаете с мужем финансовые дела?

– Мой муж очень щедро дает мне деньги на расходы. Большего я не требую. Этих денег вполне хватает, чтобы вести хозяйство, а время от времени Морли делает мне подарки – новую машину или что-нибудь в этом роде. Одежду я покупаю на те деньги, что дает муж.

– Это большая сумма? – спросил Мейсон.

– Вполне достаточная, – улыбнулась она.

Мейсон окинул взглядом комнату.

– Да, похоже, – согласился адвокат. – И потрачена с большим вкусом. Итак, ваш муж уехал в Бейкерсфилд?

– Во всяком случае, я так полагаю. Он сел в машину и уехал. Он очень спешил.

– Сколько времени обычно ваш муж тратит на дорогу от дома до работы?

– Примерно полчаса. Он привык рано вставать и уезжает до того, как начинается час пик. И возвращается рано. А когда задерживается, всегда звонит.

– Понятно, – сказал Мейсон. – Итак, вы видели письмо, составленное из вырезанных из газет слов.

– Да.

– Миссис Тейлман, были ли эти слова как-нибудь порваны? Это может оказаться важным. Разорваны пополам и снова склеены?

– Нет, они были аккуратно вырезаны ножницами.

– На конверте был адрес конторы вашего мужа?

– По правде говоря, я не обратила внимания. Ему приходят письма и на домашний адрес.

– Я думаю, что вы не заметили, когда пришло это письмо.