Уолтер Саттертуэйт - Эскапада

Я показал.

— Где-то здесь. Золу до сих пор видно. По всему полу.

Сержант Медоуз подошел к окну, остановился и вытянул шею силясь посмотреть вниз.

— Гм-м-м, — проговорил Марш. — Итак. — Он наклонился и принялся разглядывать пол. — Следы. Здесь явно резвилась стая диких зверей.

— Мы все тут были. Дойл, лорд Перли, Гудини. А потом старший инспектор Хонниуэлл со своими людьми.

Марш все еще стоял согнувшись.

— Вы на золу смотрели, когда зашли в первый раз?

— Да. Никаких следов. Да и откуда им взяться. Золу выдуло из камина, когда мы выломали дверь.

— Гм-м-м. — Не разгибаясь, Марш сделал шаг-другой, продвинувшись на несколько дюймов к стене. — Очень интересно, — заметил он.

— Что?

— Тут имеются любопытные следы, они ведут к стене — как будто здесь топтались, — а назад не возвращаются. — Он выпрямился и взглянул на меня.

В этот миг каменная стена внезапно раздвинулась, вернее, часть ее, похожая на дверь, и из темного проема вышел Великий человек. В одной руке он держал горящий железнодорожный фонарь и улыбался своей широкой обворожительной улыбкой.

— Следы, естественно, мои, — сказал он.

Глава тридцать третья

Насчет выходов Великий человек был большой специалист. Марш тоже умел принимать нужное положение и изысканно улыбаться.

— Господин Гудини, — сказал он, — какой приятный сюрприз!

Великий человек проигнорировал его и обратил свою ухмылку ко мне.

— Видите, Фил? Я уже кое-что обнаружил, нечто очень важное.

— Вижу, Гарри. Куда ведет этот ход?

— Там есть лестница. — Он поднял лампу и осветил проем. Узкая лестница вела вниз, в темноту. Он снова повернулся ко мне. — Она ведет, кажется, в туннель, который, похоже, огибает весь Мейплуайт. Из туннеля в разные комнаты дома ведут лестницы.

— Как вы это обнаружили? — спросил я.

— Простая логика, — сказал он. И повернулся к Маршу: — Объяснить?

— Ну разумеется, — ответил Марш. — Мне не терпится услышать. — Он повернулся, деликатно смахнул рукой пыль с покрывала и уселся на кровать с таким видом, будто это было театральное кресло. Сложил руки на коленях и уставился на Великого человека, подняв брови в знак внимания. Показного внимания.

Великий человек поставил фонарь на пол. Потер руки.

— Итак, — начал он, — мы столкнулись здесь, в Мейплуайте, с чередой загадочных событий. Даже Гудини на какое-то время был сбит с толку. Но потом мне пришло в голову, что все они по форме напоминают примитивный трюк, вроде тех, что исполняются заурядными фокусниками. — Он взглянул на меня. — А что требуется для выполнения всяких фокусов, Фил?

— Может, вы сами скажете, Гарри.

Инспектор Марш поморщил брови и склонил голову, тщательно изучая свои ногти на левой руке.

— Подгадать время, — проговорил Великий человек. — Управлять им. И для этого, разумеется, использовать разные хитроумные штуки. — Гарри сунул руки в карманы и принялся ходить взад-вперед. Он говорил серьезно и четко, как профессор, читающий лекцию для слабоумных. — Итак, чтобы понять, как достигается успех в фокусе, мы должны отбросить прочь всякие теории. Все до единой. Но в случае со смертью графа даже Гудини изменил этому правилу. Я поверил, что граф парализован и не может встать с кровати. Так думали и все мы. Но рассказ мисс Тернер о том, что граф приходил к ней в комнату, нарядившись призраком, вызвал у меня кое-какие сомнения.

— Я думал, вы ей не поверили, — заметил я.

— Ага, — сказал он. — Это было до того, как я поразмыслил над собственными предубеждениями. Но, допустим, сказал я себе, мисс Тернер говорит правду. Допустим, граф мог двигаться. И если он действительно пробрался к ней в комнату ночью в пятницу, то как он ухитрился сделать так, что его никто не заметил?

Марш оторвал глаза от ногтей и нахмурился.

— Была глухая ночь. Его никто не видел.

— Но разве он мог это знать наверняка? Единственный свидетель — и всем его забавам конец. И если допустить, что на следующий день граф покончил с собой, каким образом он сумел незаметно взять из зала револьвер?

Марш поднял руку.

— Да-да, вы правы. И все-таки это возможно. Теперь ясно, что есть еще и потайная лестница, и вы на нее наткнулись.

Великий человек гордо вскинул голову.

— Наткнулся? Ничего подобного, инспектор Марш. Я пришел к такому выводу только с помощью логики. Видите ли, что касается графа и его самоубийства, то я рассматривал и другую вероятность: граф не мог покончить с собой, его убили. В таком случае как убийце удалось ускользнуть? Я очень тщательно осмотрел дверь и в конце концов понял…

— Да, — перебил Марш, — господин Бомон говорил. И вы пришли к выводу, что в комнате должен быть еще один вход.

— Вот именно, я пришел к выводу! А вот это я взял у госпожи Бландингз, местной экономки. — Он полез в карман и вытащил оттуда рулетку. Театрально взмахнул рукой, и желтая лента свернулась в петлю. — Потом я пришел сюда.

Гарри прокрался к двери, чтобы показать нам, как он все проделывал. Желтая лента тянулась за ним. Марш, сидя на кровати, повернулся кругом, чтобы его видеть. Великий человек обошел комнату.

— Я осмотрел всю комнату. Затем подошел к окну.

Он двинулся к окну. Там стоял сержант Медоуз, наблюдая за ним со скрещенными на груди руками и сохраняя бесстрастное выражение лица.

— Простите, — сказал Великий человек, протянул руки и взял сержанта за бедра, как будто собираясь его приподнять и переставить на другое место. Возможно, он так бы и сделал. Но сержант взглянул на инспектора Марша, тот разок кивнул, и Медоуз отступил в сторону.

— Я очень тщательно осмотрел окно, — сказал Великий человек. — Все мерил и мерил. — Наклонившись, он показал нам, как он это делал. Выпрямился. — Затем я принялся измерять комнату. Вдоль и поперек. — Он взмахнут сантиметром в воздухе. — Затем я направился в соседнюю комнату.

На мгновение я подумал, что он туда пойдет, ожидая, что мы последуем за ним. Но он этого не сделал.

— Я все измерил и там, — сказал он. — И…

— Да, — перебил его Марш, — кажется, я знаю, чего вы добивались. Вы искали потайной ход.

— Именно! И тогда я бросился сюда. Мне нужно было определить, где точно он находится. И, разумеется, я его нашел.

Гарри подошел к проему в стене.

— Довольно хитрый механизм. Поглядите. — Он захлопнул каменный прямоугольник. Тот встал на место бесшумно и плавно. Теперь стена снова превратилась в сплошной монолит. — Противовес. Просто и толково. А ключ — вот он.

Гарри нажал на один из камней слева. Прямоугольник бесшумно и плавно открылся.

Великий человек повернулся к нам, широко улыбаясь.

— Видели? Гудини догадался раньше всех.

— Очень ловкий ход с вашей стороны, — сказал инспектор Марш.

— Да, — согласился Великий человек. — Спасибо.

— А вы часом не осмотрели туннель?

— Совсем немного. — Гарри свернул рулетку. — Я поднялся по одной из лестниц. Она вела в другую комнату. Но не в спальню. В небольшую гостиную. — Он спрятал сантиметр в карман. — Но таких лестниц много. Я уверен, одна из них ведет в комнату мисс Тернер.

— Но точно вы не установили.

— Я совершенно уверен, — сказал Великий человек. — А еще одна лестница наверняка ведет в большой зал. — Он повернулся ко мне. — Значит, Фил, граф мог взять револьвер из коллекции, и никто бы даже не догадался.

— Его мог взять и кто-то другой, — заметил я. — Подняться сюда по лестнице и убить его.

— Да. — Гарри кивнул. — Возможно и то и другое.

— Да? — произнес Марш. Он улыбался. — Уж не хотите ли вы сказать, что вас все еще гложут сомнения?

Великий человек поднял голову.

— Я узнаю правду. И, надеюсь, очень скоро.

Марш кивнул.

— Конечно. Господин Бомон познакомил меня с вашими планами. К дневному чаю, так?

— Да, совершенно верно.

— «Гордый человек сам себя пожирает».[41] «Троил и Крессида».

— Гордость тут ни при чем, — сказал Великий человек. — Гудини всегда добивается своего.

— К дневному чаю.

— Вот именно.

— Позвольте мне, однако, усомниться.

— Сомневайтесь сколько хотите. От души, не стесняйтесь. Я все равно добьюсь своего.

— Вы любите заключать пари, господин Гудини?

Великий человек гордо выпрямился.

— Гудини никогда и ни с кем не заключает пари.

— Конечно, — сказал Марш. — Я должен был бы догадаться.

— Но, — сказал Великий человек, — все знают, что в определенных обстоятельствах Гудини принимает вызов. — Он взглянул на Марша. — Вы бросаете мне вызов, инспектор Марш?

— Я предпочитаю рассматривать это как пари. Джентльменское пари, если хотите. Без всяких денег. Я утверждаю, что вы не раскроете это дело к дневному чаю.