Джо Алекс - Убийца читал Киплинга (Где и заповедей нет)

Подумав минуту, Джо продолжил:

— Если рано утром мы выедем машиной и поездом через Солсбери и Эксетер, поездка займет не более четырех-пяти часов. Так?

Кивком головы Каролина подтвердила предположение Алекса.

— К ленчу мы будем там. Добавим час на непредвиденные обстоятельства: бури, туман и другие радости автомобилиста. Значит, в Мандалай-хауз мы приедем часа в два. Но твой дедушка, несомненно, любит вздремнуть после ленча, так что получасовое отклонение от этого срока в ту или иную сторону не будет иметь для него значения. Когда же он откроет выцветшие от времени глаза, Джо Алекс, архангел с огненным мечом в руках, будет стоять над его креслом, бесконечно внимательно оглядываясь в поисках врагов империи. Итак, в два часа, согласна?

Каролина развела руками.

— Раз дедушка Джон мечтает познакомиться с тобой, а ты страстно хочешь встретиться с ним, мое согласие не играет никакой роли. И хотя поездка к морю в «Роллс-ройсе» больше напоминает мечту машинистки, у меня нет возражений. Когда выезжаем?

— В девять, если ты не против, — Джо подошел к книжной полке, взял толстый том карт шоссейных дорог. — Мне всегда казалось, что «Роллс-ройс» — самая приличная машина в мире.

— Тебе больше по душе «Ягуар»?

— Безусловно, — она лукаво взглянула на Алекса. — Я могу подарить тебе для новой книги главу под названием «Богатство ударяет в голову». Скажи, Джо, как ты рискнул купить «Роллс-ройс»? Ведь это ужасно, чтобы обыкновенный нормальный человек имел такую машину!

— Ты права. Но я не обыкновенный человек. Еще мальчиком я не мечтал быть ни моряком, ни пожарником, ни лордом. Не хотел быть даже летчиком. Я хотел иметь «Роллс-ройс», причем старую модель. Мечтал об абсолютно тихой, абсолютно совершенной машине, огромной, высокой, в которой можно сидеть, не снимая цилиндра, о машине, развивающей почти беспредельную скорость, не теряющей при этом достоинства. Потому что, лучшая из Каролин, я не люблю быстро преходящие и легко портящиеся вещи. Доказательствами могут быть: а) этот «Роллс-ройс», б) моя любовь к тебе, которая…

Не закончив предложения, он легко поднял девушку, поставил ее на стол и отступил на шаг, внимательно рассматривая.

— Ты самая красивая в мире! — убежденно произнес он. — Самая стройная, очаровательная, интеллигентная, милая и давным-давно безумно влюбленная в меня! Минуточку, минуточку, сколько уж лет?.. — Джо стал считать на пальцах: — Год, два, три, четыре…

Каролина легко спрыгнула на пол.

— Я пойду. Когда досчитаешь до ста, убедишься, что время у тебя удлиняется. Итак, в девять?

— Каролина, мы же условились, что разговаривать с генералом Сомервиллем будешь ты. Но как ты поговоришь, если уйдешь отсюда раньше, чем соединишься с Мандалай-хауз?

— Совершенно забыла, — Каролина направилась к телефону.

— Вполне понятно. Ты заработалась. Это мы, у которых нет никаких обязанностей, обладаем прекрасной памятью, и поскольку она меня не подводит, то…

Каролина никогда не узнала, что на сей раз сохранила безупречная память Джо Алекса. У двери раздалось тихое покашливание Хиггинса.

— Мистер Бенджамин Паркер хотел бы увидеться с вами, сэр…

Каролина подошла к окну и, отогнув занавес, выглянула в него. Над крышами Лондона в безоблачном небе стояло тусклое июльское солнце.

— Входи, Бен! Входи! — Джо направился к двери, но заместитель начальника уголовного отдела Скотланд-Ярда стоял, по всей видимости, прямо за спиной Хиггинса, ибо вошел в комнату раньше, чем совершеннейший из совершенных успел выйти.

— Хорошо, что я застал тебя, — сказал Паркер, пожимая руку хозяину дома. — Мне очень нужно увидеться с тобой, честно говоря, не только с тобой, но и с мисс Бекон. Полчаса назад я звонил ей домой, потом в институт, но ее нет ни там, ни там. Ты не знаешь, где ее можно найти?

— Трудно удивляться, что три четверти преступников, спокойно хозяйничающих на этом несчастном острове, разгуливают на свободе, если оплот лондонской полиции не замечает одну из очаровательнейших женщин Лондона, которая находится в одной с ним комнате. Ведь ты имел в виду мисс Каролину Бекон, молодого, но уже известного английского археолога? Если так, то она стоит у окна и ждет минуты, когда ты мягко защелкнешь на ее аристократических запястьях пару наручников, которые захватил сюда с собой просто так, на всякий случай. Скажи, что она натворила? Я всегда был уверен, что, несмотря на благопристойную внешность, она способна на худ…

Паркер не дал ему закончить остроту.

— Приношу свои извинения, мисс Бекон! Его извращенное воображение способно очернить все самое светлое, а такая мелочь, как доброе имя честной женщины, для него просто пустой звук!

— Продолжайте, прошу вас, — лучезарно улыбнулась Каролина и пожала руку известного детектива. — Джо всегда говорил мне, что чрезвычайно ценит ваше мнение. И не только в тех случаях, когда речь идет о преступлениях. Так о чём мы говорили? Слушаю вас, сэр…

— Нет ничего более приятного, чем гармоничные отношения между моими друзьями! Садитесь… — Джо пододвинул им кресла. — Виски или чай, Бен? У тебя может пересохнуть горло, а мне не хотелось бы, чтобы Каролина пропустила хоть одно твое слово. Виски?

— Виски, — Паркер тяжело опустился в кресло. — Без воды и безо льда.

— И мне… — тихо шепнула Каролина. — Без воды, но со льдом.

Когда они сели, держа в руках бокалы, наполовину наполненные золотистым напитком, Паркер обратился к девушке:

— Мисс Бекон, вы — внучка генерала Сомервилля? То есть он приходится вам двоюродным дедушкой, если я не ошибаюсь?

— Да… — Каролина и Алекс непроизвольно обменялись быстрым взглядом, и это не ускользнуло от внимания Паркера.

— Вам уже известно? — быстро спросил он.

— Продолжай, — сказал Джо, подняв бокал. — Что за отвратительные привычки у полицейских! Прерывают сами себя с целью узнать, что может означать обмен взглядами между двумя достойными всяческого уважения особами! Не мог бы ты оставить свое недоверие в прихожей, вместе со шляпой и зонтом? Кто же такой генерал Сомервилль? До сегодняшнего утра я и не подозревал, что у Каролины такое фатальное родство. Профессиональный военный, что за несчастье! Говори дальше, Бен, и извини, что я буду немного невнимателен. Мне нужно оправиться от такого удара. Дедушка — генерал!

— Что за блистательный спектакль! — воскликнул Паркер. — И какой любезный хозяин! Где уж мне с тобой равняться! Я не родился острословом и…

— Что правда, то правда, — сделав унылую мину, Джо кивнул головой. — Но не слишком огорчайся. Если это все, что ты хотел срочно сообщить мисс Бекон, то разрешите мне пригласить вас на небольшую загородную прогулку. Моя новая машина…

— Это тот катафалк с посеребренным салоном? — Паркер поднял брови. — Так это она! Слава Богу! Подходя к дому, я подумал, что здесь произошел трагический случай. Я даже огляделся: где же гроб, который повезут на этом катафалке? Ты впрягаешь в него белых лошадей с плюмажем, или, в чем я очень сомневаюсь, он может двигаться собственным ходом?

— Еще одно такое предложение, — Каролина одарила Паркера лучшей из своих улыбок, — и я готова влюбиться в вас, мистер Паркер. Прошу вас, продолжайте.

— Если ее мотор не заведется, что практически невероятно, ибо у «Роллс-ройса» это исключено, я запрягу в него осла. И могу пообещать тебе… — Тут Джо прервался и недовольно буркнул. — Каролина, ты должна была позвонить.

Девушка взяла телефонную трубку и медленно, будто сомневаясь, набрала номер.

— Алло! Да… — подождала секунду. — Это Мандалай-хауз? Кто? Чанда?.. Говорит Каролина Бекон. Добрый день, Чанда!.. Да, все отлично, спасибо! А как дедушка? — она молча слушала, прижав трубку к уху. — Прекрасно! Он поблизости? А, в павильоне… Нет, это слишком далеко. Я не хочу напрасно утомлять его. Передай, что мистер Алекс и я завтра рано утром выедем из Лондона и к ленчу будем у вас… Что? Да, в порядке. Только передай ему это лично, без свидетелей Ты слышишь меня, Чанда?.. Да, без свидетелей. Завтра к ленчу. Целую тебя. До свиданья, до завтра!

Закончив разговор, она, все еще улыбаясь, вернулась к сидящим мужчинам.

— Повезло же мне, однако! — воскликнул Бенджамин Паркер, довольно потирая руки. — Я шел сюда, ничего не подозревая, ведомый инстинктом, исключительно в поисках мисс Бекон, которой хотел задать пару незначительных вопросов, а напал на след заговора!

— Вы искали меня только затем, чтобы выяснить, не являюсь ли я родственницей генерала Сомервилля?

— Да.

— Я его родственница в чем вы убедились минуту назад, К тому же вы слышали, что завтра мы едем к нему, Джо и я.

— В Мандалай-хауз?

— Да.

Мгновенно став серьезным, Паркер обратился к Джо:

— Вы едете только ради собственного удовольствия, Джо? Я хочу сказать: только ради собственного удовольствия?