Придет серенький волчок - Юлия Владиславовна Евдокимова

рассказали, что произошло?

– Никому.

– Не правда. Кому вы рассказали? Мы все равно найдем этого человека.

– Никому.

***

Саша в ужасе слушала признания женщины. Можно ли защищать дочь ценой других жизней? И ладно Светла, больная девушка, и видимо, давно больна, а роды и потом потеря ребенка усугубили ее состояние. Но Катерина! Убить свою близкую подругу. Кошмар какой-то.

– Но получается, что она вернулась и подожгла дом?

– Думаю, это была не она.

– Карло, но откуда вы знаете?

– Помните, врач Милко рассказал, что Надья увидела в Жабляке подругу с мужчиной и посмеялась, что не одна она скрывается?

– То есть вы думаете, что это был друг Катерины, которого она не хочет называть?

– Уверен.

– Но как мы его найдем?

– Аликс, как там говорил Эркюль Пуаро? Напрягите серые клеточки! Все же ясно!

– Нет… я не понимаю… погодите… учитель Йован, которого поцарапали, стоя к нему лицом? И он знал, что это Катерина, но выгораживал ее?

– Вы почти угадали.

– Почти? Но как мы докажем, что это он?

– Сегодня в пять вечера у нас встреча в мэрии.

– И что она даст?

– Увидите. Есть у меня одна идея. Помните, я просил найти яблоки?

Глава 14.

Народ неохотно собирался в зале двухэтажного каменного строения с вывеской «Управа». Многие бы и не пришли, но мэр Вучетич ругал, совестил, уговаривал, к каждому нашел подход, хотя и сам не понимал толком, зачем это все.

Бальери и Саша сели в первом ряду, на них косились, и ведь не спросишь, «мушкарац»– мужик – иностранец, по-сербски не понимает, а «девојка», судя по выражению лица, сама ничего не понимает, только на спутника таращится.

– Сѐстра, – откашлявшись, обратился к ней мужчина со второго ряда, но Саша не поняла больше ни одного слова, он и оставил бесполезное занятие.

За стол «президиума» уселись мэр Вучетич и отец Слободан. Перед ними поставили поднос со спелыми, прошлогодними яблоками из чьи-то запасов. Десять яблок так сияли наливными боками, что Саше ужасно захотелось попробовать хоть кусочек, рот наполнился слюной и она не сводила глаз со стола.

Шепот становился все громче, перешел в ропот, но тут появилась высокая фигура Дамиана и при виде важного церковного чина все умолкли. В полной тишине Дамиан попросил включить компьютер. Все уставились на белый экран на стене.

После обеда Бальери и Дамиан долго о чем-то говорили, прогуливаясь по дорожке среди высоких елей. Сашу в свои беседы не посвятили и она сгорала от любопытства, зачем Бальери собрал народ и причем тут яблоки. Да и зачем ему понадобился компьютер и экран – девушка тоже не представляла. Немного повеселев от осознания своей полезности и загордившись – если бы не она, неизвестно, спасли бы Светлу, или та все же бросилась в пропасть – Саша снова сникла. Неужели так трудно было рассказать, что они задумали?

Дамиан какое-то время в полной тишине смотрел в зал, потом ткнул пальцем:

– Ты, ты, ты, еще вы, мужчина, вот вы, да, – выходите сюда, ко мне. Да не бойтесь, я не кусаюсь.

Десять человек неуверенно, переглядываясь, вышли, встали рядком. Среди них оказался и учитель Йован. Лет около пятидесяти, высокий, немного нескладный, уже без пластыря на щеке; хотя царапины были хорошо заметны, они заживали, покрывшись тонкой корочкой. Как и другие Йован переминался с ноги на ногу, пытаясь куда-то пристроить руки. Интересно, как Вучетич уговорил его прийти? Сейчас-то, у всех на глазах, он не мог отказать архимандриту и не выйти, тем более в компании односельчан.

– Перед вами 10 яблок. – Это Саша хорошо поняла, а вот следующую фразу- нет.

– Он попросил их подойти, и вонзить пальцы в яблоки, – прошептал ей на ухо Бальери. – Он достал телефон и держал наготове.

– Что??? Вонзить??? Зачем??? А вы снимать собираетесь? Что происходит?

– Тсс, – поморщился Лис, – сейчас все поймешь.

Мужики переглядывались, даже посмеивались, нерешительно подошли к яблокам, а потом решились, расплылись в улыбке и с силой вонзили ногти в блестящие бока яблок.

– Можете возвращаться, – скомандовал Дамиан. Мужики переглянулись в недоумении, только вошли во вкус, и вообще, что это вообще было? – А Бальери уже подскочил с телефоном к яблокам, сфотографировал три справа.

Парень за компьютером кивнул, видимо. Бальери переслал фото на компьютер.

– Овог тренутка! Сию минуту! – Парень производил какие-то манипуляции в компьютере, все замерли, не зная, чего ожидать.

На экране появилось фото щеки с глубокими окровавленными царапинами. тут же рядом появилось фото яблока.

Никто ничего не понял.

– Душан! – Объявил парень.

Фото сменилось.

– Петар.

Никто по прежнему ничего не понимал. не понимала и Саша.

– Йован. – Новое фото яблока со следами ногтей появилось на экране. И зависло.

Люди, включая Сашу, недоумевали, зачем все эти фотографии. И вдруг кто-то в зале крикнул:

– Исте узорке! Они ж одинаковые!

Дамиан сделал шаг вперед, блеснуло золото оправы его очков.

– Йоване, дрàги пријатељу. Зàшто…

Дальше Саша не слушала, потому что до нее, наконец, дошло.

Следы ногтей на щеке Йована, сфотографированные Бальери в тот вечер, и следы ногтей на яблоке, сделанные им на глазах у всех, были абсолютно одинаковыми. И сейчас Дамиан интересовался, как Йован может это объяснить.

Учитель Йован медленно поднялся. Обвел взглядом зал, и вдруг рванул к открытому окну. Перемахнул через подоконник и исчез из виду.

Народ зашумел, все вскочили, мэр пытался навести порядок и предложил расходиться по домам, представление окончено.

Когда в зал вошли двое полицейских, Дамиан укоризненно покачал головой, мол, вовремя, как всегда.

– Полàко! – фыркнула Саша. Здесь даже полиция не торопится.

Полицейские по рации вызвали подкрепление, чтобы отправить одну группу в лес, другую в дом Йована.

– Перчатку наверняка найдут. – сказал Бальери.

– Какую перчатку?

– С зубьями, которая вонзилась в горло Надьи.

– Как вы догадались? С яблоками? Это невероятно!!

– Когда я узнал, что раны были нанесены спереди, а не сзади, как заключили мои эксперты по фотографии, помнишь, я отправил ее коллегам? Я быстро понял, что Йован сам нанес себе глубокие царапины. Конечно, он мог кого-то выгораживать, но то, что учитель вернулся в деревню, да еще и окно в доме не закрывал, подтвердило, что опасности он не видит. И зачем кому-то царапать учителя в лесу? Будь это действительно встреча с незнакомцем, Йована и след бы простыл, он же трус, это заметно.

– Нифига себе! А почему яблоки?

– Потому что кожуру яблока, как и человеческую кожу, не так-то просто проткнуть ногтями. Главное,