Марвин Кей - Секретный архив Шерлока Холмса

Меня волокли около десяти минут, после чего я услышал пронзительные крики чаек и ощутил густой неприятный запах Темзы – мы находились возле реки. Открылась дверь, и мы вошли в дом, потом прошли через другую дверь и остановились. Меня усадили на стул и связали руки и ноги. Повязку сняли, и когда мои глаза привыкли к сумраку, я увидел помещение с низким потолком, стены и пол которого были обиты грубыми деревянными досками, — скорее всего это был портовый склад. На стенах висели бакены и ржавые якоря; в углах стояли пыльные канатные бухты. Склад явно был заброшен – здесь пахло плесенью и соленой водой.

Громила, которого товарищи именовали Коннорсом, привязывал к стулу Холмса. О'Мэлли стоял, скрестив руки на груди и глядя в окошко в другом конце комнаты; бледный свет делал более рельефными оспины на его лице. Потом я заметил в тени у дальней стены скорчившуюся на полу человеческую фигуру. Я напряг зрение, но в этот момент О'Мэлли повернулся и заговорил:

— Оставайтесь здесь, Коннорс, и сторожите снаружи – мы займемся ими позже. Я должен вернуться на собрание. — Он обернулся ко мне. — Надеюсь, джентльмены, вы представитесь друг другу. Я вернусь, как только смогу.

С этими словами он вышел вместе с двумя мужчинами, которые помогали нести нас сюда. Коннорс окинул взглядом комнату и также удалился. Я услышал, как снаружи задвинули засов. Вскоре я ощутил запах дешевого табака и понял, что Коннорс коротает время за куревом. Я перенес внимание на Холмса, который начал шевелиться. Мое запястье сильно болело, но меня куда больше беспокоило состояние моего друга.

— Холмс, с вами все в порядке? — прошептал я, не желая, чтобы Коннорс нас слышал. Вскоре он отозвался слабым голосом:

— В порядке, Ватсон. Меня просто оглушили.

Я не стал говорить ему о своих подозрениях, что у него сломаны ребра. Вместо этого я снова попытался рассмотреть человека в углу.

— Холмс, в комнате есть кто-то еще?

— В самом деле?

— Да, вон в том углу!

Он повернулся на стуле, сморщившись от боли.

— Как вы думаете, кто это?

— Не знаю, но он выглядит так, словно его усыпили.

— Похоже на то. Холмс, не может ли это быть…

— Это было бы самым логичным выводом. Внезапно человек шевельнулся и тихо застонал.

— Эй! — громко прошептал я. — Кто здесь?

Человек поднял голову и, к моему удивлению, усмехнулся.

— Ну и ну! Шерлок Холмс и доктор Ватсон! Забавно встретить вас здесь. Впрочем, я предполагал, что мой брат пришлет вас мне на помощь.

— Значит, вы…

— Отец Шон Мориарти, к вашим услугам, — отозвался он слегка шепелявящим голосом, как и у его брата, но без таящихся в глубине зловещих интонаций. — Предполагаю, что вы находитесь здесь по поручению моего брата. Не так ли?

— Ваш брат и я – враги, — уклончиво ответил Холмс. — Мы здесь по поручению британского правительства.

— Пусть так, — со вздохом произнес Шон Мориарти. — Я знаю, он не хочет, чтобы мне было известно о его участии.

— Важно не то, почему мы здесь, а то, как нам отсюда выбраться, — отозвался Холмс. — Вы полностью пришли в себя?

— Вы правильно предположили, что меня усыпили, но наркотик уже почти перестал действовать. Я просто решил притвориться спящим, пока наши друзья были здесь.

— Отлично, — одобрил Холмс, а я подумал, что хитрость присуща обоим братьям.

— Если они собираются убить нас, — продолжал Шон Мориарти, — то не сделают это, по крайней мере, еще час.

— Почему? — спросил я, чувствуя, что у меня пересохло во рту.

— Потому что через час прилив достигнет наибольшей силы, а это самое подходящее время, чтобы избавиться от трупов – отлив отнесет их к морю.

— Логично, — согласился Холмс, и я ощутил укол ревности.

— На карту поставлены не только наши жизни, — добавил Шон Мориарти. — Я подслушал, что они замышляют произвести где-то страшный взрыв.

Последовало молчание. Я уже пытался освободиться, но только натер веревками руки и ноги – нас связали надежно и профессионально.

Очевидно, мы находились вблизи одного из самых оживленных лондонских доков – снаружи доносились крики торговцев, рекламирующих свои товары.

— Свежие маринованные угри!

— Свежая жеруха – пенни за связку!

Холмс также прислушивался, и даже в тусклом свете я видел, как напряжены мышцы его лица. Внезапно он скривил губы и тихо засвистел. К моему удивлению, в ответ раздался такой же свист! Холмс просвистел тот же мотив, на сей раз коротко и отрывисто. Вновь прозвучал ответ, и Холмс засвистел в третий раз. Я ломал себе голову над тем, что это значит, когда в окне появилось лицо – сморщенное, обветренное, с красным от пьянства носом, — но я еще никогда в жизни не был так рад человеческому лицу.

Холмс кивнул незнакомцу – тот кивнул в ответ и исчез. Вскоре послышался звук разрезаемого стекла, и я увидел тонкое лезвие, вставленное между оконным стеклом и рамой. Мы втроем затаили дыхание. В освобожденном от стекла пространстве появилось другое лицо, а следом за ним и тело. На сей раз я узнал мастера Татхилла из «нерегулярной» команды с Бейкер-стрит. Мальчишка ловко пролез в окно, бесшумно спрыгнул на пол, потом подкрался ближе и начал развязывать нас одного за другим. Как только он дошел до меня, дверь распахнулась, и могучая фигура Коннорса заполнила весь проем.

— Что здесь происходит? — осведомился он. Холмс бросился на него, пытаясь вытолкнуть назад, но гигант отшвырнул его, словно тряпку. Тем не менее Холмс удержался на ногах и снова устремился в атаку, встав в боксерскую стойку и нанося удары по мощному торсу противника. Коннорс был значительно сильнее, но Холмс легче и проворнее, поэтому ловко избегал его кулаков.

— Быстрее, Татхилл! — поторопил я мальчика, возившегося с моими веревками.

— Я и так тороплюсь!

Холмс смог нанести несколько ударов в лицо противнику, и гигант несколько смешался, но в этот момент мой друг наткнулся на канатную бухту. Коннорс воспользовался преимуществом и с такой силой ударил Холмса в грудь, что тот согнулся пополам и рухнул на пол.

Освободившись от пут, я с ревом бросился на Коннорса, но тут же получил удар по голове могучим кулаком. Скорчившись на полу и превозмогая боль и головокружение, я увидел, как Шон Мориарти устремился к Коннорсу. Я закрыл глаза, не желая смотреть на результат, но, открыв их, обнаружил Коннорса распростертым на полу. Священник стоял над ним, тяжело дыша и потирая костяшки пальцев. Я с трудом поднялся на ноги.

— Боже мой! Как вам это удалось?

— Я немного занимался боксом, прежде чем стать служителем церкви, — скромно ответил он. Я изумленно уставился на него. Хотя Шон Мориарти выглядел таким же жилистым, как его брат, я никак не думал, что он способен нокаутировать такого великана. Татхилл стоял, разинув рот и с восхищением глядя на священника.

Я перенес внимание на Холмса, который лежал на полу без движения. Он был смертельно бледен, и я опасался внутреннего кровотечения.

— Доктор Ватсон, — спросил Шон Мориарти, — вы хорошо завязываете узлы?

— Я отлично с этим справляюсь, сэр, — отозвался вместо меня Татхилл. — Мне приходилось работать на корабле.

Шон Мориарти посмотрел на паренька.

— Хорошо, — кивнул он и указал на Коннорса. — Свяжи его как следует.

— Есть, сэр! — отчеканил мальчуган и, схватив одну из веревок, которыми связывали нас, принялся за работу.

— Мы должны выбраться отсюда, прежде чем он придет в себя и сообщит остальным, — сказал Шон Мориарти и склонился над Холмсом. — Вы можете идти?

Холмс кивнул, и мы помогли ему подняться. Белый, как мел, прижимая руку к ребрам, он заговорил резким шепотом, делая паузы между словами, чтобы перевести дыхание:

— Что вам известно… об их планах?

Я чувствовал, что ему лучше не двигаться с места, но мы не могли оставить его здесь.

— Я помню, они говорили, что «в третий раз это должно сработать».

— Больше вы ничего не припоминаете?

— Почти ничего – я ведь был под действием наркотика… — Внезапно лицо священника прояснилось. — Подождите… Да, кто-то сказал, что «птичка наконец взлетит в воздух».

— Отлично! — воскликнул Холмс и тут же сморщился от боли. — Надо спешить!

— Куда мы идем? — спросил я, выходя из склада следом за ним.

— К собору Святого Павла!

Я сразу же понял ход рассуждений Холмса. Взрыв собора Святого Павла, дважды уничтоженного пожаром, был бы «третьим разом». Под «птичкой» подразумевался Кристофер Рен[32], архитектор теперешнего здания собора.

— Можно я пойду с вами, мистер Холмс? — попросил Татхилл.

— Нет, Татхилл, это может оказаться очень опасным, — ответил Холмс, — но ты оказал нам сегодня огромную услугу, которую я никогда не забуду.