Бег по раскаленному песку - Алёна Александровна Комарова

телефон в руке сожмется, как пластилин. Весь его вид говорил, что слушает он неприятные известия.

Владимир, дослушал и угрюмо сказал:

– Ничего не надо, Слава. Полиция там ничего не найдет, только воздух будет колыхать и грязи еще больше занесет. Я сам разберусь. Найду, ноги откручу, вместо рук их вставлю и надаю шалбанов по башке.

– Что случилось? – с замиранием сердца спросила она, когда он запихнул телефон обратно в карман.

– В моем вагончике погром, грязь и вещи разбросаны.

– Как? Кто? Что произошло?

– На все твои вопросы, у меня только один ответ: я не знаю.

– Ну все… – заявила Лика трагическим голосом – грабители нашли тебя.

– По твоему паспорту? – не удержался он в комментариях.

Лика цыкнула – да, деликатности ему надо больше. Владимир понял свою бестактность.

– Ладно. Еще не нашли.

– Что же теперь делать?

– Не паниковать – предложил мужчина.

– Но они ведь теперь знают, где ты живешь.

– Мне бояться нечего. Искали тебя. Твои вчерашние грабители, видимо, хотели довести дело до конца.

– Думаешь, они не успокоились? – с мольбой во взгляде поинтересовалась девушка.

Он помотал головой и развел руками. Она не этого от него ожидала, но уже не удивлялась его черствости. Мужлан. Мог бы и соврать. На секундочку, чтобы поддержать остаток сил и надежд на счастливый конец. Но нет же, он просто развел руками, дескать, не избежать тебе смерти, она идет по твоим следам, а может уже и рядом ходит, раз уж ребятки-бандиты добрались до вагончика.

– Лика, а Миша не мог подобное сотворить?

Девушка медленно и пристально взглянула на него. И он понял, что зря задал подобный вопрос. Теперь он для неё может стать врагом номер один.

– Миша на такое не способен – строго отчеканила она.

– Понятно – опять протянул он.

– Владимир, я очень рада, что вам всё понятно, а мне ничего не понятно.

– А я вам, Анжелика, объясню – Он тоже перешел на вы и стал объяснять, прохаживаясь по комнате – Миша, племянник ваш на такие шутки не способен, но в десять вечера он приезжал. Тётя Маша не видела, когда он уехал. А в двенадцать кто-то ходил в квартире, это слышала та же самая тётя Маша, когда поливала у вас цветы на площадке. Вас в квартире не было, потому что в это время вы находились у меня в вагончике, и я поил вас чаем, который оставила Варя Николаевна. А если это ваш Миша дырки в окнах делает?

– Зачем? – грозно спросила Лика.

– Зачем? – повторил он – Тогда и не нужно никаких спортсменов альпинистов. Дырку сделали из квартиры.

– Знаете что, Владимир? – Она поднялась с дивана – я ещё раз повторю, что мой Миша не будет ничего такого делать. Ясно вам?

Этого еще не хватало, чтоб какой-то мужлан, малознакомый мужчина рассорил ее с ее семьей. Кто он такой? И что он себе позволяет? Лезет тут со своими предположениями. Необоснованными.

Он довольно усмехнулся, добился своего, разозлил её. Владимир остановился напротив неё, очень спокойно сказал:

– А сам себе противоречу, смущает только веревка за окном. Думаю, тебе пока не стоит здесь жить. Собирайся. Я отвезу тебя, куда тебе надо. К парню, жениху, подруге. – С нескрываемым личным интересом перечислял он.

Осознавать, что в своем доме опасно оставаться – было грустно. Невозможное и недопустимое произошло, и крепость стала уязвима и опасна для жилья. Какая же это крепость, если в окно влезли, в комнатах ходили, в дверь убежали, естественная вентиляция в виде дыры в стекле гоняет сквозняки.

– Владимир, а вы сможете меня отвезти к родителям?

– Смогу, – не удовлетворив интерес, согласился он и неожиданно спросил – у тебя есть возможность выйти на крышу?

– Мы будем уходить через крышу? – вытаращила от удивления она глаза.

– Нет. Мы будем уходить через первый этаж. На крыше мне надо взглянуть на веревку.

– Ой, – успокоилась она – а я уж думала. Ну хорошо. Ключи от выхода на крышу на связке…

Она прикрыла рукой рот. Он продолжил за нее:

– …На связке, которую украли.

– Да.

– Ну, что ж вылазка на крышу отменяется. Но я думаю, что не увидел бы там ничего необычного, кроме альпинистского снаряжения и стеклореза.

***

Лика села в машину, Владимир поставил её спортивную сумку на заднее сидение, отметив, что вещей она взяла немного. Интересно почему? Толи собирается в скором времени вернуться к себе в квартиру, толи у родителей есть её гардероб.

Он сел за руль, завёл машину и выехал на дорогу, и тут его осенило:

– Лика, а к родителям тебе нельзя.

– Володь, не надо, – попросила она – Я все равно к ним поеду. И только от тебя сейчас зависит, в каком я буду состоянии. Перепуг или храбрость.

Он спорить не стал. Она объяснила куда ехать, он знал этот район. Они ехали молча. Потом Лика не выдержала затянувшейся паузы.

– Володь, вы, то есть ты не думай о Мише плохо. Он на самом деле не способен.

– Я верю и уже не думаю – честно ответил он.

Она с чувством огромной благодарности вздохнула.

– Ему скоро восемнадцать лет будет. Сейчас конечно возраст переходный, огрызнется иногда, ослушается, но это скоро пройдёт. Он живет с бабушкой и дедушкой. Он хороший. Мы дружим.

Она смотрела прямо на дорогу, задумавшись, рассказывала о племяннике, но что-то её беспокоило и Владимир это видел и слышал. Она взглянула на Владимира, он кивнул и мельком взглянул во все зеркала автомобиля.

– Интересно, полиция найдет мою машину?

– Найдет. Вопрос в том, как скоро она ее найдет? Будем надеяться, что Смирнов уже этим занимается. Главное, чтоб угонщики не заглушили сигнал. Еще бы посмотреть записи видеонаблюдения банка, в котором ты вчера деньги получала. Сейчас все банки, начиная со своей парковки, просматривают территорию в целях обезопасить себя и деньги вкладчиков.

– Понятно, только это ни к чему не приведет.

– Почему?

– Я не ставила машину на парковке банка и моя машина не попала в поле зрения видеокамеры. А укололи меня возле машины, когда я ставила сумку с деньгами на заднее сиденье.

– Почему ты не поставила машину на парковку у банка?

– Перед въездом на парковку сломался зеленые жигули и перекрыл проезд. Ещё охранник с водителем ругался, неприлично ругались, но водитель категорически отказывался столкнуть машину в сторону и не давал не выехать, не заехать на стоянку. Поэтому я проехала чуть дальше, оставила машину на обочине.

– Водителя запомнила?

Она пожала плечами:

– Не то чтобы запомнила, но при встрече вспомню.

Он подумал и