Дэвид Осборн - Убийство на острове Марты

Теперь, спустя время, эти факты улеглись в моей голове, дав мне возможность увидеть все более отчетливо, и я поняла: это «что-то» касалось времени смерти Алисы, которая совпала с началом чудесной ремиссии, наступившей в болезни Грейс Чедвик. Алиса хорошо знала Грейс, она приходила в усадьбу несколько раз на неделе и видела хозяйку в разное время суток и в разном расположении духа. Подмена Грейс была бы невозможной при жизни горничной, которая сразу же могла ее разглядеть. Беседуя с Питером и Сюзи Симмонс, я составила для себя портрет Алисы, угрюмой, полуграмотной провинциалки, вряд ли способной на шантаж. Но мог ли самозванец позволить себе даже небольшую его вероятность? Чем больше я размышляла об этом, тем более загадочной казалась мне кончина Алисы в Бостоне. Действительно ли это был сердечный приступ?

И снова я ощутила пронизавший меня холодок страха. Еще одно убийство под предлогом сердечного приступа? Или мне видится то, чего на самом деле не было?

Кофе забулькал, зашипел, поднимаясь. Я налила его в чашку и задала себе новые вопросы. Если здесь что-то и есть, то можно ли считать поездку в Бостон частью задуманного плана, или кончина Атасы была просто удачным совпадением? А если имел место умысел и Алису Уэбб заманили в Бостон, чтобы избавиться заодно и от Грейс? Или же подлинная Грейс была просто удобной ширмой, которую можно было удалить, после того как Грейс выполнит свою задачу по перевозке тела Алисы домой?

Я выпила еще несколько чашек кофе. Когда мои домашние проснулись, я встретила Хедер на верхней площадке лестницы.

— У меня есть дело на утро, — сказала я ей. — Ты не смогла бы отвезти детей на занятия?

Она заверила меня, что отвезет. Я приняла душ, оделась и вышла из дома — как раз в то время, когда она начала собирать завтрак. Было пасмурно, дул свежий юго-восточный ветерок, раскачивающий верхушки деревьев. Туманная дымка была пропитана запахом моря. Я поехала в сторону порта, к похоронному бюро Бэча Тернера. Сам Бэч уже давно умер, и теперь делами заправлял Лен Тернер. Мне повезло: контора была уже открыта, хотя еще не было девяти. Черный катафалк на «кадиллаке» и машина с цветами уже стояли, готовые начать свой рабочий день. Картина показалась мне удручающей.

У дверей меня приветствовал весьма расторопный молодой человек в темном полистироловом костюме, чисто выбритый и аккуратно подстриженный — тип настоящего американца. Я старалась не представлять его в спецодежде — в белом медицинском халате или в чем-то другом, что надевают эти люди где-то в задних помещениях для выполнения той части работы, которая не предназначена для посторонних глаз. Когда я заявила, что мне нужен господин Тернер, молодой человек указал на застланный толстым ковром кондиционированный коридор, где уже звучала негромкая мелодичная музыка из невидимых стереосистем. Полированная дубовая дверь, снабженная латунным молотком, вела в кабинет Тернера, безупречно чистое помещение с прибранным письменным столом, на котором красовались вставленные в рамки фото трех смышленых подростков (оптимальное число внучат для процветающей фирмы); вдоль стены был расставлен гарнитур: кушетка и кресла для убитых горем клиентов.

Тернер появился практически сразу — крупный, полный, пышущий здоровьем мужчина. На нем тоже был траурный костюм и галстук, которые контрастировали, однако, с массивными золотыми часами и несколькими экзотического вида золотыми кольцами, вдавившимися в мясистые пальцы. Он приветствовал меня в привычной радушной манере, выработанной им для членов религиозной общины, почтившей его избранием на посты президента нескольких важных городских организаций.

— Чем могу вам служить, миссис Барлоу? Давайте сразу приступим к делу. Я немного стеснен во времени, через полчаса у нас панихида. Бедная миссис Трент, нам всем будет так ее недоставать, правда?

Ничего не сказав о миссис Трент, с которой была незнакома, я наградила Тернера вежливой улыбкой и приступила к делу. Я сказала ему, что нуждаюсь в информации, хотя и не объяснила, в каких целях собираюсь ее использовать. Если бы он спросил меня об этом, можно было сказать, что намерена писать книгу о цветных и вообще о туземцах, живущих на острове на протяжении нескольких поколений. Тернер казался несколько разочарованным — он явно рассчитывал получить заказ на похороны. Однако к чести его надо признать, что он быстро взял себя в руки и переключил на меня все свое внимание.

— Меня интересует Алиса Уэбб, — уточнила я. — Она умерла около пяти лет назад в Бостоне, я полагаю.

Его заплывшие глазки сузились.

— Уэбб, Уэбб… Алиса… — Вспомнив, он одарил меня довольной, слегка заговорщической улыбкой. — Ну, конечно! Она из тех Уэббов, что живут внизу, в Чилмарке. У нее была сестра, которую звали Дороти, мне кажется. Обе похоронены здесь, если мне не изменяет память. Что именно вам желательно узнать?

— Я хотела бы уточнить причину смерти, — сказала я. — Насколько я знаю, был сердечный приступ…

На мое счастье, Тернер не стал спрашивать меня, чем я занимаюсь. Вместо этого он пристально на меня посмотрел и сказал:

— Наши записи, как вам известно, носят конфиденциальный характер, миссис Барлоу, но поскольку то, о чем вы спрашиваете, не представляет тайны для широкой общественности, я не против дать вам официальное подтверждение. Давайте посмотрим, сохранилась ли ее папка.

Он встал с места и выдвинул один из трех ящиков в железном шкафу, извлек из него скоросшиватель и положил его на стол.

— Все верно. Алиса Уэбб, скончалась 18 октября 1980 года. Ее тело отправляла из Бостона фирма «Хартман энд Хартман». Надежные партнеры, им можно доверять. Они сделали все необходимое: бальзамирование останков и прочее. Нам оставалось только похоронить. Гроб был опечатан.

— То есть как опечатан?

— Болтами или шурупами. Теперь часто так делают, в особенности когда тело перевозят в другой штат. Если никто из родственников не настаивает на том, чтобы увидеть лицо усопшего, мы не вскрываем гроб. — Он развернул какую-то бумагу, подшитую внизу, что-то вроде записки. — А в этом конкретном случае похороны в закрытом гробу соответствовали последней воле самой умершей. — Он улыбнулся. — Вот здесь она пишет, что не хочет, чтобы ее видели мертвой.

— Понятно… — Я с трудом сдерживалась, чтобы не выдать свое волнение. Я считала, что закрывать гроб необходимо в двух случаях: если тело было в таком состоянии, что на него никто не мог бы смотреть, кроме видавших виды работников похоронного бюро; или если кто-то не хотел, чтобы покойника видели знавшие его люди; в этом последнем случае этот «кто-то» и мог распорядиться опечатать гроб. Я ни на минуту не поверила, что Алиса Уэбб оставила перед смертью подобные распоряжения. Если человек умирает от сердечного приступа, ему не до того; а жертвы убийства не успевают и понять, что с ними произошло.

Однако я не хотела показать Тернеру свои сомнения.

— Вероятно, счет оплатила Грейс Чедвик? — уточнила я. Видя его удивленный взгляд, я поспешно добавила: — Мне сказала об этом ее племянница, Сюзи Симмонс, жена водопроводчика.

— Я ее знаю. Мисс Чедвик действительно оплатила все расходы, и здесь, и в Бостоне.

— А свидетельство о смерти выдано здесь или там?

— Там, — ответил Тернер, — в бюро медицинских экспертиз. Но у меня имеется копия, можете взглянуть, если вам это интересно.

Зазвонил телефон, и он повернулся на своем стуле, чтобы снять трубку; одновременно его пальцы извлекли из папки несколько фотокопий и пододвинули их ко мне.

Ничего себе, конфиденциальная информация! — подумала я. Передо мной лежала копия свидетельства о смерти Алисы Уэбб, отпечатанного на типографском бланке с печатью штата Массачусетс. Я мгновенно пробежала его глазами, будто опасаясь, что оно исчезнет так же быстро, как и появилось. Возраст: 67 лет. Причина смерти: паралич сердца. Время смерти: два часа ночи. Внизу имя и подпись врача, проводившего освидетельствование: Гленн Ротенберг.

С почти остановившимся сердцем я услышала, как Тернер, закончивший телефонный разговор, сказал:

— Свидетельство подписано Гленном Ротенбергом. Это молодой патологоанатом; вы должны его знать — он проводит здесь каждое лето. Тогда он работал в Бостоне.

— Вы случайно не получали от мисс Чедвик каких-либо письменных сообщений?

— О нет! Мы просто выдали ей счет, она прислала чек, и дело с концом. — Тернер явно ожидал, когда я уйду. — Желаете что-нибудь еще, миссис Барлоу? — спросил он, закрывая папку.

Я больше ничего не желала: о таких сведениях нельзя было даже мечтать. Я получила доказательства того, что Алиса Уэбб умерла в Бостоне, куда поехала вместе с Грейс Чедвик; что ее привезли в закрытом гробу; что на свидетельстве о ее смерти стоит подпись Гленна Ротенберга.