Эдгар Уоллес - Отель на берегу Темзы (сборник)

Айкнесс подумал, что его товарищ сошел с ума. Должно быть, Голли уловил эту мысль, потому что хлопнул коллегу по плечу и непринужденно расхохотался:

— Ты думаешь, я сошел с ума? Плохо же ты меня знаешь. Ты уже однажды пришел к этой мысли во время дела в Леффберри. Ты решил, что я спятил, когда сказал тебе, что нам отдаст шкатулку сам директор банка.

Только теперь Айкнесс начал понимать, что представлял собой этот маленький и безобидный с виду человечек.

— Что же ты собираешься предпринять? — спросил он.

На самом деле Айкнесс хотел сменить тему разговора. Он опасался, что Голли угадает его намерения. А они у капитана были вполне определенные. Он только еще не решил, когда удобнее всего передать Голли в руки полиции.

— Главное — точно рассчитать время. В этом секрет успеха. А теперь взгляни… — И Голли стал набрасывать план местности. — Вот это Гринвич. Здесь, близ реки, есть уединенное место, где можно спрятать автомобиль. Отсюда ты увидишь световой сигнал, который будет подан… — Голли задумчиво поглядел на Айкнесса. — Теперь весь вопрос в том, когда начнется спектакль…

— Что начнется? — спросил удивленный Айкнесс.

— В Гринвиче по случаю прибытия минного крейсера, несомненно, состоится банкет или бал, и теперь мне надо выяснить, когда он начнется.

Голли набросал несколько строк и задумчиво добавил:

— Если бы это случилось в пятницу, мы могли бы выкинуть славную штуку. Несомненно, это произойдет в пятницу. — И он возбужденно похлопал себя по коленям. — Ведь ты служил во время войны во флоте? Умеешь управлять орудием?

— Ты о чем? Чего ради нам рассуждать о каком-то бале или банкете и пушках?

Голли улыбнулся.

— Я посмотрю, что делают наши женщины, — сказал он и выскользнул из комнаты.

— Как вы себя чувствуете? — осведомился он у пленниц и, увидев на столе разложенную колоду карт, добавил: — При случае я покажу вам несколько интересных игр. Сегодня вам придется спать здесь, — обратился он к Анне.

— Да, я останусь здесь, — ответила она спокойно.

Теперь на лице женщины лежала печать достоинства — трудно было узнать в ней несчастное создание, которое несколько часов назад доставили в этот дом.

Голли взглянул на засов с наружной стороны двери и сказал:

— Вы не против, если я вас запру? Так будет спокойнее: в этом районе много бандитов.

— Как долго мы останемся здесь, мистер Эйкс? — спросила Лила.

Голли пожал плечами:

— Не знаю, возможно, пару дней. А потом поедем в деревню. Там климат здоровее.

— Мистер Эйкс, не могли бы вы сказать, что случилось с лордом Синнифордом? — спросила Анна.

Голли удивленно на нее взглянул: он не ожидал, что она может так связно выражать мысли.

— Я должен с прискорбием довести до вашего сведения, что лорда Синнифорда больше нет в живых.

— Он умер?

Голли склонил голову:

— Увы! Рано или поздно всем нам суждено умереть. Его поразил удар молнии!

Наступило тягостное молчание.

— Мне очень жаль, — прошептала девушка.

Она смутно догадывалась, что за смертью лорда и самоубийством «матушки» Эйкс таилась какая-то драма.

— Его убили, — объявила Анна. — Я читала об этом в газете.

Голли покачал головой:

— Газеты часто выдумывают небылицы в погоне за сенсацией. Так или иначе, Синнифорда нет в живых.

И он снова внимательно посмотрел на Анну. Несомненно, эта старуха представляла для него опасность: она знала слишком много и помнила о том, о чем ей следовало бы забыть.

— Спокойной ночи, — сказал он холодно. — Утром я снова навещу вас. — И многозначительно добавил: — Будьте благоразумны.

Эти слова заставили Анну содрогнуться.

Затем дверь захлопнулась, и обе женщины услышали, как задвигается засов.

ПОПЫТКА К БЕГСТВУ

После того как их заперли снаружи, Лила задвинула внутренний засов — теперь никто не мог проникнуть к ним.

— Неужели он действительно такой, как вы говорите? — прошептала она.

Анна покачала головой:

— Каждое сказанное мною слово — правда. Я не могу вспомнить обо всем, но то, что я о нем знаю…

— Что же нам теперь делать? — спросила Лила, касаясь ее руки. — Я верю вам, верю каждому вашему слову. Но я никак не могу примириться с тем, что мистер Эйкс и есть главарь банды «резиновых братьев»…

— Да, это он. Если бы ты видела, как сильные и взрослые мужчины трепещут перед ним! Капитан в его присутствии не смеет шелохнуться. Как-то ночью они говорили о женитьбе, но я тогда не знала, что речь идет о тебе…

— Обо мне?

Анна кивнула:

— Они не упоминали твоего имени. Они сидели на палубе и выпустили меня подышать свежим воздухом. Капитан издевался надо мной, а Голли молчал. Он лишь раз взглянул на меня — так мясник смотрит на предназначенную для убоя скотину… А теперь попытаемся содрать остаток обоев.

— Никто не помешает нам — я задвинула засов.

Еще раньше девушка заметила в углу комнаты, под куском отставших от стены обоев, какое-то печатное сообщение. В то время, когда в этом здании находились мастерские, на стенах висели всякого рода предостережения, инструкции и указания для рабочих. Позже поверх них были наклеены обои. Женщины не подозревали, что в свое время в этом здании размещалась фабрика, работавшая на оборону.

Разобрать написанное не удалось. Тогда Анне пришла в голову мысль протереть стену влажным полотенцем. Сорвав после этого оставшуюся часть обоев, они смогли прочесть следующее:

«В случае пожара всем находящимся в помещении, не создавая паники, направиться вниз. Если пожар начнется в подвальном помещении, отворить люк в потолке и пробраться на крышу. По крыше пройти на подветренную сторону и спустить вниз прикрепленные к крыше веревочные лестницы. Проделать все это спокойно, без спешки и не создавая паники».

— В потолке есть люк. — Лила посмотрела вверх.

Между тем Анна принесла из соседней комнаты стул, поставила его на стол и, взобравшись на него, стала осматривать потолок.

— Нашла! — радостно воскликнула она, заметив в потолке щель, замазанную известкой.

В ванной комнате они тоже обнаружили люк и, содрав штукатурку, частично освободили его. И тут услышали, как хлопнула входная дверь их квартиры. Если Голли войдет сюда, он сразу заметит, что произошло — и тогда они лишатся надежды на спасение. А он, отодвинув засов, уже стучался к ним.

— Скорей, запри за мной дверь и не выходи из ванной, — приказала Анна, затем пошла в соседнюю комнату и впустила Голли.

— Что вы делаете? — подозрительно осведомился он.

— Лила купается, а я ищу для нее полотенце.

Ответ Голли удовлетворил.

— Купается? Вот и отлично — я хотел поговорить с вами. Скажите, вы никогда не бывали в Южной Америке?

— Нет.

— Чудесный край! Если вы будете благоразумны, то сможете поселиться там и жить в довольстве. Не вздумайте создавать мне неприятности с… — Он показал пальцем на ванную комнату. — Представьте на минуту, что вы вздумаете испортить мне игру, станете рассказывать ей обо мне всякие нелепые истории. Что тогда произойдет с вами?

Анна молчала.

— Я думаю, вы смогли бы ответить на этот вопрос. Если не хотите, отвечу я. В один прекрасный день ваше тело выудят из реки, и люди спросят: «Кто это? Ах да, это — никто!» В газетах о вас напишут заметку в три строки. Вы станете «трупом неизвестной женщины» — вот и все.

— Вот и все, — машинально повторила Анна.

— Я думаю, мы поняли друг друга. Передайте привет Лиле и скажите ей, что я был бы неплохим мужем. Вы нуждаетесь в деньгах?

— К чему мне здесь деньги?

— Я вижу, к вам вернулся рассудок, — заметил Голли, посмеиваясь, и поспешил удалиться.

Когда через несколько минут его шаги замерли в отдалении, Анна, заперев дверь, снова поспешила к Лиле. В комоде она нашла нож и принялась быстро счищать с его помощью оставшуюся штукатурку с люка в ванной. После долгих усилий им удалось при помощи ручки от щетки приподнять люк. Лишь около трех часов ночи Анна смогла выбраться на крышу и помогла Лиле проделать то же самое. На крыше они принялись за поиски веревочных лестниц, упоминавшихся в инструкции, но лестниц не оказалось. Женщины были в отчаянии: близился рассвет, времени оставалось не много, скоро появится Голли, и их попытка бежать будет обнаружена. Окажись поблизости хотя бы полицейский, они могли бы как-то привлечь его внимание, но никого не было. Анна и Лила снова спустились в комнаты.

Незадолго до завтрака к ним пришел Голли и объявил:

— Мы едем сегодня вечером — в девять часов. Я рассчитываю, что вы, Лила, будете вести себя хорошо.

— Куда вы нас повезете?

Вместо ответа он сказал:

— Надеюсь, Анна тоже будет вести себя тихо? Это в ее интересах.