Джон Карр - Четыре орудия убийства

По тому, как с первой минуты повели себя Банколен и мадам Толлер, стало ясно, что друг другу они не понравились.

Поднявшись со стула, женщина подошла к вошедшим. Во время представления она удостоила сыщика беглым взглядом, а на Куртиса посмотрела со злобой.

— Дело в том… — начал Стенфилд.

— Не будем толочь воду в ступе, — резко прервала его миссис Толлер и опять посмотрела на Банколена: — Это не что иное, как откровенный разбой. Или что-то вроде этого. Буду вам благодарна, если вы мне все объясните.

— Нет, это вы, миссис Толлер, должны мне все объяснить, — улыбнувшись, ответил сыщик. — Так что у вас украли?

— Ничего.

— Да? Так в чем же дело?

— Это случилось минут десять назад, — неуверенно произнесла она. — Из моей спальни послышался странный звук, похожий на звон стекла. Когда я вошла в нее, то в открытом окне увидела мужчину. Он быстро спустился по пожарной лестнице и скрылся. И тут я обнаружила, что на моем столе и трюмо кто-то рылся. Это был какой-то странный вор. На трюмо лежала сумочка с большой суммой денег, а он ее даже не тронул. Почему никто не скажет мне правду?

— Правду? Думаете, что тем странным вором был я?

— Я знаю, как ваши полицейские относятся к англичанам. Они их и слушать не хотят. Но представьте себе, единственное, что этот ворюга украл, — моя лицензия на огнестрельное оружие.

Насколько мне известно, на вилле «Марбр» убита женщина. Я даже не хочу упоминать ее имени. В комнате нашли револьвер 22-го калибра. Скажите, на нем был номер Д 3854?

— Совершенно верно.

— Так это мой револьвер, — глядя сыщику прямо в глаза, заявила миссис Толлер. — И вы об этом уже знаете. Но я вас предупреждаю: если вы задумаете на этом спекулировать, то последствия для вас будут самыми плачевными. Я…

Она замолчала, поскольку Банколен крякнул.

— Я вас рассмешила, — нарочито спокойным тоном продолжила женщина. — Что ж, очень этому рада.

— Нет-нет, — бросился оправдываться Банколен. — Я крякнул от восхищения, — возразил Банколен. — Мне понравилось, как вы загнали меня в угол. А то, что револьвер принадлежит вам, меня нисколько не удивило.

Когда я продемонстрировал его мистеру Стенфилду, мне показалось, он его узнал.

Вы хоть понимаете, что происходит? Вы и мистер Стенфилд скрывали, что оружие ваше, до тех пор, пока не осознали, что дальше утаивать этот факт бесполезно.

А теперь вы грозите мне неприятностями. И это только потому, что я имел неосторожность найти на месте преступления принадлежащий вам револьвер.

Знаете, как отреагировал бы на такую ситуацию мой друг Джефф Марль? «Превосходно! — воскликнул бы он. — Я в полном восторге!»

— Будете так нагло себя вести, ни на один ваш вопрос не отвечу.

— Дорогая мадам, вы и так бы мне не ответили. Миссис Толлер насмешливо улыбнулась:

— Предупреждаю. Если я пожалуюсь на вас кому-нибудь из ваших министров, а у меня и среди них есть друзья, то вам придется туго. Я смогу доказать, что последние два дня этого пистолета у меня не было.

Банколен насторожился:

— А у кого же он тогда был?

— У меня, — ответил Стенфилд.

Он достал из кармана носовой платок, вытер им вспотевшие ладони и, театральным жестом вставив его в нагрудный кармашек, снисходительно посмотрел на Банколена.

— Не подумайте, что я сейчас признаюсь вам в убийстве, — улыбнулся Стенфилд. — Дело в том, что вчера вечером я покинул этот отель без четверти девять. Известно, что мужчина в коричневом плаще и черной шляпе появился на вилле в девять. А отсюда до виллы «Марбр» меньше чем за полчаса не добраться. Так что вы можете смело вычеркнуть меня из списка подозреваемых.

Ну а теперь о револьвере. Поскольку миссис Толлер намеревалась некоторое время пожить во Франции, я предложил оформить на нее револьвер и французскую лицензию. Приготовив все необходимые для этого бумаги, я взял у нее револьвер и положил его в свой письменный стол. Потом у меня было много работы, и я о нем забыл.

— Когда вы взяли оружие?

— В пятницу. Во второй половине дня. Я приходил к миссис Толлер на чашку чая и унес револьвер с собой. Я был уверен, что он лежит в ящике моего стола. Каково же было мое удивление, когда я увидел его у вас.

Стенфилд говорил, наморщив лоб, легко и даже игриво. Чувствовалось, он был искренен.

— Признаюсь, я виноват. Зря не сказал вам, что револьвер принадлежит миссис Толлер. Но сначала мне нужно было спросить у нее разрешение. Не понимаю, почему вы решили, что этот факт мы от вас утаили. Совсем нет.

Убитую нашли только сегодня утром. Мне же надо было удостовериться, что этот револьвер — из моего письменного стола. Завтра я вышел бы на работу, открыл свои стол и, увидев, что оружия там нет, сразу же с вами связался.

— Благодарю, — нахмурившись, резко произнес Банколен и замолк.

В наступившей тишине отчетливо слышался шум транспорта на улице.

— Надо полагать, револьвер взяли из вашего стола и принесли на виллу? — наконец прервал затянувшееся молчание сыщик.

— Да, — подтвердил Стенфилд. — Только хочу вас предупредить: это сделал не я.

— Похоже, вы так ничего и не поняли, — подойдя к нему ближе, сказал Банколен. — Возможно, этот факт поможет раскрыть убийство. Благодаря ему круг подозреваемых сильно сужается.

— Вы полагаете? — удивился Стенфилд. — А я не совсем уверен. Ведь мадам Кло… то есть женщину, о которой упомянула миссис Толлер, не застрелили. Из него вообще не стреляли. Так что нельзя утверждать, что тот, кто принес этот револьвер на виллу, и есть убийца.

— Да. Такое можно только предположить. Вы с этим согласны?

— Я ни с чем не могу быть согласен, — неожиданно резко ответил Стенфилд. — Найти убийцу — ваша задача. Моя обязанность — предоставить вам факты и ни на кого не указывать пальцем.

— А вы, миссис Толлер, согласны со мной? — обратился Банколен к хозяйке злополучного оружия.

Женщина его слова пропустила мимо ушей. Но Банколен не унимался. Он опять взял на прицел, словесный конечно, Стенфилда;

— И тем не менее, мистер Стенфилд, вам придется ответить на такой вопрос: скажите, кто мог забрать у вас револьвер?

— В нашу контору заходит много людей.

— Всех перечислять и не надо. Хватит и нескольких. Кто приходил к вам в пятницу и субботу?

Стенфилд помялся.

— Ну, как вы знаете, заходила Гортензия Фреи, — наконец ответил он.

— Да, мне это известно. Кто еще? Может быть, Ральф Дуглас?

Стенфилд украдкой бросил взгляд на миссис Толлер. Та даже не шелохнулась. Куртис увидел, как у Стенфилда задрожали губы. Казалось, он пытается перебороть себя.

— Я… — наконец нерешительно произнес Стенфилд. — Да уберите с моего плеча свою руку! Не испытывайте мое терпение, а не то я вас ударю! Эти методы допроса приберегите для кого-нибудь другого!

— Вот это разговор! — радостно воскликнул Банколен. — Ну так что? Ральф Дуглас к вам заходил?

— Нет.

Обстановка разрядилась. Банколен отошел от Стенфилда и со зловещей улыбкой остановился возле миссис Толлер. Та изобразила на своем лице жуткую скуку. Ноздри ее некрасивого носа раздулись.

— Все, на сегодня хватит, — решительно заявила она. — Пожалуйста, уходите.

— Согласен, мадам, — ответил ей Банколен. — Я собирался задать вам массу вопросов. Но сейчас необходимость в этом отпала. Теперь у меня есть над чем призадуматься. Спокойной ночи.

Но перед тем как нам уйти, замечу: вы и мистер Стенфилд должны явиться во Дворец правосудия. Скажем, завтра в одиннадцать утра. Для формального допроса.

— И не подумаем! — быстро ответила миссис Толлер. По ее лицу было видно, что женщина безмерно удивлена.

— Мадам, — Банколен начал терять терпение, — если в одиннадцать часов вы не появитесь во Дворце правосудия, я вас туда доставлю лично. Прошу вас над этим задуматься. Завтра в одиннадцать за вами приедет машина. А теперь до свидания! Мистер Стенфилд, можете нас не провожать. Обратную дорогу мы найдем сами.

Сыщик с Куртисом вышли в прихожую, затем — в устланный толстым ковром, слабо освещенный коридор. Как только они свернули за угол, Банколен остановился и разразился нецензурной бранью. Куртис слушал его молча и с огромным сочувствием.

— Старая ведьма! — сотрясал кулаками сыщик. — Змея подколодная! Выдра вонючая! Затолкать бы ее в дуло пушки и пульнуть обратно в Англию! Как вы думаете, стоит она этого? Теперь ваш черед отвечать.

— Вы полагаете, что она…

— Конечно. Я это чувствую. То, что Стенфилд забрал у нее револьвер, возможно, правда. А может, и нет. Во всяком случае, мы должны это установить.

Вы поняли, что Стенфилд у нее под пятой? Она, если понадобится, заставит его поклясться, что Ральф Дуглас был единственным, кто заходил к нему в пятницу. Что он единственный, кто мог выкрасть револьвер.