Придет серенький волчок - Юлия Владиславовна Евдокимова

нашей гостьи. Другой не было? – Саша впервые увидела, как грозен может быть сербский монах. И что ему не понравилось?

Но старец не смутился, его гневом архимандрита не проймешь.

– Сама гостья выбрала. Своей рукой взяла.

Дамиан покачал головой.

– Не забивай ей голову сказками, и так уже от каждой тени шарахается. Нас с отцом Костой за вампиров приняла.

Старец засмеялся, да так, что слезы утирал.

– Вот спасибо, что приехали, порадовали вы меня, насмешили.

– Ну да, – пробормотала Саша, – я уже привыкла, что меня тут за шута держат.

Спускались сумерки и Дамиан засобирался домой.

– К ночи только вернемся, пора в дорогу.

И снова на дорожку – наперстки с настойками.

– Пей, не бойся. А с собой возьми вот что, – и Саша еле подняла пакет с вареньями – из инжира, из апельсинов…

– Поклонись, поклонись образам перед дорогой, – отец Василий завел Сашу в свой кабинет. Она не знала, что делать, потому просто поклонилась, чувствуя себе полной дурой. Пошла к выходу, остановилась прочитать надпись по-русски на одной из икон, и вдруг мороз по коже:

« Уже позже, чем ты думаешь…»

С воды бесшумно взлетали лебеди, на озеро с далеких гор на черногорской стороне спускалась сумеречная дымка. Глядя из машины на одинокую худенькую фигурку отца Василия на берегу, с поднятой на прощание рукой, Саша представила, как дернет он за веревку, обвязанную вокруг мотора, и поплывет лодка на крохотный остров. Вспомнила одинокую точку на воде – и остров и лодка были такими маленькими! – и заплакала. Второй раз за эту поездку не удержалась, плакала, размазывая тушь, ткнувшись в плечо Дамиана, оставляя мокрые разводы на черной рясе.

Почти в полночь они остановились у стен маленького старого города Будвы. Пили белое вино, море набегало на берег прямо у ног, горели свечи в стаканах на пластиковом столике.

– Однажды мы отыщем случайно плоский камешек,

на котором написаны два имени наших.

И тогда мы вспомним его- этот день:

счастье, с опозданием понятое,

навеки потерянное.

Тяжкий вздох, острая боль от ножа.

Тогда мы вспомним его…

Ложась спать, Саша нашла в интернете стихи, которые прочитал Дамиан. Их написал болгарский поэт Андрей Германов. И не было других слов, настолько полно выражавших ее чувства.

Глава 10.

По дороге в горы Бальери поделился новостями. Пришло заключение о смерти тетки Надьи. Она не задохнулась в дыму, ей перерезали горло острым ножом. К сожалению, огонь уничтожил все следы.

– Без сомнения мы имеем дело с живым человеком, а не с волком-оборотнем. Но и это народ не убедило. Отец Слободан рассказал, что мужики с утра вооружились инструментами и отправились на реку, чинить мельницу. Надеются, что это умилостивит вампира. Он устал взывать к разуму и махнул рукой, пусть делают, что хотят, лишь бы могилы не разоряли.

– Если верить старой книге, которую мы нашли у отца Василия, то оборотню и не надо становиться волком. Он остается в человеческом облике, просто обретает силу зверя, и на него не действует луна. Так что его никогда не распознать.

– Саша, вы тоже поверили в оборотня? – Улыбнулся Дамиан. – Хорошо, что вы дальше не читали!

– Я поверила в человека, который возомнил себя оборотнем. А что там дальше?

– Дальше там рассказывают о вампирах, одетых в белое, которые спокойно среди бела дня расхаживают среди людей. Был такой Михайло Катич, вельможа из ордена Дракона.

– Как Дракула?

– Собственно, да. Отец Влада Цепеша, Влад II, потому и носил имя Дракула, что состоял в ордене Дракона. Так вот могилу этого Катича до сих пор не смогли найти и по местным легендам он и сегодня бродит среди людей. Красавец был, кстати, женщины штабелями к его ногам падали.

– Да вы тут все… как корабельные сосны. Красавцы под два метра, – пробормотала Саша. – Вот только кто из красавцев – убийца?

– Я не все новости рассказал. – Бальери нашел что-то в телефоне, пробежал глазами, – не буду занимать вас научными подробностями, но я еще вчера отправил фотографию царапин на шее у учителя Йована своим коллегам. Тем более, что наш учитель сходил к врачу, удовольствовался прописанной мазью и ни к каким экспертам не пошел.

– И что коллеги?

– Коллеги заключили, что царапины могли быть нанесены только человеком, никак не зверем.

– Ну вот, я ж говорила, что это человек!

– Аликс, я еще не закончил. Такие раны можно нанести лишь в одном случае. – Бальери хитро усмехнулся.

– Не томите! В каком?

– Стоя спереди. Лицом к лицу с учителем Йованом.

***

– Ужасная смерть, - сокрушался отец Слободан, когда Дамиан привез Сашу и Лиса в деревню. – Хорошо, что Надья не сгорела заживо, но легче от этого не становится…

Они снова сидели все вместе за деревянным столом в коттедже. Отсутствие брата Марко, Ивана и даже Косты ощущалось так сильно, сразу стало чего-то не хватать. Хотя Саша видела Бальери в деле и была уверена, что Лис во всем разберется, ей было бы спокойнее в присутствии брата Марко. Кардинал Ридольфи по-прежнему казался ей всемогущим… Зачем же он уехал? Она даже задала этот вопрос вслух.

– Это каноническая территория сербской православной церкви. В Которе Ватикан еще мог действовать, но не здесь. Это во-первых. А во-вторых мы же все понимаем, что речь идет о преступлении, совершенном человеком. И это уже не сфера церкви. – Пояснил Дамиан.

– Но ты же остался! Хотя и твоя миссия фактически закончена.

– Считай, что я прикрываю вас оттуда, – рассмеялся Дамиан, показав пальцем куда-то вверх. – Поддержка с воздуха. А если серьезно, то без меня никто не разрешит Карло даже просто с людьми говорить. Так что я остаюсь до конца этой истории.

– И что мы теперь будем делать?

– Версии две. – Ответил Бальери. – Первая – кто-то начитался старых книг или наслушался старых преданий и решил, что сможет стать оборотнем. Для этого, как вы прочитали в своей «книге ведьм», ну, то есть оборотней, он должен иметь три черных свечи и родниковую воду, что совсем не проблема, и волчью кровь.

– И знать заклинание! А где он его возьмет? – Спохватилась Саша

– В той же книге, – Ответил Дамиан.

– Так оно там было? Что ж ты…

– Что ж я его не прочитал? А зачем?

– Так вот, уважаемые специалисты по оборотням, у нас вопрос о крови зверя. Либо охотник добыл ее сам, либо кто-то купил у охотников. Значит, нам нужно опросить всех охотников.

– Тот, кто добыл сам,