Энтони Беркли - Попрыгунья

— Но кто-то же о нем забыл. Это, конечно, грубый прокол. Но если преступник изобличен, то значит, он так или иначе в чем-то прокололся. Я так считаю, — Колин поглядел на кончик своей сигареты, — что постоянно занимаясь убийствами, ты стал к ним относиться куда менее серьезно, чем иные из нас; и оттого проявил некоторую беспечность в том, что касается деталей.

Роджер аж поперхнулся.

— И разумеется, именно твои разговоры насчет кресла тебя и выдали, продолжал Колин совершенно невозмутимо. — Я все не мог понять, к чему ты клонишь. А потом понял. Ты беспокоился насчет этого кресла. Ты знал, что позабыл его вовремя поставить куда следует; и хотя потом спохватился и исправил ошибку, а все-таки побаиваешься, вдруг кто-нибудь успел заметить, что сперва его не было. И ты попытался убедить меня, чтобы иметь на всякий случай свидетеля, в том, что кресло находилось там с самого начала. Хитрый ход, Роджер, прямо скажем.

— Но неудачный, что ли?

— Ага. Ты перестарался, — откровенно признался Колин. — Но идея тем не менее блестящая — уже проболтавшись, повернуть дело так, будто ты выгораживаешь кого-то еще. Здорово придумано! Но, увы, — малоубедительно.

— Но это же правда.

— А уж коль скоро ты допустил столько ляпсусов, — Колин гнул свое, будто и не слышав слов Роджера, — я и подумал, что такой остолоп может и пальчики оставить, так что лучше мне сходить их вытереть и послушать, что ты на это скажешь. А кстати, ты их оставил? — поинтересовался Колин.

— Да, — гневно ответил Роджер.

— Я так и думал, — невыносимо самодовольно отвечал Колин.

— Я получаюсь не слишком-то интеллектуальным убийцей, да?

— Ничего, бывает, — утешил его Колин.

И снова оба ненадолго умолкли.

— Еще что-нибудь?

— А что, мало? — спросил Колин в ответ.

— И ты пойдешь в полицию с этой дурацкой историей?

— Говорят же тебе, я не собираюсь тебя закладывать. Но сам-то ты поосторожней, не проболтайся еще кому-нибудь.

— Лучше бы ты сообщил в полицию, — взвыл Роджер.

— Нет уж, спасибо, я не намерен во все это ввязываться!

— Тогда я сам туда пойду и расскажу все в точности, как ты сказал!

— И будешь болван болваном, — холодно среагировал Колин.

Несмотря на все возмущение Роджеру хватило здравого смысла понять, что он и в самом деле окажется в таком случае болваном, да еще каким.

И снова повисло яростное молчание.

Снаружи послышались шаги, и в дверях появился Рональд Стреттон.

— А, вот ты где, Роджер. А я тебя обыскался. Инспектор полиции уже здесь, он ждет тебя в столовой.

Роджер встал, не без тайной благодарности освободителю.

И поймал на себе взгляд Колина. Тот обнадеживающе кивнул.

Глава 9

Дело против доктора Чалмерса

Инспектор Крейн из полиции Уэстерфорда оказался верзилой с развинченной походкой, ни капли не похожий на стереотипный образ вышколенного служаки. У него было приятное лицо и держался он, по крайней мере в этом доме, застенчиво, почти виновато; во всяком случае, в нем не было и капли той самодовольной бойкости, какую столь часто напускают на себя полицейские чины. Рональд Стреттон, его старинный знакомый, уже успел сообщить ему все обстоятельства — попросту, без малейшей неловкости, как своему человеку.

Узнав, что в числе приглашенных был Роджер Шерингэм, инспектор выразил желание начать опрос именно с этого джентльмена.

— Очень рад с вами встретиться, сэр, — приветил он Роджера. — Разумеется, наслышан о вас. Все это ужасно, сэр, но надеемся, что, так сказать, не по вашей линии.

— Нет, — с твердостью в голосе подтвердил Роджер. — Нет, конечно.

— Ну разумеется, нет. В таком случае, сэр, присядьте, пожалуйста. Мне бы очень хотелось услышать от вас обо всем, что, на ваш взгляд, могло бы пролить какой-то свет на эту трагедию или хотя бы в какой-то мере помочь коронеру.

Для допросов инспектору отвели столовую, и оба собеседника уселись в торце длинного стола; инспектор выжидательно раскрыл блокнот. Роджер сообразил, что процедура предстоит не слишком формальная, раз при опросе присутствуют и братья Стреттоны: Рональд угнездился на краешке стола, поставив ноги на сиденье стула, а Дэвид молча стоял, опершись о каминную полку.

— Поймите меня правильно, инспектор, ведь я едва знал миссис Стреттон, начал Роджер и следом поведал о своем общении с нею накануне вечером.

— А! — инспектор навострил уши и в предвкушении облизнул карандаш. Миссис Стреттон в самом деле говорила вам о своем намерении покончить с собой?

— Скорее о теоретической возможности, чем о намерении, — уточнил Роджер. — Но говорила, да.

— Но несмотря на это, вы ничего не сделали? — спросил инспектор как-то виновато.

— А что я мог сделать? Она просто рассуждала о такой возможности в будущем. Она не говорила, что собирается выполнить это намерение нынче же вечером.

— Значит, вы ничего не предприняли, сэр?

— Нет.

— Я вынужден спросить вас, — произнес инспектор еще более виновато, почему вы не сочли необходимым принять какие-либо меры?

— Потому что не верил ни единому ее слову. Вынужден вам признаться, мне это показалось чистым позерством.

— "Мне ее намерения не показались серьезными", — проговорил инспектор, деловито записывая. — Я правильно сформулировал ваши ощущения, мистер Шерингэм?

— По-моему, да, — согласился Роджер, стараясь не встречаться взглядом с Рональдом Стреттоном.

— Вы не упоминали об этих ее словах в беседе с кем-нибудь еще? С мистером Стреттоном, например?

— Нет. Как я уже говорил, я отнесся к ним не слишком серьезно. Однако кто-то упоминал при мне о том же самом.

— Как, сэр?

— Кто-то еще меня спрашивал, говорила ли она, будто собирается покончить с собой. Полагаю, — сухо произнес Роджер, — она заводила такие разговоры не со мной одним.

— Вот как? Любопытно. Не будете ли так любезны сообщить мне, кто вас об этом спрашивал?

— Погодите-ка… Конечно. Мистер Уильямсон.

— "Мистер Уильямсон в какой-то момент спросил меня…"

— Мистер Уильямсон и меня спрашивал, в присутствии мистера Шерингэма, вставил Рональд Стреттон, — может, моя невестка ненормальная? Помнишь, Шерингэм? В самом начале.

— Да, — кивнул Роджер, — прекрасно помню. Меня еще заинтересовало тогда….

— Что именно, сэр?

— Неужели миссис Стреттон и правда несколько неуравновешенна.

— Правильно ли я понял, что ваша дальнейшая беседа с миссис Стреттон привела вас именно к этому заключению? — спросил инспектор, сконфуженно покосившись на Дэвида Стреттона.

— Правильно. Я и в самом деле нашел миссис Стреттон несколько неуравновешенной. Но, как мне тогда показалось, не до такой степени, чтобы покончить с собой. — Роджер не стал добавлять, что этого ему не кажется и теперь.

Инспектор смущенно и участливо повернулся к Дэвиду Стреттону.

— Должно быть, у вас несколько иное мнение, мистер Стреттон?

— Отнюдь, — отрезал Дэвид. — Почему я и кинулся вам звонить. Моя жена совершенно не контролировала свои действия.

— Да-да, — засуетился инспектор. — Я получил рапорт. Очень странно, что все случилось в тот самый вечер, когда… Коронеру придется специально расспросить вас об этом.

— Но все ведь сходится, инспектор? — вкрадчиво вставил Рональд. — В том смысле, что все это вместе создает впечатляющую картину тогдашнего состояния миссис Стреттон. Почему же коронеру придется спрашивать об этом специально?

— Видите ли, мистер Стреттон никогда прежде нам не звонил по такому поводу. Вы нам раньше звонили, мистер Стреттон?

— Нет.

— Просто раньше такого состояния у нее не бывало, — развил свою мысль Рональд.

— Вас насторожило то, что именно вчера вечером миссис Стреттон вела себя — как бы лучше выразиться — еще менее адекватно, чем обычно? — обратился инспектор к Дэвиду.

— Да, мне так показалось, — Дэвид все время говорил каким-то не своим, резким голосом, словно хотел поскорее исторгнуть слова из себя и побыстрее со всем покончить.

— Вообще-то, — снова вклинился Рональд, — брат не звонил, пока довольно долго не прождал миссис Стреттон дома и пока мы все не обыскали тут каждую комнату, — я же вам уже говорил. Но тогда он, естественно, встревожился, ведь, сколько я помню, миссис Стреттон никогда прежде не пропадала. Так, Дэвид?

— Никогда.

— И вот ввиду неадекватности ее поведения вечером, которую отметили, помимо нас, и другие, он и подумал, что надо предупредить ваших людей — так, на всякий случай; хотя я и не думаю, что он ожидал чего-нибудь столь серьезного. Правда, Дэвид?

— Правда. Просто подумал, что подстраховаться не помешает, вот и все.

— Вы не ожидали, что миссис Стреттон может покончить с собой, сэр?