Джон Карр - Убийства единорога

— Не может кто-нибудь прикрыть его? — Миддлтон указал на тело.

— Спокойно, сынок, — проворчал Г. М. — Продолжайте, Фаулер.

— Я побежал к лестнице. Кто-то бежал с другой стороны — думаю, миссис Миддлтон. Этот парень — я имею в виду Гаске — отлетел от стены площадки, как мяч, и покатился дальше, упав прямо к вашим ногам, сэр Генри, когда вы подбежали. Я думал, он собирался ухватиться за гобелен, но, должно быть, он тогда уже был мертв. Это все, что я знаю.

Последовало молчание. Я посмотрел на площадку, увидев верхний угол огромного гобелена с безобразными бурыми фигурами, изображавшего охоту на вепря или монстра с одним рогом. Фаулер, проследив за моим взглядом, казалось, подумал о том же.

— Ну-ну, — сказал Г. М. — Оставьте на минуту в покое сказочных чудовищ. Значит, вы не видели никакой борьбы, которая могла бы произойти, если бы его атаковали с каким-то острым орудием? Это вас беспокоит?

— Очевидно, — признал Фаулер после паузы.

— И вы побежали к лестнице. Кто-нибудь пробежал мимо вас в обратную сторону?

— Я никого не видел, но было темно, и напавший на Гаске мог пробежать незаметно.

Блестящие глазки д'Андрье блеснули под набрякшими веками.

— Э-э… могу я задать вопрос? Мистер Фаулер, когда покойный Гаске вскрикнул и поднес руки ко лбу, в какую сторону он смотрел?

Фаулер колебался.

— Точно не могу сказать, сэр, кроме того, что он подошел к лестнице и собирался спускаться. Поэтому я думаю, что он смотрел вниз.

— В сторону нижнего коридора?

— Да.

— Ага! — Д'Андрье вытянул шею. — Предположим, что, когда он стоял у лестницы, в него выстрелили из нижнего коридора или с другого конца галереи. Разве пуля, выпущенная оттуда, не привела бы к такому результату?

— Это мысль! — воскликнул Хейуорд.

Доктор Эбер поднялся, отряхнул колени и заговорил по-французски:

— Вы видите рану и твердите о пулях! Я спрашиваю вас, месье граф, вы когда-нибудь видели такую пулевую рану? Пуля бы снесла ему затылок. К тому же здесь следы вытащенного оружия. Какого?

— Это мы и должны выяснить, — деревянным голосом произнес Г. М. — Можно отнести беднягу куда-нибудь, чтобы доктор произвел обследование? В библиотеку? Отлично! Огюст, поднимите тело и отнесите его туда. И обращайтесь с ним достойно. Начинаю думать, что он был лучшим человеком, чем нам казалось. Я имею в виду — человеком, а не детективом. Потом возвращайтесь сюда. Осмотрите его, док. Проверьте, нет ли у него в карманах этой миниатюрной картотеки, о которой говорил наш друг Фаулер, но я ставлю пять фунтов против копченой селедки, что она исчезла.

Огюст без особого труда поднял тяжелое тело с открытым ртом и отклеившимися усами. Когда его шаги замерли среди колонн, Г. М. из оттопыренного кармана пиджака достал трубку.

— Хм! Пожалуй, стоит заняться реконструкцией преступления, — сказал он. — Но сначала нужно кое-что выяснить. Сколько людей находится в доме в данный момент? Кстати, как насчет трех авиаторов?

Д'Андрье нахмурился:

— К моему искреннему сожалению, друг мой, их здесь нет, и теперь они вряд ли появятся. Они слишком долго оставались у самолета и, когда вода смыла нашу дамбу, оказались отрезанными… — Он быстро повернулся: — Вы не слышали об этом, джентльмены?

Хейуорд, Фаулер и Миддлтон заявили, что понятия не имели о разрушении дамбы.

— Я тоже узнал об этом только что, — сказал д'Андрье. — Мне сообщил Огюст. Я очень огорчен, джентльмены, но уверен, что мы сможем удобно вас устроить, покуда завтра утром неполадки не будут устранены. Авиаторам придется переночевать в самолете. Так о чем я говорил?.. Ах да! В доме также находятся мои слуги. Помимо Огюста, это повар Жан-Батист, Жозеф и Луи, которые этой ночью исполняют обязанности лакеев, хотя первый из них конюх, а второй… как это называется… мастер на все руки. Вот и все.

— Прошу прощения, месье, — вмешался возвратившийся Огюст, — но в доме появился еще один человек — водитель такси, который называет себя Марселем Селестеном. Он очень пьян.

Г. М. окинул нас взглядом.

— Вам наверняка приходилось участвовать в игре под названием «Убийство», — снова заговорил он. — У нас аналогичная ситуация вплоть до погасшего света и крика. Поэтому воспользуемся ею. Я хочу, чтобы все заняли те места, где находились, когда услышали крик этого бедняги. Рэмсден, Эбер и я были здесь. Я стоял там же, где теперь. Где были вы, Рэмсден, прежде чем прибежали?

— Снаружи — у входной двери, — проворчал Рэмсден. — Я пытался разглядеть, в какой степени разрушена дамба. Вы начали подниматься наверх узнать, почему Гаске не спускается, чтобы встретиться с нами… Ну а как насчет Эбера?

— С Эбером и со мной все в порядке, — ухмыльнулся Г. М. — Мы можем взаимно подтвердить наше алиби. Он подходил сюда со стороны лестницы, и мы друг друга видели. Повезло, а? Теперь давайте поднимемся на второй этаж и установим тамошние позиции. Идите все за мной и ищите эту картонную папку. Хмф!

Г. М. затопал по ступенькам, пыхтя и глядя через перила. На площадке он остановился и посмотрел на гобелен, потом отодвинул его в сторону, обнаружив под ним окно в глубокой нише.

— Так-так. Это становится все более интересным. Окно не заперто. — Г. М. опустил шпингалет и повернулся к д'Андрье: — Вы всегда держите его незапертым?

Наш хозяин быстро подошел и посмотрел на шпингалет.

— Насколько я знаю, его никогда не оставляли открытым. Не так ли, Огюст?

— А что находится снаружи? Обрыв к реке?

— Нет, плоская крыша с балконным парапетом. Можете выйти на нее, если не опасаетесь промокнуть.

— Если выйти на крышу отсюда, можно вернуться в дом другим путем?

— Можно. — Д'Андрье прищурился. — С каждой стороны есть карниз, тянущийся мимо окон спален. Эти комнаты занимают мистер Хейуорд и мистер Фаулер. Ловкий человек легко может пробраться к каждому окну. Может быть, мы…

— Не горячитесь! Идемте наверх, и покажите мне, где вы стояли. Здесь чертовски темно, — очевидно, перегорели пробки. Кен, сбегайте в свою комнату и принесите фонарь, который вы позаимствовали у шофера такси.

Я нащупал нужную дверь и достал фонарь из ящика стола. Конечно, он не работал, а мои пальцы были слишком неловкими, чтобы починить его. Но когда я шел назад по галерее, то услышал ободряющий возглас д'Андрье. Он и Г. М. находились в бельевой напротив лестницы.

— Здесь регулируется электрический свет на всем этаже, — говорил д'Андрье, когда я вошел. — С пробками все в порядке. Кто-то просто опустил рубильник…

— Всем стоять на месте! — рявкнул Г. М. — Кто-то только что выбросил что-то белое. Никому не двигаться!

На галерее зажегся свет, и мы увидели белый конверт, лежащий на покрытом ковром полу неподалеку от двери бельевой, на котором были отпечатаны слова: «Месье графу д'Андрье».

Глава 10

ПИСЬМА ЛЖЕЦА

Г. М. взмахнул кулаком.

— С меня довольно! — заявил он. — Эти игры над трупом если и могут подействовать на чье-нибудь чувство юмора, то только не на мое. Будь я проклят, если когда-нибудь чувствовал себя таким беспомощным!.. Еще одно конфиденциальное сообщение, а? Лучше прочитайте это. — Он передал конверт д'Андрье, который был удивлен не более, чем если бы получил письмо с обычной почтой. — Не будем устраивать фарс, спрашивая, кто бросил конверт. Кто стоял ближе всего к нему?

— Я, — ответил Хейуорд. — Я практически видел, кто это сделал…

— Ну и кто же?

— Не знаю. Я имею в виду, что видел, как его бросили. Господи, это просто неприлично! Парень рехнулся! Конечно, если письмо действительно от…

— Да, — спокойно сказал д'Андрье. — Оно от Фламанда. И его стиль изменился. Он уже не шутит.

Впервые я увидел на лице нашего хозяина мрачное выражение. Он выглядел неуверенным, словно взвешивал что-то.

— Прочитать вам письмо, джентльмены? На сей раз оно написано по-английски. Если он говорит правду, это многое меняет.

«Месье!

Я пишу это письмо, так как должен это сделать. Недоразумение необходимо прояснить немедленно. Для этой цели я позаимствовал чью-то портативную пишущую машинку, которую нашел в багаже. Сейчас она в бельевой.

К тому времени, когда Вы получите мое послание, я уже разберусь с болваном, вставшим у меня на пути. Я не верю в убийство, если только оно не абсолютно необходимо. Это было именно таковым. Придурок причинил бы мне неприятности, если бы я не устранил его…»

Я вспомнил стук машинки, который слышал в тихой галерее за несколько минут до убийства.

— У кого есть портативная пишущая машинка? — осведомился Г. М.

— У меня, — ответил Фаулер. — Я не обратил внимания, принесли ли ее в мою комнату с другими вещами. Значит, теперь она в бельевой?