Наследники Ваньки Каина - Валентин Саввич Пикуль

— Ах вот как? — отступил на шаг Михаил Павлович, смерив жену презрительным взглядом. — Она, видите ли, уйдет! Хорошо!

Он сорвал с себя рубашку и начал снимать брюки. Ничего не понимающая Лида с изумлением смотрела, как он отшвырнул одежду в угол и голый побежал в спальню.

Через минуту он вернулся одетый и с чемоданом в руке. Встав в дверях, обвел глазами комнату:

— Все тебе! Возьму только машину.

— Миша?! Ты что? — Лида прижала ладони к губам, не в силах поверить в реальность происходящего.

— Что «Миша», что?! — подбросив в руке чемодан, откликнулся Котенев усталым, слегка осевшим голосом. — Не понимаешь? Это я ухожу! Хватит с меня!..

* * *

Оставив машину около подъезда дома Александриди, Михаил Павлович закурил — надо было обдумать ситуацию.

Докурив, Михаил Павлович примял окурок в пепельнице и, вытащив из салона чемодан, — торопясь уехать из дому, просто забросил его на заднее сиденье, — переложил его в багажник, предварительно вынув из чемодана и спрятав в карман маленький пистолет. Он решил теперь постоянно ходить с оружием, особенно после случившегося у Сашки Лушина. Оружие Михаил Павлович приобрел по случаю давно. Когда произошла неприятность с братом Лиды, он хотел утопить пистолет в Яузе или закопать, но потом передумал и спрятал в квартире.

Поднялся на лифте и позвонил в дверь. Открыл сам грек. Впустив в прихожую, тщательно заперев за гостем дверь, провел того в гостиную, Там, уютно устроившись в кресле, сидел импозантный седой человек.

— Наш консультант, Виктор Иванович, — представил его Лука и предложил: — Располагайтесь. Можно без церемоний.

Михаил Павлович присел, настороженно поглядывая на невесть откуда появившегося консультанта. Мужчина солидный, с располагающей внешностью и барскими повадками. Грек, чувствуется, считается с ним.

— Сергей Владимирович говорил мне о возникших осложнениях, — играя позолоченной зажигалкой, мягко улыбнулся Виктор Иванович Полозов. — Я просил бы вас еще раз подробно рассказать все с самого начала.

Полозов слушал не перебивая, только время от времени что-то записывал своим бисерным почерком. Вытянув шею, Котенев поглядел в листочек, лежавший на столике перед консультантом, и увидел столбец цифр, рядом с ним — малопонятные слова.

— Записать разговор моей жены с сыщиком, естественно, не удалось, а запись своего разговора с представителем уголовного розыска я привез, — закончил Михаил Павлович.

— Чудесно, — усмехнулся Полозов. — Скажите, что вы знаете о приходившем к вашей жене милиционере? Сколько ему лет, какое звание, как выглядит?

— Ничего, — развел руками Котенев. — Я же там не присутствовал. О приходившем ко мне могу рассказать. Рослый, даже большой по всем параметрам мужчина. Бондарев Александр Алексеевич. Должности и звания не знаю. Но судя по одежде и обуви, человек среднего достатка.

— Да… — Александриди поставил на столик поднос, налил в чашки кофе. — Кстати, Михаил Павлович, — уже собравшись отнести посуду на кухню, неожиданно сказал Лука, — нам сообщили, что вы вышли из дома с чемоданом. Собрались уезжать? Куда, если не секрет?

«Они действительно следят за нами, — понял Котенев. — Иначе откуда ему знать про чемодан? Или видел в окно, когда я его перекладывал в багажник?»

Медленно поднявшись, он подошел к окну, вроде раздумывая над ответом. Взглянул на улицу через тюлевую занавеску — окна выходили на улицу и, судя по расположению дверей, окна других комнат и кухни тоже. Значит, около его дома действительно выставлена охрана, наблюдающая за квартирой? Не станет же Александриди торчать у окна лестничной площадки, ожидая приезда гостя?

— Я ушел от жены, — не оборачиваясь, глухо ответил Михаил Павлович.

— И где теперь намереваетесь жить?

— У знакомой, — обернулся Котенев. — Дать адрес?

— Не надо, — усмехнулся Александриди, — я думаю, вы достаточно постоянны в своих привязанностях. Есть телефон. Я вам звонил туда.

— Да, помню, — согласился Михаил Павлович, вспомнив, как впервые услышал голос Александриди, позвонившего по телефону Тани Ставич. Ушлые ребята.

— Как Лушин? — поинтересовался Полозов. — Держится? Молодец. Надо подумать, как его подпереть в этой ситуации: все-таки несчастье с женой. А Хомчик?

«Ну, о Рафаиле я тебе никакой информации не выдам, — усмехнулся Котенев. — Самому пригодится».

— Хомчик? — переспросил он. — Трясется. Его тоже охраняют?

— Несомненно, — с любезной улыбкой заверил Полозов.

— Вы уже отдыхали в этом году? — словно невзначай поинтересовался Лука.

— Еще нет, — ответил Котенев. — До отпуска ли было?

— Зря, надо отдохнуть, — веско сказал Полозов. — Сейчас самое разумное — исчезнуть на некоторое время, хотя бы под предлогом отпуска. Сможете быстро оформиться?

— Попробую, — пообещал Михаил Павлович.

— Поможем, — заверил Виктор Иванович, аккуратно складывая листочек с записями и пряча его в карман пиджака.

«Встреча близится к завершению, — понял Котенев. — Посмотрим, что предложат напоследок».

— Поедете с Лукой, — начальственным тоном распорядился Полозов. — Есть место, где можно хорошо отдохнуть. К тому же там будет обеспечена полная безопасность.

— Хорошо. — Котенев встал, поняв, что беседа закончена.

Александриди проводил его до дверей, ласково и успокаивающе поглаживая по плечу и всячески выражая участие.

Пожав его вялую ладонь, Котенев вышел из квартиры. Развернув во дворе машину, погнал по шоссе за город, настороженно поглядывая в зеркальце — не тянется ли кто за ним? Примерно через час пути он свернул с шоссе на проселок. Еще минут десять — пятнадцать — и он въехал на усадьбу старого деревенского дома — заколоченный, с давно заросшим лебедой и полынью огородом, он стоял на краю единственной улочки. Потрогав поржавевший замок на дверях, Михаил Павлович открыл его и вошел.

За порогом дома пахнуло сыростью давно не топленного помещения и пылью, мохнатым серым налетом покрывшей убогую обстановку. Отыскав огарок свечи, Михаил Павлович зажег его и открыл крышку подпола. Осторожно спустился вниз по ветхим ступенькам. Небрежно откинув в сторону всякий хлам, освободил угол земляного пола погреба. Скинув пиджак, он поплевал на ладони и начал копать. Через полчаса лопата заскрежетала по металлу. Встав на колени, Михаил Павлович разгреб руками землю и вынул небольшой железный ящичек с ручкой. Достав из кармана связку ключей выбрал один и вставил в замочную скважину ящичка, повернул и чуть приоткрыл стальную крышку — все на месте. Заперев ящичек, он отнес его к машине и бережно спрятал в «дипломат» с наборным замком…

Уже поздно ночью он позвонил в двери Ставич. Открыв, она ахнула:

— Господи! Ты не пьян ли? Весь в глине, в грязи!

— Потом, все потом, — отстраняя ее, пробормотал Котенев, внося в прихожую чемодан и тяжелый «дипломат». — Грязь — ерунда, отчистим. Главное, я к тебе перебираюсь насовсем…

* * *

Слушая запись разговора Бондарева с Котеневым, консультант фирмы Виктор Иванович потягивал сваренный Александриди кофе и морщился от неудовольствия. Сидевший напротив грек, заметив