Тульский детектив - Роман Елиава

больше ничего не оставалось. Но приказ есть приказ, его нужно было выполнять.

Ещё Трегубова волновал Канарейкин и его речи в связи с заявлением Столбова о террористах из Москвы. Не был ли он к ним как-то причастен или знаком? Конечно, он приехал не в марте, а сейчас, и жил не на съемной квартире, а в большом кирпичном доме отца с электричеством на Московской или, как её называли, Миллионной улице, где жили все богачи Тулы, и где пару лет назад даже проложили конную железную дорогу. Размышляя о своём друге детства, Иван доехал до первого магазина, со вздохом слез с лошади и привязал её.

– Добрый день, – приветствовал его молодой, примерно его же возраста, приказчик с открытым, доброжелательным лицом.

– Я здесь по долгу службы, – ответил ему Иван.

– А я было уже решил, что Вы охотник. Занятное у Вас ружьецо.

– А что в нём занятного? – спросил молодой урядник, который совсем не разбирался в охотничьем оружии.

– Как же, настоящий Ланкастер! Стоит не меньше пятисот рублей.

Иван по-новому посмотрел на предмет, который держал в руках и который стоил больше, чем он зарабатывал за два года.

– Что же такого в нём особенного? – удивился Трегубов.

– Это английское ружьё. Уже это делает его дороже, чем, например, аналоги, которые производятся у нас в Туле.

– Но ни это его отличает, верно? – догадался урядник.

– Да, конечно, не это. Ружьё, которое Вы держите в руках, имеет дульное отверстие специфической запатентованной формы – овальной. Так называемая овальная сверловка. Изначально была разработана для артиллерии, а потом перенесена на ружья.

– И что, это даёт какие-то преимущества охотнику?

– Не только охотнику. Во время войны карабины Ланкастера использовала английская армия.

– Крымской? – переспросил Иван.

– Да, Крымской. Превосходство в оружии во многом и предопределило результат тот войны. Такие ружья, как это, хоть и гладкоствольные, то есть, не имеют резьбы в дуле, обладают некоторыми свойствами нарезного оружия, поскольку пуля делает несколько оборотов в стволе и приобретает вращение в полёте.

– Какие же свойства это даёт? – заинтересовался Трегубов.

– Во-первых, можно стрелять и дробью, и пулей, поскольку ствол гладкий, во-вторых, ружьё имеет хорошую убойную силу и точность на короткой дистанции. То есть, можно не только на среднего зверя идти, но и на крупного, – видя недоумение на лице урядника, пояснил приказчик. – Конечно, у любой монеты есть обратная сторона.

– Какая же тут? – полюбопытствовал Иван.

– Как не трудно догадаться из моих слов, это низкая точность на дальних расстояниях. Дальше двухсот метров попасть из него во что бы то ни было очень сложно.

– А скажите, таких ружей много может быть в нашей губернии? – наконец перешёл к делу Трегубов.

– Не думаю. Ружьё дорогое и не универсальное, – ответил приказчик.

– Ага! Значит, количество покупателей патронов к ним тоже немного?

– Да, относительно немного. Да и сами патроны дорогие.

– А они отличаются от обычных? – спросил Иван.

– Да, сейчас покажу. – Приказчик достал ключ и открыл железный шкаф, похожий на сейф. Затем достал из него одну коробку и положил на витрину. – Смотрите.

Иван взял один патрон с круглым наконечником и повертел его. Он не понял, чем такой патрон отличается от других, но постарался запомнить размер и форму.

– Скажите, сколько у вас было продано коробок за последний месяц? – Спросил Трегубов, положив патрон в коробку.

– Ни одной, – ответил приказчик, убирая коробку в шкаф и снова запирая его.

– Как так? – удивился Иван.

– Я же говорил, ружьё дорогое, редкое, как и патроны. А ещё сейчас не сезон.

– Что значит «не сезон»?

– В нашей губернии, в отличие, например, от Новгородской или той же Нижегородской, на каждого зверя или птицу установлен сезон охоты, а также период, в который стрелять нельзя.

– И когда же он начинается, этот сезон?

– По-разному, – пожал плечами приказчик, – смотря на какую дичь любите ходить. Но в целом, большинство запретов на охоту установлены с весны до середины или конца июля.

– То есть, сейчас у вас мало покупают оружия и патронов к нему? – с появившейся надеждой в голосе спросил Иван.

– Увы, – ответил приказчик.

– Благодарю, – искренне сказал Иван приказчику.

– Я Вам помог?

– Не представляете как! До свидания, и хорошей торговли.

Окрыленный надеждой, Иван вскочил на коня и отправился в следующий магазин. Ему всё же удалось объехать все, что располагались в центральной части города, и о существовании которых он узнал. Если Иван и пропустил какой неизвестный магазин то, по его мнению, в неизвестных магазинах вряд ли продавались дорогие патроны для дорогих ружей. Вечером Трегубов, уставший, но довольный собой, вернулся в полицию, где застал Столбова, сидящего у себя в кабинете над кипой бумаг.

– А… Трегубов, – пристав отвлекся от чтения. – Проходите и садитесь, я сейчас закончу.

Иван подождал, пока пристав дочитает бумаги, соберет их и уложит в шкаф.

– Ну, что там с нашим делом? Рассказывайте.

– Вы были совершенно правы, Илья Петрович, ружье, действительно, дорогое, не меньше пятисот рублей стоит.

– Ничего себе!

– Да и пули к нему тоже дороже обычных, а ещё редко где продаются.

– Так, что ещё выяснили?

– Сейчас не сезон, и покупают меньше, чем обычно.

– И что, такие пули нигде не покупали? – разочаровано откинулся на спинку стула пристав.

– Покупали! В двух местах!

– Так, продолжайте, – глаза Столбова заинтересованно заблестели.

– Вернее, если быть точным в мелочах, то в первом случае непосредственно покупка не состоялась. Сначала я нашёл магазин, где хозяин поведал мне одну историю, но я думаю, что это не наш случай.

– Ну-ка, расскажите.

– Пришёл к нему неделю назад мальчишка, сказал, что играл с хозяйскими патронами и один потерял, что барин строгий и обязательно выпорет его, если узнает. Просил продать ему один патрон. Сказал, что у него есть деньги.

– И что хозяин?

– Тот ему ответил, что несовершеннолетним запрещено продавать оружие и патроны. Тогда мальчишка расплакался, и хозяину стало его жаль. Он подарил ему этот патрон.

– Что за мальчишка?

– Он не знает, никогда не видел. Я описал ему Петьку, но тот сказал, что мальчишка моложе, стриженный и с веснушками. Больше ничего не помнит. Раз это не Петька, то я не думаю, что это наш вариант. А вот второй случай очень даже интересный.

– Чем же?

– Тоже неделю назад коробку с такими патронами купил наш общий знакомый Александр Францевич.

– Так, – Столбов снова откинулся на спинку с довольным выражением лица. – Молодец, Иван! Это уже зацепка. Не факт, что наш подозреваемый – сам доктор, но теперь, думаю, мы нашли эти патроны. Не думаю, что это просто совпадение. Осталось только проследить путь