Дело одинокой канарейки - Дельвиг Полина Александровна

– Не убьют. В случае чего, говори, что все улики в надежном месте. Единственная просьба: когда начнут пытать – молчи.

Даша уставилась на него, выпучив глаза.

– Что значит пытать?

Физик, нехорошо кхекнув, постарался скрыть ухмылку.

– Не переживай, это касается нас всех. Пока мы можем хранить в тайне то, что удалось узнать, мы будем живы. Главное, пережить пытки.

Даша смерила его недобрым взглядом, словно пытаясь понять, шутит он или нет, но физик был абсолютно спокоен. Так и не придя ни к какому выводу, она тяжело вздохнула и согласилась:

– Ну ладно. Надо – значит надо. Но если я не вернусь через два часа, то...

– То ничего мы делать не будем, – спокойно докончил Леонид. – Потому что тебе в голову может прийти все, что угодно, и бегать из-за этого по милициям и моргам я не собираюсь.

– А если со мной и правда что-то случится?!

– Не случится, рыжие живучие, – рассмеялся физик.

– Ты обо мне прям как о кошке, – возмутилась Даша. – Я всего-навсего хрупкая слабая женщина.

– Ты женщина, которая может начать третью мировую войну, а потом долго удивляться, почему на улице так темно. Ладно, если не вернешься через сутки, так и быть – поеду тебя искать.

– Хорошо хоть через сутки... – пробормотала Даша. – Тление еще не успеет тронуть мои прекрасные черты...

– И помни, мы в тебя верим. – Леонид обнял ее за плечи и подтолкнул к выходу. – И вообще, тебе всего-навсего надо добыть еды, а не Алмазный фонд. В крайнем случае, попробуй украсть пару кур у соседей.

Глава 45

1

Физик подождал, пока звук отъезжающей машины растворится в шуме дождя, закрыл дверь и вернулся к своему гостю.

Иржи тем временем освоился окончательно. Развалившись на подушках, он пытался вполголоса подпевать компьютеру:

«I just call to say I love you...»

– Я тебя тоже люблю, – похлопал его по плечу Леонид, присаживаясь рядом. – Как себя чувствуешь?

– I don’t understand you, – помотал головой Иржи и пьяно улыбнулся, – my friend...*

– О’кей, – ответил физик, – давай попробуем на английском.

– Давай.

– Я отослал эту козу часа на полтора. Теперь мы с тобой можем поговорить спокойно.

Веки у чеха чуть дрогнули, но он улыбнулся еще шире и повторил:

– Давай.

Однако Леонид не спешил начинать разговор. Он теребил ремешок часов, о чем-то напряженно размышлял, периодически поднимал голову и смотрел на чеха, словно пытаясь задать ему какой-то очень важный вопрос.

– Насколько я понял, десять тысяч долларов для тебя большие деньги?

– О! Очень большие...

– Настолько большие, что ради них ты готов рисковать своей жизнью?

Самодовольная улыбка чеха начала постепенно таять.

– Что ты имеешь в виду?

Леонид продолжал теребить свои часы.

– Приехать одному в незнакомую страну и начать немедленно искать на свою задницу приключения... – Он пожал плечами. – Это, брат, храбрость нужна.

Иржи начал нервничать.

– Я же все объяснил, я, наоборот, пытался себя обезопасить...

– Ясно, ясно, – с готовностью закивал физик. – Даже сомневаться не стоит. Люди, которые до этого убивали при малейших признаках опасности, немедленно разомлеют, увидев такого прелестного малыша, как ты! У кого рука подымется!

Иржи молчал и совершенно трезвым взглядом смотрел своему собеседнику прямо в глаза.

– Я никак не могу понять – о чем ты говоришь?

Леонид приблизился к самому его лицу и тихо произнес:

– Это ей ты мог рассказывать сказки про злых заказчиков. Со мной этот номер у тебя не пройдет. Ты ведь приехал сюда искать деньги?

__________________

*Я тебя не понимаю, мой друг (англ.)

2

Стив Уандер на мажорной ноте закончил свое песенное признание в любви, и наступила тишина. Чех молчал и водил нижней челюстью, словно проверяя, все ли пломбы у него на месте. Пауза затягивалась.

– Ну? – Леонид угрожающе склонился к лицу юноши, оставляя тому минимальные возможности для маневра.

– Я не пойму, чего ты хочешь, – нервно дернул плечом Иржи, оказавшись зажатым между стеной и мощным корпусом хозяина.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Не понимаешь? А жаль... Я думал, мы договоримся, как взрослые люди, но раз ты не хочешь...

Иржи кинул взгляд из-под длинных ресниц. Физик недобро усмехнулся.

– Может, девушкам ты и нравишься. Но на меня можешь не моргать. Ты будешь со мной работать или нет?

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – упрямо повторил чех и добавил: – Я гражданин другого государства, меня будут искать.

– На кой черт, кому ты нужен! – коротко рассмеялся Леонид. Он протянул руку к карману рубашки Иржи и вытащил сложенный в несколько раз листок: – Что это?

– Это? – Глаза чеха забегали, но он постарался взять себя в руки. – Это вспомогательные записи. Когда переводил вам текст.

– Значит, говоришь, вспомогательные записи... – Физик покрутил листок и неожиданно быстро порвал его на мелкие кусочки. – Значит, тебе это уже больше не понадобится. – Он сдул с ладони клочки бумаги. – Ну что, будем продолжать в таком же духе?

Иржи молчал.

Леонид резко встал, прошелся по комнате, разминая уставшие ноги, и остановился посередине комнаты, скрестив руки на груди. Низкая лампа оказалась за спиной физика и не давала Иржи возможности видеть выражение его лица. Чех занервничал еще сильнее.

– Чего ты от меня хочешь? – повторил он, и голос его дрогнул.

– Я смотрю, ты еще больший придурок, чем показалось вначале, – презрительно произнес Леонид. – Какого черта послали именно тебя?

– Никто меня не посылал! – выкрикнул Иржи, перемещаясь на край кровати. Он шарил глазами по комнате, пытаясь найти что-нибудь тяжелое.

– Успокойся. – Физик понял его желание и присел перед ним на корточки. – Я тебя голыми руками разорву. Говори, что ты не перевел? То, что это были цифры, я понял. Что за цифры? – Он схватил юношу за воротник.

Но Иржи изловчился и с неожиданной силой ударил противника головой по носу. Леонид потерял равновесие и упал на спину. Чех вскочил и бросился к двери, но та оказалась закрыта.

Физик в два прыжка настиг замешкавшегося юношу. Швырнув его обратно на кровать, он подошел к столу и вытащил из ящика оружие.

– Ну что, будем строить из себя осла по имени Рэмбо? – зло спросил он, передергивая затвор. – Рассказывай, что за цифры?

– Коды, – мрачно буркнул Иржи.

– Не слышу!

– Это были коды банков!

Физик продолжал наседать.

– Зачем они тебе?

– У меня ключи...

– Ключи? – Леонид некоторое время переваривал полученную информацию, потом медленно спросил: – Надо понимать, от сейфов, где деньги лежат?

Чех незаметно перевел дыхание и отвел взгляд в сторону.

Леонид сунул пистолет за пояс.

– Видишь, как все здорово у нас с тобой получается: у меня коды банков и номера ячеек. У тебя ключи. Мы теперь с тобой богатые люди! Ну, так чего, будем ждать утра или поедем прямо сейчас?

– У меня с собой ключей нет. – Иржи откинул волосы назад. – Придется подождать до завтра.

– Что значит нет? – подозрительно прищурился Леонид. – Надеюсь, ты не собираешься начать по новой морочить мне голову?

– Они лежат в сумке, которую я оставил у... у человека, к которому меня поселила пани Даша.

Леонид присел рядом и тихо переспросил, глядя ему прямо в глаза:

– Ты хочешь меня убедить в том, что доверил ключи от банковских сейфов абсолютно незнакомому человеку?

Чех растирал ушибленную руку.

– Разумеется, я не собирался этого делать. Так получилось... Пан Димитрий... У него неожиданно вернулась жена. Ночью. И я не знаю почему, но она вдруг начала страшно ругаться и бить его, а потом хотела убить меня... Я выскочил в окно и убежал. Успел только схватить рубашку. Слава Богу, там лежали мои документы... А кошелек с ключами остался в джинсах.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Значит, ключи сейчас находятся у того человека? К которому тебя поселила Дашка?