Фальшивый золотой ключик - Дарья Александровна Калинина

обзвонил, никого не пожалел, всех на уши поставил. Мать Тани тоже со своей стороны обзвонила тех, чьи телефоны я не знал. Нигде Тани нету.

– А она не могла…

– Что?

– Ну… Не могла она просто спрятаться?

– От меня?

– Вы с ней не ссорились, нет? А то женщины это могут. Когда моя мама на отца пару раз обижалась, то она к моей бабушке, своей матери, уезжала. Спряталась у нее, а матери не велела об этом говорить. Мой отец к теще приехал, а моя бабуля давай ему врать почем зря. Не знаю, мол, где доченька. Охала и ахала, вполне натурально пугалась и переживала, где же ее любимая дочь и куда делась. До того в роль вошла, что ей даже сердце прихватило. Хотя мама все это время в соседней комнате сидела, и бабушка об этом прекрасно знала.

Саша рассказал эту сокровенную историю из жизни своей семьи и тут же пожалел об этом, с таким осуждением покачал головой его приятель.

– Нет, на Таню это совсем не похоже. Такие фокусы не в ее духе. Она вполне разумный человек.

А Сашина мама, значит, дура набитая. Так надо было понимать слова Сани. Но Саша не стал обижаться. В конце концов, человек имеет право на свое мнение. Но про себя Саша отметил, что, действуя из лучших побуждений, частенько можно здорово сесть в лужу.

– Да и не ссорились мы с Таней. Это с мамой моей они вчера немножко из-за Афродиты поссорились. Но это у них обычное дело. Ни одной встречи Тани с матерью еще не обходилось, чтобы Таня не наговорила бы матери каких-нибудь дерзостей, а та не объяснила бы Тане, что так вести себя в приличной семье не следует.

– Значит, Таня и твоя мать не ладили?

– Это Таня не ладила. А мама… Мама была ангел! Она всех была готова учить жизни! Но Таня никак не хотела понять, что мама желает ей лишь добра. Вечно на маму фыркала.

Если отношения свекрови с невесткой были таковы, как описывал их Саня, то вдвойне странно, что Таня в такой момент взяла и куда-то спряталась. Напротив, она должна была бы теперь вовсю торжествовать победу над ненавистной врагиней, долгие годы отравлявшей ей жизнь и теперь исчезнувшей из поля зрения. Пришел и на улицу Тани праздник. Отныне ее свекровь упокоится с миром на кладбище, а ценный трофей – Саня целиком и полностью достанется выжившей победительнице.

Сашу унес поток его мыслей, и он не сразу сумел вынырнуть из глубокого омута. Поэтому предыдущего вступления он не слышал, а очнулся в тот миг, когда приятель произнес:

– Ты, я слышал, мастак на такого рода дела.

– Какие еще дела и какого это рода?

– Искать пропавших людей.

– Но я…

– Помоги мне! Найди Таню!

– Обратись в полицию. Это их работа.

– Ходил! – обреченно махнул рукой Саня. – Они и слушать меня не хотят. Говорят, что надо подождать. Может, она еще сама вернется.

– Правильно, в принципе, говорят.

– Нет, я чувствую, что с ней что-то неладно. Таня никогда не позволила бы себе так пропасть. В такой момент оставить меня одного! Мама умерла! Валя до сих пор в реанимации. Таня же понимает, в каком я состоянии. Понимает, что я нуждаюсь в ней. Мне даже кажется…

Но тут Саня осекся. Огляделся вокруг себя, словно боялся, что его может кто-то подслушать. А потом, поманив Сашу за собой, отошел в сторону.

И уже там, понизив голос, произнес:

– Мне кажется, что все эти случаи могут быть связаны между собой!

– Какие?

– Смерть мамы – это не просто несчастный случай. Кто-то целенаправленно подсунул этот альбрукатин, который и свел ее в могилу. Она от него задохнулась. Убийца знал, что лекарство произведет на нее такое действие. Фактически он дал маме яд. Совершил убийство! Наверное, нас с братом тоже планировали устранить, но мы оказались покрепче или аллергия у нас оказалась не такой сильной.

– А Таня? Она тоже рисковала быть отравленной.

– Таня-то тут с какого боку? – возмутился Саня. – Она не из нашей семьи.

– Не из вашей?

– Я имею в виду, что она не приходится нам кровной родней. На нее лекарство не могло оказать воздействия. Она же не аллергик. И вот поэтому ее решили извести как-то иначе. Боюсь, что Таня в опасности. Или она вовсе мертва.

– Ты подожди паниковать раньше времени. Таня найдется. Брат выздоровеет так же, как и ты.

– А мама?..

– Маму уже не вернешь. Но все мы смертны. Возможно, ее смерть стала результатом несчастного случая.

– Я в такое не верю!

Откровенно говоря, Саше тоже не верилось. Но он совершенно не представлял, с какого боку взяться за это дело. Даже если предположить, что кто-то взялся извести семью Тяпкиных – Егоровых, то кто этот человек?

– Может, у вас есть какие-то враги?

– Следователь, который расследует смерть мамы, меня тоже об этом спрашивал. Он приходил ко мне в реанимацию. Я смог припомнить лишь одного человека, который мог желать маме зла.

– И кто это был?

– Таня.

Саша едва удержал свою нижнюю челюсть на месте.

– Но ты же не думаешь, что твоя жена прикончила твою мать, а потом на всякий случай решила избавиться и от тебя с братом?

– Она могла не подумать, что мама заставит и нас проглотить эти таблетки. А потом было уже поздно. Таня не могла вмешаться, не могла остановить меня. Не говоря уж о том, что одного Валю она охотно бы спровадила следом за мамой.

Саша посмотрел на приятеля. Он это говорит всерьез?

– Неужели ты думаешь, что, кроме Тани, уж и некому было пожелать твоей маме зла?

– Мама была ангел.

Саша встречался с этой дамой всего пару раз в жизни, но за короткое время сумел понять, что кем-кем, а уж ангелом покойница точно не была. Напротив, Саше казалось, что дама была персоной, которая способна и святого вывести из себя.

– Да, светлый ангел. Всем помогала.

– Помогала?

Помимо воли в голосе у Саши прозвучало сомнение.

– Она всегда знала, как нужно поступить. И учила этому людей.

– И они были благодарны ей за науку?

– Мама желала всем исключительно добра. Но люди этого не понимали.

Саша слушал и понимал, что желающих устранить эту даму – благодетельницу, любительницу поучить всех вокруг жизни – могло быть страшно много. Но вопрос в том, у кого хватило духу привести свои замыслы в исполнение? Надо было искать какого-то вполне конкретного персонажа, который сумел подобраться к своей жертве на достаточно близкое расстояние,