Зарисовки - Константин Степанович Собко

Давайте, давайте! Не нужно толпиться и ощупывать спинки кресел. Слепотой вы не страдаете, это мне известно. Не пытайтесь меня разжалобить. Сели, я сказал! Вот так! Расшаркиваться сегодня перед вами не стану — не то настроение. Не услышите вы ни «Здравствуйте, уважаемые дамы и господа», ни «Присаживайтесь, будьте любезны», ни «Пейте и закусывайте на здоровье».

Услышав последнюю фразу грозного начальника, забившиеся в угол синие водяные лукаво усмехнулись, посмотрев под стол на заранее принесённый баллон с мутной жидкостью.

— Почему не услышите? — продолжил Главный. — Потому, что вчера меня вызвали на ковёр на самый верх и устроили Содом и Гоморру. И вовсе не потому, что я развёлся с вышедшей в тирах женой и теперь провожу время с молодой одалиской, сбежавшей из гарема. Не во мне причина, а в вас, «великие мастера своего дела»! Именно в вас! Что из этого следует? Поскольку всем известно, что за каждым выстрелом неминуемо следует отдача… Поняли? Хорошо. Раздам я сегодня всем сёстрам по серьгам! Однозначно раздам! И не радуйтесь, Сирена Аполлоновна, Сирена Гермесовна и Сирена Урановна! Эти серьги не имеют ничего общего ни с дорогими ювелирными украшениями, ни с дешёвыми побрякушками. В этом вы сегодня убедитесь.

Главный громко откашлялся и продолжил:

— Итак! Сначала обратим наши взоры в заоблачные выси! Кто там у нас сияет? Там у нас сияет некто Зевакин. Встаньте, Зевакин, чтобы все вас увидели! Все видят этого Зевса? Вроде бы солидный мужик…

— Почему «вроде бы солидный»? — произнёс импозантный Зевс. — Я уже не спрашиваю, с какой стати «мужик»?

— С такой! Вам, Зевс, руководство вручило все мыслимые и немыслимые новинки военной техники плюс прекрасную жену Геру в придачу. Вам было предложено трудиться на благо мифологической истории. Вы подписали контракт и воссели в дорогостоящее фиговое кресло. И что?

— Ну, и что? — буркнул Зевс.

— А то! Что вы устроили в живописных отрогах Олимпа? Культ личности! Вертеп!

— Произнесу известную в народе фразу типа притчи: «Заставь дураков богу молиться, они, усердствуя, лбы расшибут»… Я тут при чём?

— При том! Не увиливайте от ответственности, Зевс! Нам всё известно! Древние греки написали мифологическую анонимку, перечислив все ваши причуды — превращения плюс походы налево и направо. А мы, да будет вам известно, в латыни немного кумекаем — соображаем. Просто ужасаешься, когда читаешь древнее народное эпическое творчество! С чего это вас понесло? Не так уж и давно, когда ваша мама привела вас в наше уважаемое общество «Боги предков», выглядели вы более чем скромным, и даже отдалённо не походили ни на факира, ни на джинна. А тут вдруг фокусы посыпались как из рога изобилия. Вы то в быка изволите превратиться, то в гуся-лебедя, то в красноглазого породистого кролика. Кому нужен этот зоопарк?

— Понятно, что мне нужен, — хмурясь, ответил Зевс.

— А нам не нужен! У нас и в хляби небесной, и на тверди земной, и в морской пучине полно проблем! Но, будьте уверены, мы везде поспеем и всё выправим. И с вашим подсобным хозяйством запросто разберёмся! Если, конечно, этот вопрос по-прежнему будет оставаться актуальным, то есть не выпадет из повестки дня.

— Чего?

— Того! Вы запросто можете в ближайшее время получить травму не совместимую с жизнью.

— С какой это стати я должен получить травму?

— С такой! У богов тоже есть нервы, которые иногда лопаются! Многоуважаемая Гера ещё не била вас по голове чем-нибудь тяжёлым?

— Нет. А что со мной может случиться? Я всё время ношу противоударный венец. Даже ночью его не снимаю.

— Вы заблуждаетесь! Во-первых, известно ли вам, что любой предмет в руках рассерженной Геры — убойное оружие? Во-вторых, даже не надейтесь, что венец вас убережёт, так как он выполняет зрелищную функцию, которая не имеет ничего общего с защитной. Венец — знак принадлежности к элите, только и всего. Кстати, весь инвентарь принадлежит нам, и мы требуем…

— Я понял.

— Он, видите ли, понял! То есть, до вас дошло, что это там — внизу, в солнечных долинах Древней Греции вы состоите на особом учёте как несокрушимый сумасброд, а здесь — в административном здании нашего уважаемого общества вы всего лишь выдвиженец? Мы, однажды выдвинув вас на ответственный пост, так же запросто можем вас задвинуть. Поняли? В мгновение ока заберём у вас и жену, и венец, и громоразрядник, и канете вы в Лету.

— Это ещё куда?

— Туда! Отправим вас на пенсию без подарков! Не дождётесь ни песочных часов, ни дубликата божественного венца, ни горящей путёвки в Эдем-Эдем.

— Не хотелось бы… Я и вдруг без дубликата шикарного венца — это конкретно стрёмно…

— Ишь, ему, видите ли, не хотелось бы! Ну-ну! Тогда поднимайте свой моральный облик до высот нищенствующих монахов — пустынников. Кстати, нужно будет выяснить в отделе «Адские ухищрения», кого из этих монахов вы подвергали соблазнам. Сидеть в пещере без копейки за душой — это нормально. А если устроить короткий проливной золотой дождь? Кто останется в пещере? Ладно, разберёмся… Короче, Зевс, учтите, что желающих вооружиться сверхмощным громоразрядником и вдобавок заполучить в жёны красавицу и мать-героиню Геру у нас… вот сколько…

Главный стал разматывать потрёпанный манускрипт, исписанный фамилиями очередников и пестрящий кляксами. Зевс успел прочесть пару отпущенных в его адрес язвительных эпиграмм, написанных молодыми богами — стажёрами.

— Понятно? — спросил Главный. — Это только первые три метра. Дальше нужно разматывать? Это ещё метров тридцать.

— Не нужно, — хмурясь, ответил Зевс. — Всё понятно.

— Что, что? Я не расслышал! Громче!

— Венец — бракованная азиатская фигня! Молодых коллег нужно либо обходить стороной, либо как можно чаще отправлять в длительные командировки в Заполярье пересчитывать популяцию белых медведей! Впредь никаких корпоративных посиделок! Вакхический фестиваль — один раз в год с разрешения начальства! Жене сегодня же куплю букет цветов! Превращаться в домашний скот нельзя!

— В дикий скот тоже.

— Да, хорошо! Согласен! Я понял абсолютно всё!

— То-то же! Учтите и будьте скромнее. Садитесь. Кстати, почему не пришла Гера? Где она?

— Не знаю. Наверно, присматривает в супермаркете убойное оружие типа кочерги.

— Осознали? Будьте бдительны! А теперь давайте погрузимся в бездну морскую и обратим внимание на некоего Капелькина. Где вы? Так, вижу. Встаньте, встаньте, Капелькин! Или вас якорь придавил?

— Не придавил, — ответил тот, вставая.

— Это, видите ли, наш Посейдон! Всем знакомо его обросшее мидиями лицо? И что благого за последнее время вы сделали, некто Капелькин? Мы выделили вам несколько тёплых морей и заливов с разнообразной живностью, в то время как масса очередников довольствуется распределением в отдалённые бесперспективные холодные