Татьяна Луганцева - Суженый-ряженый олигарх

Ознакомительный фрагмент

– Вы так говорите, словно расстроились, что это не было готовящимся терактом, – хмыкнул следователь.

– Мне очень неловко…

– Еще бы! Теперь вам, гражданка Ларская, грозит обвинение за незаконное проникновение на объект и распитие на его территории спиртных напитков, за порчу имущества на крупную сумму и нанесение легкого вреда здоровью. В совокупности вам светит до пяти лет… Если не были судимы, при хорошем адвокате, может быть, получите условно, но от штрафа не открутитесь, – сурово произнес следователь и захлопнул папку. – Поправляйтесь.

Глафира только сейчас заметила, что меценат несколько прихрамывает.

Посетители вышли, а она с головой забралась под одеяло, словно таким способом можно было спрятаться от всего мира. Такой позор Глаша испытывала первый раз в жизни.

Глава 5

На улице собиралась гроза. Удушливый воздух стоял без движения, а небо потемнело, и природа замерла в ожидании ненастья. Этакое томительное и неизбежное ожидание, как у беременной женщины при схватках, когда она уже должна разродиться…

Глафира сидела на своей кухне в тянучках и поношенной футболке серого цвета. Вместе с ней за столом сидели ее подруга Настя и Гена Столяров. Приехали они к ней вместе, привезли пакеты с продуктами и букет цветов, а сейчас пытались хоть как-то расшевелить ее. Гена, впервые оказавшись в квартире бывшей однокурсницы, чувствовал себя очень неуютно – бизнесмен, живший в шикарной квартире, даже испугался «хрущевки» Глаши.

– Так тесно… – вырвалось у него непроизвольно.

– Что ты говоришь! – толкнула его локтем Настя. – Зато в Москве! Откуда у Глаши большие деньги? И вообще это начальный этап. Она здесь обоснуется, а потом улучшит жилье.

– Я бы мог помочь финансами, но тогда придется стать моей любовницей, – хитро улыбнулся Гена и тут же получил подзатыльник от Насти.

– Глафира, ты не падай духом! Твои друзья, то есть мы, с тобой! Мы что-нибудь придумаем! – подбодрила та подругу.

– Аминь, – беспристрастно ответила Глаша, выглядевшая свечкой без фитиля по степени излучаемой энергии и оптимизма.

Но потом она взяла себя в руки – все-таки пришли гости. И стала готовить овощной салат на скорую руку.

Гена оставил женщин одних и, пока они хлопотали на кухне, открыл три бутылки шампанского. Стол они решили накрыть в комнате, так как кухня была уж слишком маленькой.

– Гена, ну зачем ты открыл три бутылки сразу-то?! – воскликнула Настя. – Вот, оставь мужика одного…

– А ты не оставляй, – подмигнул ей Гена. – Нас трое, бутылок три… Чего такого? Сама мне все уши прожужжала, что этому дому не хватает праздников. Мол, откроешь шампанское, и наступит веселье.

– Но не три же сразу! Пузырьки улетучатся!

– Пузырьки, если шампанское хорошее, до трех часов могут идти, – заступилась за мужчину Глафира.

– Вот видишь! – Гена не сводил свои слегка замаслившиеся глаза с Насти.

Женщины выставили на стол тарелки с нарезанными сыром и ветчиной, бутербродами с икрой, овощной салат, купленный в магазине салат из морепродуктов, оливки, хлеб.

– Вкуснотища! – потер руки Гена и разлил шампанское. – За нас!

– Чин-чин!

– Как же мне все это надоело! – заговорила Настя, закусывая. – Я имею в виду допросы у следователя. Я ведь тогда вообще ничего не видела. Ты, Глаша, ушла, а через какое-то время – крики… Двое мужчин, ты с пробитой головой, милиция… Ужас! Забрали нашу бутылку вина как вещественное доказательство, взяли отпечатки пальцев. Хорошо, что все закончилось! Давайте за это выпьем.

– Давайте…

Они снова выпили, и Гена с разрешения женщин закурил. Глаша тоже вытащила сигарету и закурила.

– Ты куришь?.. – У Насти даже глаза округлились.

– Да так, балуюсь, только сейчас… Вызвал тут меня следователь… Сообщил, что мне крупно повезло, что штраф в сто тысяч и срок в два-три года мне уже не грозит. Потому что пострадавший, Алексей Валерьевич Петров, спонсор строительства, не собирается обвинять меня в нападении, а прибор, испорченный мной, сам купит новый. Он же миллионер, а с меня что взять… Вычитать по тысяче из моего пособия по безработице? А им прибор нужен… В общем, благодаря меценату я вышла из этой истории чистенькой. Какой позор! А ведь я-то хотела как лучше…

Настя погладила подругу по плечу.

– Так чего ты такая расстроенная? Прекрасная новость! Все хорошо, что хорошо кончается. Здорово, что мы избежали судебной ответственности. Где бы сейчас взять такие деньжищи?

– Да, здорово… – вяло согласилась Глафира, – только…

– Что?

– Тот же мужчина запретил мне не только работать в медицинском центре, но даже приближаться к нему…

– Какой мужчина? – не поняла Настя.

– Меценат всего строительства Алексей Валерьевич Петров, будь он неладен, – пояснила Глаша.

– Как – запретил? Да как он мог! Кто он такой, чтобы творить такое?! Возомнил из себя… – возмутилась Настя. – Ты же самая лучшая кандидатура!

– Это ты так считаешь, а Петров думает по-другому. Что я неадекватна и злоупотребляю спиртным. Наливай, Гена! К тому же он не хочет видеть наших людей у себя в центре. А он там главный…

– Да, – вступил в разговор Столяров, – Алексей – серьезный человек…

– Ты с ним знаком? – спросила Настя.

– Конечно. Я же тоже участвую в проекте – оборудование буду поставлять. Я сам напрямую на него вышел и потом очень радовался тому, что смог выиграть тендер на такой крупный заказ!

– И как он? – спросила Настя.

– Ну я его в основном по работе знаю, но только с хорошей стороны. Очень деловой человек. Алексею Валерьевичу тридцать восемь лет, два высших образования – компьютерные технологии и экономическое. Преподавал в Америке, затем занялся бизнесом. Какие-то программы по защите банковских вкладов и еще много чего. Стал очень богатым, но неизвестен широкому кругу людей, потому что не посещает светские тусовки, не засвечен ни в каких обществах, на модных курортах… Алексей ведет довольно замкнутый образ жизни, общается только с друзьями и партнерами по бизнесу. Умен и знает свое дело. Пунктуален – не опаздывает, не подводит.

– А в личной жизни? Что он вообще за человек? Есть ли у него слабые стороны? – допытывалась Настя.

– Я же говорю, мне мало что известно. Был женат, жена умерла лет восемь назад от рака груди. И вот после этого целью Алексея стало зарабатывание денег и вложение огромных средств в современную медицину, в развитие новых технологий, чтобы диагностировать заболевания на ранних стадиях. У него дочь пятнадцати лет, учится в Америке. Алексей – видный жених, недостатка женского внимания не испытывает. Какое-то время назад у него был бурный роман с известной актрисой, сейчас вроде тоже какая-то девушка есть… Но я не понимаю, для чего вам эта информация?

– Гена, помоги нам! – схватила его за руку Анастасия. – Если ты к нему вхож, замолви слово за Глашу. Расскажи, что она за человек и какой прекрасный специалист, объясни, что все произошедшее – нелепость, что Глаша не пьет. Она должна работать в новом центре.

Геннадий захлопал ресницами.

– Девочки, я, конечно, к вам хорошо отношусь, к тому же сам и сорвал с места Глашу, перетащил ее сюда специально для работы в центре, но помочь сейчас ничем не смогу. Там серьезные люди, и я с такой глупостью к ним не полезу. В бизнесе ведь каждый за себя, извините…

– Гена, ты удивляешь меня! Заступиться за друга – для тебя глупость? – возмутилась Анастасия.

– Я не могу рисковать заказом. Вдруг сам останусь без этой работы? И вообще, мы не виделись много лет, какие мы друзья? Мне грустно, что так получилось, но…

Одним словом, повел себя Геннадий не очень по-джентльменски. После такого его заявления настроение у присутствующих дам, понятно, резко ухудшилось, и гость быстренько ретировался, поняв, что ему здесь больше ничего не светит.

– Ты только не переживай, что тебе пришлось продать квартиру и переехать в Москву, – начала успокаивать подругу Настя.

– Я не переживаю. Что сделано – то сделано. Все равно я там работать по специальности уже не могла, а переквалифицироваться на другую специальность я и здесь смогу, – ответила Глафира, которая сейчас чувствовала себя этаким стойким оловянным солдатиком.

– Мы не будем сдаваться! Столяров не захотел нам помочь, так мы сами разыщем того типчика, мецената.

– Не надо, Настя…

– Надо! Нам нужна всего одна встреча с ним. Мы ему все объясним, и он поймет. Нельзя отступать!

– А если нет?

– Откуда такая неуверенность? Ты же хирург, у тебя же должны быть стальные нервы! Мы толково ему объясним, покажем твои рекомендации. Да и, судя по всему, Петров человек не злой, если решил все-таки тебя не засуживать. Богачи бывают очень вредные: у самого миллионы, для него купить новый прибор взамен испорченного – все равно что буханку хлеба, но он копейки не потратит, а последнее выжмет из другого… Алексей же Валерьевич спокойно согласился приобрести прибор за свой счет. Думаю, он поймет… Да и тебя увидит трезвой, – неуверенно сфокусировала свой взгляд на подруге Анастасия.