Таинственный рыцарь и грустная курица - Андрей Николаевич Усольцев

потом ты женишься на мне, и мы уедем с тобой в Англию!

— Ни за что! Лучше я перед ЗАГСом съем свой паспорт. Уж лучше пусть я навсегда останусь девушкой с низкой социальной ответственностью. Но жениться на тебе я не желаю и в Англию ехать тоже не хочу.

Сказал это полковник Пронин и плюнул в лицо врагу.

— На, бери! Превращай меня в бабу и запомни, вражина. Всех мужиков не переделаешь. Нас много. И они ещё тебе отомстят за меня. Никто на тебе не женится, и умрёшь ты вековухой… И ещё разденут кобельеры, тебя, возбудят, а сношать не станут, и будешь ты тогда мучиться от сексуального возбуждения и умрёшь нетраханной.

Вот так лежала Катька на кровати и мечтала, но постепенно сознание у ней замутилось, а глаза стали закрываться. Она так и не нашлась, что ответить полковнику. Наконец дыхание её стало ровным, всё тело ослабело, и она уснула. Вот такие нехорошие мысли возникают иногда в голове у женщин… не у всех конечно, а только у тех, кто Родину не любит.

Как снимают кино. Правда искусства

Уважаемые читатели и «нечитатели», но тоже уважаемые. Дорогие мои любители чистого искусства, пива и доступных женщин, давайте с вами поговорим о высоком — о любви, о кино и о вреде абортов.

Итак, помните, чем закончилась предыдущая глава?

Катька Иванова беспокойно спит на своей кровати, ворочаясь и пукая во сне. Шпионка не просто спит, она видит тревожные сны. Видимо, совесть её мучает. Во сне она отдаётся полковнику Пронину в извращённой форме и незаметно выведывает у него ключ к шифру, а затем убивает его. Женщины во сне всегда убивают своих бывших, чтобы их любимые мужчины больше никому не достались и чтобы никто из соперниц не смог больше воспользоваться их мужским достоинством.

А полковник Пронин в это время сидит у себя в квартире в мягком кресле, перед зажжённым камином, слушает цыганские романсы о несчастной любви и читает очень неприличный роман писателя Андрея Усольцева. Вы интересуетесь, какой роман?.. Это без разницы, у писателя все романы неприличные.

Он (полковник Пронин) влюбился в Катьку Иванову с первого раза и теперь, сидя у камина, наслаждался этим состоянием влюблённости. Ему хотелось плакать, петь, целовать колени возлюбленной и особенно ему хотелось убить её… в общем, он испытывал всё то, что чувствуют люди, когда они влюблены. Полковник знал, что для контрразведчика влюблённость приравнивается к провалу и ведёт его к предательству.

Он, конечно, мог в течение десяти минут разлюбить любую, даже самую красивую девушку. Этому его обучили в Высшей школе КГБ на занятиях по психологии любовных отношений, но пока он решил не делать этого.

Я чуть позже, господа читатели и красивые читательницы, раскрою вам этот секрет полковника, да и другие «тайны Мадридского двора». То есть прочту вам несколько лекций по искусству любви из учебной программы Высшей школы КГБ: «Как разлюбить парня, если он оказался козлом по жизни», «Как выйти замуж даже если вам не предлагают», «Как поиметь любого мужчину, даже женатого»!

А пока давайте поговорим с вами о возвышенном, то есть о том, кто создаёт кино, как снимают это высокое и важное для воспитания нового человека искусство. И разберем это на примерах. Итак, помните я вам говорил, что писателю дали эпизод в сериале «Великолепная пятёрка». Съёмки проходили на Чёрной речке, именно здесь в тысяча восемьсот тридцать седьмом году преступник и убийца Жорж де Геккерн (Дантес) смертельно ранил солнце русской поэзии Александра Сергеевича Пушкина. Ну это я так, к слову вспомнил.

В общем, дворник идёт по берегу реки и натыкается на труп обнажённой изнасилованной и истерзанной девушки. Он вынимает из кармана телефон и говорит: «Алло… Полиция!..». И всё, эпизод закончен. Чего уж проще это сыграть. А снять эту ерунду — это вообще, как два пальца об асфальт.

И ещё, господа, для вас риторический вопрос: «Кто пишет сценарии? Кто снимает кино? И кто снимается в кино?..». Молодцы, угадали, — это делают Гении. Простому человеку сие занятие недоступно, никаких мозгов не хватит. Гении наоборот, проявляют при съёмках исключительную интеллектуальную способность, творческую продуктивность, универсальность и оригинальность. Например, в кино, на съёмочной площадке работают одни гении, — от режиссёра до золотаря (кроме актёров массовых сцен). Обычно во время съёмок никто из съёмочной группы не знает сценария (даже режиссёр), но все знают, как надо снимать кино и как должен играть актёр.

Итак, писатель в одежде дворника стоит на начальной точке. Звучит команда толстого гения (это, по-видимому, главный режиссёр), — Мотор! Камера! Сразу после команды выскочила девушка-хлопушка: «Кадр семнадцать, дубль один». — Начали!.. Дворник пошёл. Через несколько секунд раздаётся команда «Стоп». Толстый гений кричит дворнику: «Какого х** ты еле двигаешься, ты на работу опаздываешь. Быстрее иди».

Кстати, хочу сказать, гениальные режиссёры отличаются от посредственных тем, что гении всегда ругаются матом… им мат ещё во время учёбы во ВГИКе и на всех режиссёрских курсах преподают. Наверное, главный предмет во всех учебных заведениях. Тот, кто лучше ругается, тот и талантливее снимает.

Итак. Дубль два. Писатель быстро двигается, внезапно замечает труп, испуганно останавливается, делает шаг назад, достаёт телефон и говорит: «Алло. Полиция!».

«У меня было, — говорит толстый гений, — а у тебя?».

Откуда-то как чёрт из табакерки выскакивает худой гений в очках. По-видимому, оператор. Делает умное лицо и говорит: «Нет, мне не достает. У дворника взгляд должен быть не просто испуганный, а удивлённо испуганный. Мне нужна главная деталь, — взгляд дворника».

Появляется тощая девица, страшная, как старуха-процентщица у Достоевского… Догадались… девица тоже гений. По-видимому, она второй режиссёр. Итак, страшная, но очень гениальная женщина тоже вносит свои поправки: «Дворник должен сказать не просто: алло полиция? А Алло — это полиция? Слово Это, — очень важная деталь для понимания зрителем происходящего момента».

Толстый гений в знак согласия покачал головой: «Да, надо переиграть».

Итак, на пятисекундный ничего не значащий эпизод было десять дублей и сорок пять минут зря потраченного драгоценного съёмочного времени.

Дворник, он же писатель, решил