Таинственный рыцарь и грустная курица - Андрей Николаевич Усольцев

пьяных девиц за попы и целуют вываливающееся из их запазух груди.

Ну, заметили киноляп?.. Молодцы!.. Бродяги пьют не из ковшиков и не из кружек, и даже не из стеклянных стоп, а из гранёных стаканов.

Ещё со времён Петра I стаканы выдували, а если гранили их, то вручную, и это был другой вид огранки. Но гранёный стакан, день рождения которого мы отмечаем одиннадцатого сентября — это граненый стакан советского времени. Его даже не выдувают, его прессуют, и его грани появляются прессованным способом сразу же. И конечно же, во времена Шаляпина его (советского гранёного стакана) быть не могло. С таким же успехом художник-постановщик и реквизиторы могли бы использовать пластмассовые стаканчики.

Ну ладно, Бог с ним, этим с этим гранёным стаканом. Полковник пришёл на съёмки для решения более важной проблемы. Он должен был разобраться в причинах того, почему у нас ставят такие неинтересные фильмы, а иногда ещё с пид*растическим уклоном. Как продюсеры используют финансы, выделенные государством для поднятия интереса народа к этому важнейшему из искусств. Не обижают ли бригадиры актёров второго плана, как кормят, сколько платят?

А пока он (полковник Пронин) стоял на съёмочной площадке и ковырял в носу. Ему дали роль рыночного нищего придурка, то есть блаженного. Рядом с ним стоял писатель и мочился на двухсотлитровую бочку с соленой селёдкой, он играл клошару, бомжа. Недалеко от них двугорбый верблюд жевал свою нескончаемую жвачку и время от времени плевал в их сторону. Иван Яковлевич бил смертным боем своего сына и будущую знаменитость певца Фёдора Шаляпина. Операторы снимали всё это «безобразие», а режиссёр Егор Анашкин кричал: «Стоп… Снято!».

В перерыве к сильно помолодевшему и похорошевшему за последнее время полковнику подошла актриса второго плана Катерина Иванова и предложила тому интим у себя дома сразу после съёмок.

Господа моралисты, поборники нравственности и идеологи платонической любви, перестаньте возмущаться… такова жизнь. «Се ля ви», — как говорят французы. И не думайте, что все актрисы второго плана слабы на передок. Нет! Они с мужчинами «ни-ни», не моги и даже не мечтай! Никому не дадут… Ну, если только иногда дадут тому, кто уж очень их попросит. И то только по доброте душевной, по жалости и не больше трёх раз. А потом прекрасные и строгие актрисы второго плана опять с мужчинами строгими становятся. Никакого секса, только дружба!

Конечно, полковник согласился поиметь Катерину Иванову и «не корысти ради, а токмо приказу вышестоящего мя начальства», и для выяснения особенностей съёмочного процесса среди девушек.

Что было между ними, и вообще было ли что, об этом история умалчивает. Тем более неизвестно, как у них всё было. Но с того самого дня, вернее, ночи они полюбили друг друга страстно и очень заметно для окружающих.

Действительно, господа, любовь — это несчастный случай — это болезнь. И не надо ничего доказывать… Посмотрите на влюблённых. Они становятся слепыми и глухими и ничего не замечают, вокруг только объект обожания. Лица влюблённых женщин становятся нетерпеливыми и ждущими чего-то. Такие же лица у них бывают, когда они стоят в очереди в общественный туалет и ножками сучат, перебирают и горестно вздыхают.

А влюблённые мужчины для доказательства своей любви в честь своих любимых делают разные глупости. Но они-то думают, что совершают подвиги. Например, хитро*опый (ой, простите) хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский боролся с ветряными мельницами и все свои подвиги посвящал своей даме Дульсинее Тобосской. Он, как и все особи мужского пола, был влюблён, а значит глуп, как пробка из-под шампанского. А вот еще пример большой любви и глупости. «Утырок» Павленский, который считает себя художником, прибил свои гонады (яйца) к брусчатке на Красной площади. И этот факт известен далеко за пределами России. Он сделал это из-за большой любви к своему сексуальному партнёру и из-за любви к наркотикам.

А актёр и ведущий Максим, не помню, как его фамилия, из-за своей любви к лицам преклонного возраста даже страну покинул и свою морщинистую возлюбленную бабушку Аллу вывез, спасая её от «нехорошего» Президента.

Вот такая она, любовь-морковь.

Четвёртый сон Ферапонта Анемподистовича

Прежде чем приступить к дальнейшему изложению событий, хочу предупредить своих читателей, что я не ручаюсь за точность того, что произошло дальше и вообще — было ли это всё в действительности. Даже если это явление и было, то с моими ли героями оно случилось, этого я не знаю.

В Москве — некультурной столице — на Лубянскую площадь (это главная площадь нашей страны) со стороны Мясницкой улицы выехал чёрный воронок. Он остановился у парадного входа. Из автобуса, заложив руки за спину, склонив голову и гремя кандалами вышли арестованные. Это были те самые люди, которых с такой помпой задержали в культурной столице Санкт-Петербурге спецназовцы управления «А». Это были шпионы, бандиты, валютные проститутки, совершенно голые и их не совсем одетые клиенты, то есть мужчины в пиджаках и галстуках-бабочках на голое тело. Их сопровождал оркестр, который играл бравурный марш. Конвой провел заключённых через парадный вход в основное здание. Дневальный в генеральской форме отдал им честь, и они скрылись в бесконечных коридорах этого массивного и мрачного здания.

Да… вот написал я начало этой главы и знаете, кожей почувствовал, как на меня москвичи обиделись. Ну, во-первых, в нашей стране главная это Красная площадь, а не Лубянская. Во-вторых, почему это Москва не культурная столица?

Ну что же, давайте разбираться. Для людей, которых арестовали и посадили в Лубянскую тюрьму, навсегда главной площадью в жизни будет Лубянская. Думаю, по первому вопросу возражений не будет…

Второе, если в нашей стране Санкт-Петербург культурная столица, значит, все остальные столицы некультурные… Логично?.. Логично!

Вот, например, Москва и Санкт-Петербург — это столицы, значит деревни Большие и Малые Говнюки — не столицы. И они не обижаются, что они не столицы. И вы «дорогие мои москвичи» тоже не обижайтесь, когда вас называют некультурными, то есть тёмными и дремучими. Помните, как у Есенина: «Золотая дремотная Азия, опочила на куполах».

Ну вот, опять я отвлёкся.

В общем, завели заключенных в здание ФСБ, и всё. Только