Убийство со вкусом трюфелей - Юлия Владиславовна Евдокимова

Поезд тронулся, а Саша огляделась и забеспокоилась. Вместо станции здесь стоял лишь небольшой павильончик, напоминающий автобусную остановку с той самой вывеской, которая и напугала девушку. Все дело в том, что Саша не представляла, что это за «Понтедера — Сан Кашано», где кроме стеклянного павильона остановки никаких признаков жилья не наблюдалось, и куда завез ее поезд, она не понимала. Хотя бы знать, на какой поезд она села, но Саша на вокзале была полностью уверена, что он идет до Сиены.

Вокруг, насколько в пелене дождя можно было что-то разглядеть, не было видно ни дорог, ни населенных пунктов, хорошо, хоть на павильончике висело расписание, и обратный поезд на Эмполи должен был подойти через десять минут.

Надеясь, что он не опоздает, потому что ожидание на ветру в окружении мокрого камыша не радовало, Саша рассчитывала еще и на то, что в такую погоду в местных поездах контролеров точно не будет, и она сможет безбилетным пассажиром вернуться в Эмполи, который проехала полчаса назад. Ведь ни кассы, ни автомата по продаже билетов на закрытой станции не наблюдалось.

Ей повезло. И поезд пришел вовремя, и контролеры за все время обратного пути не появились, и она наконец-то выдохнула, выбравшись из поезда на знакомой станции Эмполи.

Пересчитав наличность в кошельке, девушка все же отправилась на стоянку такси, ей хотелось поскорее доехать до места, которое всегда считала вторым домом, нигде на свете ей не было так хорошо.

А вот виды за окном такси оптимизма не внушали: все те же унылые голые холмы с темными мокрыми кипарисами. Но вот уже показались знакомые дома, и улочки потянулись вверх, и у высокой арки в старой крепостной стене машина остановилась.

Саша на мгновение замерла у ворот.

Еще шаг — и она окажется в городе своей мечты, в самом любимом месте на земле, которое лечит теплом и добром все печали и разочарования, даже несмотря на холодный осенний дождь. Как она могла не приезжать сюда целых два года!

— Здравствуй, я вернулась, — сказала она Кастельмонте, Замку — на — Горе, и вошла в ворота.

* * *

Чемодан подпрыгивал на старинных булыжниках и плюхался в собравшиеся вокруг камней лужицы. Улицы были пусты, закрыты ресторанчики, у мокрых стен не сидели старички на своих стульчиках, и даже стульчики куда-то спрятались. Мокли пожухшие цветы в кадках вокруг старого колодца, сложены зонтики соседнего ресторанчика. Город казался покинутым и пустым.

Саша впервые в жизни допустила крамольную мысль: а может, приезд был ошибкой? Может быть, нельзя повторить то, что было так прекрасно, хотя в прошлый раз чуть не окончилось для нее гибелью.

Всего в нескольких километрах отсюда было поле, по которому она бежала от убийцы, вот здесь, у стены, закрытой сейчас энотеки, они сидели с подругами, слушая музыку, в ожидании своего подозреваемого.

Вон там — розовый домик Симоны, уехавшей вместе с мужем — карабинером в Рим, куда перевели его по работе, а вон там — закрытые двери кулинарной школы Джованны, отправившейся в отпуск в теплые края. Надо же умудриться приехать, когда подруг по расследованию дома не оказалось! Конечно, она знала об этом заранее, но в другое время в отпуск бы не выбралась, что уж теперь жаловаться. Даже ресторан Антонии, где они познакомились с Лукой, был закрыт, прекрасная синьора тоже отправилась в теплые края.

Этот город никогда ее не подводил, но слишком холодным, безлюдным выглядел он сейчас.

А впереди виднелись двери замка, чей фасад уже не был увит зеленым плющом, поздней осенью он словно проволокой был опутан голыми ветками с редкими бордовыми листьями. Не журчал фонтан в саду, не суетился народ.

Саша осторожно потянула на себя тяжелые двери, уже ожидая, что они не отворятся, но двери открылись, и она втянула чемодан в пустой холл, где так же не наблюдалось признаков жизни.

Саша остановилась, огляделась, и крикнула в гулкую пустоту темного холла и не менее темных пустых залов, угадывающихся дальше за дверями:

— Есть кто-нибудь? C’e qualcuno?

Ей ответила тишина, и девушка запаниковала, но тут в тишине послышались неторопливые шаги и в холл вышел хозяин замка.

Саша радостно бросилась к нему навстречу, обняла, но сразу почувствовала неловкость.

Граф смущенно попятился. И тут Саша заметила и толстый свитер, и намотанный в несколько слоев шарф, и холод, гуляющий по холлу замка.

Роберто правильно понял ее взгляд.

— Мы же закрыты в ноябре, персонал отпущен на каникулы, теперь ресторан откроется только на рождественский вечер и новогоднюю ночь, а потом в конце марта. Да и то с праздниками я не уверен. Знаешь, что они придумали? В Рождество и новогоднюю ночь наш фуникулер из нижнего города будет работать до семи вечера. Как тебе это нравится? — он пожал плечами, — какой-то идиот в мэрии придумал. Люди же пешком придут в ресторан на праздник, и как прикажете выбираться?

Он спохватился и отнял у Саши чемодан.

— Пошли, я натопил в твоей комнате.

Хозяин замка легко поднял чемодан по лестнице на второй этаж, толкнул дверь, и Саша наконец-то оказалась среди тепла и уюта хорошо натопленной комнаты с огромной кроватью с традиционной Мадонной у изголовья.

Ставни были открыты, но окно плотно затворено, все равно в пелене дождя нижний город с высоты не было видно.

— Все нормально? — спросил граф, поправив очки. — Ты устала с дороги, отдыхай. Кстати, мы тебя потеряли, Фиона собиралась уже звонить в полицию.

— Я опять села не на тот поезд… Уехала на какую-то незнакомую станцию. Ее и станцией не назовешь, еле выбралась обратно в Эмполи, а оттуда на такси.

— А позвонить не догадалась, — без упрека, просто констатируя факт, сказал граф.

Саша вспомнила лето, прогулку по холмам с незнакомцем, подозреваемым их дамской компанией в убийстве. Вспомнила, как машина Роберто догнала их в тот вечер: волнуясь за нее, граф бросился на помощь. А сейчас даже не позвонил, когда она так сильно задержалась, все изменилось всего за несколько лет… То, что Саша из двоих мужчин сама вроде как выбрала Луку, она не вспомнила, почему-то было очень обидно остаться одной в теплой уютной комнате, когда за окном непогода, а за дверью — холодный пустой замок.

Тут раздался стук в дверь, и Роберто, извинившись, заглянул в комнату:

— Permesso? Если ты не сильно устала, и нет других планов, можно через полчаса пообедать. Все закрыто из-за непогоды, народ по домам сидит, но я договорился в траттории по соседству.

Только тут