Убийство на аперитив - Юлия Владиславовна Евдокимова

Девушка решила, что теперь самое время сваливать и побыстрее. Она снова попала в глупое положение и если не сбежать, то все станет еще хуже.

Но тут раздался вопль, дверь распахнулась и женщина, вопя, выбежала во двор:

– Убииилиииии!!!! Полицияяяя!!! Помогитееее!!!

Садовник скинул перчатки, достал телефон и набрал номер, жестом показывая Саше:

– Стой на месте.

Да уж, не бежать же теперь. Вот это вляпалась…

***

Машина карабинеров появилась довольно быстро, девушка понадеялась, что деревня относится административно к провинции Равенна, вот только боялась представить, что она услышит от Никколо.

Но сначала ей пришлось давать показания.

Саша честно рассказала, зачем явилась. Показала паспорт. Нет, она не заходила в дом и со времени праздника синьора Торрепадулу не видела.

А вот на вопрос, по какому адресу она проживает в Италии, девушка запнулась и не смогла ответить. Из отеля она выписалась, адреса в Равенне не знала.

– Можно я сделаю один звонок?

– Вы не знаете, где живете? – саркастически ухмыльнулся карабинер. – Сделайте при мне.

– Саша набрала номер Никколо.

– Я занят, перезвоню.

– Никколо! Это срочно! Меня, по-моему, хотят арестовать.

– Не понял. Что хотят? Арестовать? За что?

– По-видимому за убийство. И Саша истерически хихикнула.

– Ты где?

– Я сейчас передам трубку, тебе объяснят.

Карабинер пожал плечами, сначала отказываясь взять трубку, потом снисходительно сказал:

– Pronto? – И тут же вытянулся, словно начальство могло его видеть:

– Commandi!

Никколо явился лично, примерно через час. В форме. С водителем также в военной форме за рулем.

Саша уже представляла себе, как он будет орать, опыт с тосканским комиссаром имелся, но в отличии от Луки полковник лишь сделал вид, что не замечает ее виноватых взглядов и скомандовал:

– В машину. И даже не высовывайся.

Саша быстренько юркнула на заднее сиденье машины и затихла.

Ждать пришлось долго, полковник общался с карабинерами и экспертами, поговорил с medico legale. Кроме врача все в поле видимости девушки, отдавали честь и вытягивались в струнку и несмотря на стресс она даже возгордилась близкими отношениями с Никколо.

Только вот что он скажет, когда вернется в машину!

Полковник не сказал ничего только скомандовал водителю:

– На базу.

Они отъехали от виллы и карабинер наконец-то соизволил повернуться к Саше:

– Ты вещи собрала? Они в отеле?

– Да, – пискнула Саша, – я выписалась из отеля, вещи там пока остались.

– Bene. – И уже водителю: – Карло, оставишь нас на обед в Фаэнце, заберешь вещи синьорины, перекусишь, и через час заедешь за нами.

Не все потеряно – подумала Саша. В Равенну ее вроде еще берут. Да и покормить собираются, хотя у итальянцев, еда прежде всего, и лишь потом решение проблем.

За годы поездок в Италию она заметила одну забавную вещь: итальянец никогда не поверит, что ты чем-то возмущена, или недовольна, если ты разговариваешь спокойно. Есть проблема – ты должна орать, тогда все нормально, ты действительно возмущена. Поэтому спокойствие Никколо ее слегка смущало.

Машина, продвигаясь по улицам Фаэнцы по указаниям полковника, остановилась у небольшой остерии.

Не успели они зайти в небольшой зал, где на стеллажах стройными рядами стояли бутылки вина, как навстречу сразу вышел пожилой синьор в клетчатой рубашке, фартуке, и почему-то в шляпе.

В одной руке у него был бокал, в другой салфетка, раскрыв объятия так, чтобы не испачкать Никколо, синьор радостно приветствовал карабинера:

– Colonello! Che piacere! – и с поклоном повернулся к Саше: – Signora!

И тут же замахал руками:

– Я сам, я сам, не надо вам никакого меню!

На столе появилась тарелка с сырами, затем тарелка с артишоками на гриле, еще одна с анчоусами. Ломти белого хлеба последовали за крохотной тарелочкой с каким-то интересным соусом, поставленной перед Сашей:

– Попробуйте, синьора, вам понравится!

Саша осторожно ткнула вилкой, попробовала, закивала головой одобрительно. Хозяин остерии гордо сообщил, что это тонкие ломтики утиной грудки в мостарде – фруктовой горчице, которую лично он делает из местных перцев, овощную, а не фруктовую, в этом блюде она взбита до пены.

Когда принесли рыбу, запеченную в местных травах, Саша понадеялась, что вкусная еда улучшит настроение Никколо, до сих пор они ели молча, словно были незнакомы друг с другом.

Она влила в себя залпом бокал нереально прекрасного Треббьяно, выдохнула и решилась:

– Никколо, я хотела, как лучше. Я думала, что смогу убедить его не печатать отзыв об Энцо, он не заслуживает такого отношения! Как я могла знать, что там… что там его труп.

Карабинер вздохнул:

– Учитывая, что на твоем пути обязательно случается что-то в таком роде могла бы предположить. Но ты ж загорелась идеей и понеслась, тем более, насколько я помню, критик показался тебе весьма интересным мужчиной.

Ох, черт! – прикусила язык Саша и тут же стала горячо убеждать полковника, что это не имеет никакого отношения к делу. Он же тоже оценивает красивых женщин! А в данном случае импозантная внешность досталась полному… вот да, говнюку. Он не просто stronzo, он stronzo grandissimo!

– Меня не подозревают? Я же даже не заходила в дом и видела синьора Торрепадулу вместе со всеми, на празднике!

– Нет, тебя не подозревают.

– А Энцо? Энцо был последним, кого обидел Торрепадула, ну, или мы не знаем, кого еще одновременно с ним.

– Мы как раз сейчас проверяем Энцо, где был, кто может это подтвердить. Как ты понимаешь, это обязательная процедура. Убить критика ты точно не могла, он был убит вчера вечером, а у тебя твердое алиби.

– Какое? – не сообразила Саша, но тут же поняла и улыбнулась – прошлый вечер они с Никколо провели совсем в другом месте, в парке возле старой рокки за приятным ужином.

– Посмотрим, что выяснится в отношении Энцо. Но я не думаю, что винодел имеет к этому отношение.

– Почему?

– Дело в том, что… ну, я даже не знаю, как с тобой разговаривать, если ты на пустом месте умудряешься вляпаться в историю.

– Расскажи! Куда я вляпаюсь, я ж теперь под твоим присмотром!

– Судя по способу убийства, один и тот же человек совершил еще два преступления.

Две недели назад был убит известный флорентийский аристократ, а неделю назад – владелец дорого ресторана в Равенне. Все трое, включая нашего критика, были жестоко забиты тяжелым предметом.

Видимо все три убийства будут объединены в одно дело, это решится сегодня вечером. Ты пока обживайся, и, если сможешь, купи что-то к ужину. Боюсь, у меня не будет сил идти в ресторан и вернусь я поздно.

Глава 5.

Саша повернула