Царица роз и три папы - Янина Корбут

его в полный рост. Про таких папа № 2 говорил «грудь моряка – попа старика».

– Хэллоу! – обрадовался он. – Марик, иди сюда! Будем знакомиться с гостями.

Следом за Шреком в комнату бочком просочился мелкий глистообразный Марик. Оба глазели на нас, как на рождественский подарок, который сами же себе и подарили. Это здорово раздражало. Итак, настала пора вскрывать карты.

Я приняла гордый вид, насколько это позволяли пижама и тапочки. И только собралась сказать что-то язвительное, чтобы уделать пухляка, как вмешался приятель.

– Где тут туалет? – завопил Славик и обвел всех безумным взглядом. Если честно, он слегка переигрывал, но пусть знают наших.

Мелкий опасливо отскочил и указал на дверь из белого дерева. Она располагалась почти возле выхода, потому я ее поначалу не заметила.

Славик, утробно зарычав, метнулся туда и демонстративно громко хлопнул дверью. Я сложила руки на груди и недовольно взирала на наших похитителей.

– Где наша собака?

– Не волнуйтесь, с песиком все хорошо. Она пришла в себя. Наша горничная ее покормила.

– Вы хоть знаете, что сделает с вами бабушка, если Розочка пропадет? Розочка! – громко позвала я псину, игнорируя недовольные взгляды Шрека.

Я еще раз окликнула собаку и, к своей радости, услышала ее звонкий лай, потом стук коготков по ступенькам. Розочка влетела в комнату и с разбегу прыгнула мне на руки. Наличие живой и накормленной собаки внушало мысль, что с нами собираются обращаться бережно.

– А теперь извольте объясниться. Где мы? – тут же обратилась я к похитителям, заметив, что Шрек, как завороженный, уставился на Розу.

– Мы в Греции, – развел руками мелкий, словно все эти километры пустяки, дело житейское.

– Как это понимать? Я в Грецию не собиралась.

– Считайте, вы – наши гости.

– И в гости не собиралась. Когда я смогу покинуть сию обитель?

– Боюсь, нам придется немного подержать вас взаперти. Чем вам плохо? Отдыхайте, загорайте.

– Но как вы нас сюда доставили? У меня нет визы! И вообще, кто будет платить штраф за нарушение карантина?

– Ээээ…

– А еще от вашего снотворного у меня интоксикация, мне срочно нужен активированный уголь.

Мелкий захихикал, толстяк покраснел и сжал кулаки. Никакого самообладания у человека. И еще в бандиты пошел!

А я добавила:

– К тому же я в одних тапочках и пижаме. В чем я буду ходить на вашем, с позволения сказать, отдыхе?

– Ну, это мелочи… Мы все решим, – кашлянул мелкий. – Какой у вас размер? Сорок четвертый?

Я зыркнула на него так, что тот сразу же стушевался и забормотал:

– Э… Я не то хотел… В общем, сколько вам принести таблеток угля?

– Пять, – с достоинством парировала я.

– Так, понял, сорок второй, – засуетился мелкий и что-то пометил у себя в телефоне.

– Одежда, это, конечно, хорошо. Но я бы хотела связаться с миром, с родными.

– Боюсь, нам придется немного ограничить вас в общении и подержать взаперти.

– Сидите и не рыпайтесь, – прогавкал Шрек, но я упорно его игнорировала, обращаясь только к мелкому.

В этот момент из туалета выскочил Славик. Повторив маневр Розочки, одним прыжком он ухнул на диван, приняв позу Кинг-Конга на крыше небоскреба. Только что не бил себя в грудь кулаком.

– Он малость не в себе, – деликатно пояснила я мелкому и Шреку.

– Пошли прочь, – пролаял Славик. – У меня собака! Она на чужих бросается. Рвет зубами сухожилия.

И тут Славик, видимо, желая продемонстрировать похитителям дикий нрав Розы, схватил псину и взъерошил ей шерсть. А еще слегка дернул за хвост. Хвост был слабым местом Розы, и она чертовски разозлилась. Вырвалась из рук Славика, бешено вращая глазами, и громко залаяла. И в довесок ко всему принялась носиться по комнате, сметая на своем пути напольные вазы и торшер.

Я осталась сидеть с открытым ртом: взбешенная Роза оказалась такой устрашающей, что даже я слегка струсила. А мелкий со Шреком? Толкая друг друга, они буквально скатились вниз по лестнице. Откуда-то снизу донеслось:

– Ну, знаете! Это переходит всякие границы!

– Науськать на нас бешеную шавку! – вторил мелкому Шрек. – Вы еще пожалеете!

– А чего вы такие нежные? Подумаешь, песик, – громко укорила я их, подойдя к двери.

Мелкий уже боязливо поднимался по ступенькам вверх, оправившись от первичного шока. Он попытался придать себе разухабистый вид: мол, и не такие шали рвали.

– Моего товарища в детстве собака покусала, у человека, можно сказать, травма, стресс, – уже более спокойно добавил он. – А вы на больное давите.

– Славик, Роза, фу. Сидеть, – скомандовала я и выложила мелкому придуманную мной историю Славика. – Он как дитя. Но лучше не приближаться, когда у него в руке вилка. Ну, вы поняли, да?

Мелкий с едва заметным ужасом на лице кивнул. Но, кажется, ничего не понял.

– Вы очень хорошо говорите по-русски. Где вы учились? – Вежливо начала я, понимая, что лучше постараться наладить контакт с хозяевами дома.

– Я сам из Таллина. Наши люди везде, – неожиданно подмигнул он мне. А я не понимала: радоваться этому или горевать. И решила остаться нейтральной:

– Наши люди на самолете в булочную не летают. В смысле – в Грецию.

– А я хоть и наш, но суперагент, – хихикнул мелкий. – И вы должны нам помочь с одним секретным делом, о котором весьма осведомлены.

– Дяденька, а вы точно секретный агент? Я читал, они должны знать минимум восемь языков, – заканючил Славик.

На что мелкий, не лишенный тщеславия, выдал целый пассаж разнообразных фраз. Я распознала французский, немецкий, польский, английский. Остальные языки были мне не знакомы. Словом, впечатление мелкий произвел.

Тут Славик, возлежавший на кровати с Розой под боком, заметил в воздухе какую-то муху. Резко охладев к спецагентам, он завопил:

– Да вы хоть понимаете, что перед выездом в жаркие страны надо сделать прививки? Я перед прошлой Турцией с мамой семь разных вшпандорил, чуть печень не отказала. Зато защита! А теперь… Притянули меня сюда беззащитного перед ковидом, мухой цеце и прочим гнусом.

– А он подкован… – шепнул мне мелкий.

– Бывают озарения. Но чаще всего мычит и смотрит в стену.

– Я, пожалуй, скажу, чтобы накрыли на стол, – заспешил мелкий вниз, увидев, как Славик пытается поймать муху ртом. – Спускайтесь к завтраку минут через пятнадцать. Там и поговорим.

Когда дверь за ним закрылась, я быстренько пересказала Славику то, что узнала от мелкого.

– Уверена, они считают нас носителями какой-то ценной информации. Неужели мамулины бредни про Миния и наше родство кого-то так впечатлили? Не могут же они быть такими идиотами, чтобы всерьез верить в сокровища?

– Выходит, мы даже сами не знаем, что мы знаем, – вздохнул приятель.

– Они же