Скелет в расцвете лет - Янина Олеговна Корбут

с грибами выставляешь, на следующий день тоже что-то пиши. А то, знаешь, нехорошие мысли…

– От нехороших мыслей нужно избавляться. Это негатив. О, точно! Напомни мне найти в лесу осину.

– Зачем? Осиновый кол самому себе всадить будет проблематично. Если что, зови.

– Дурында. Мне нужно полено! Учитель, – а Славик уже давно называл моего папу № 3 именно так, – сказал, что осиновое полено под кроватью способно снимать негатив и улучшать сон. А у меня последнее время с этим проблемы.

Я хотела сказать, что Славик и проблемы – это вообще слова-синонимы, но временно воздержалась от комментариев: приехал наш юрист.

На окраину города мы отправились на машине Славика, добрались ближе к шести. Оставили его «Мини Купер» возле дороги, как обычно делают все грибники, и побрели в чащу. Я порадовалась, что возила в машине теплую жилетку, которую натянула поверх пальто. Несмотря на холод, листва еще крепко держалась на ветках, в осеннем лесу было торжественно и красиво. Славик нервничал, что все грибы соберут раньше нас, оттого жутко торопил меня и ворчал:

– Шевели ногами. Комары достали! Когда они уже перемрут? Ведь ноябрь начался… Ой, слышишь, кукушечка? О чем поет?

– Конечно, слышу. А ты знаешь старинное поверье? Это комары, которых ты проклинал, твою кровь ей на анализ оттарабанили. Теперь она сообщает, сколько тебе еще эту землю топтать.

– Тьфу на тебя! Гляди-ка, а что это за след? – сделал вдруг стойку приятель, приглядываясь к сырой земле.

– Какой-то дикий зверь, – пожала я плечами и поежилась. – Какая огромная лапа!

– Евпатий Коловрат… Опыт подсказывает, что огромная лапа почти всегда сопровождается огромной пастью, – пробормотал Славик, прижимая к себе корзиночку, и почему-то боязливо посмотрел по сторонам. – Давай-ка мы сменим траекторию движения, чтобы нам с этой лапой не пересечься.

Я молча следовала за Славиком, он же бормотал себе под нос отвратные стихи. Не иначе – собственного сочинения:

– Люди летают в космос, просторы миров бороздят. А заплутавших в лесочке тупо медведи едят…

Под эти ужасные сочинения мы прошли уже прилично, а вожделенной полянки все не попадалось.

– Ну и где твоя райская обитель? Похоже, ты просто хотел набрать грибов, но боялся идти в лес один. У меня такое ощущение, что мы заблудились.

– Да ладно, сейчас будет. Ну чем тебе тут не нравится? Свежий воздух, спортивная ходьба.

– Есть хочу. Я, конечно, на диете, но жевать мох неохота.

Я уже жалела, что вообще поперлась в этот лес. Да еще и не прихватила ни кофе, ни бутербродов.

– Представляешь, папа № 3 как раз в этом лесу мох недавно ел! – весело хрюкнул Славик, расковыривая палкой какой-то бугорок.

– Может, это щавель был? – машинально переспросила я, поглядывая по сторонам в поисках хоть какой-то крохотной дикой яблоньки.

– Нет, это папа был! – упорствовал Славик, а я вдруг переспросила:

– Когда это ты с папой в этом лесу прогуливался?

Тут же приятель испуганно заморгал. Видимо, понял, что проговорился, и я почему-то насторожилась. Когда Славик и отцы объединялись за моей спиной, ни к чему хорошему это обычно не приводило.

Славик поспешно присел, делая вид, что заметил какой-то замшелый гриб, но меня терзали смутные сомнения.

– И все-таки: что у вас за тайны? Зачем папа ел траву? Обряды древних шаманов?

– Ну, у нас тут было одно дельце. Плутали мы тут, вот прямо как сейчас, только ночью. С пути сбились. И Учитель в темноте мох искал, север определить. А чтобы убедиться, что это точно мох, он его попробовал. И больше ничего не спрашивай. Ты не обижайся, но папа № 2 меня убьет, если я проговорюсь.

– Так тут еще и второй отец нарисовался? А первый в курсе?

При этом вопросе лицо Славика стало белым от ужаса. Он всегда легко возбуждался. Теперь приятель напоминал ту подмерзшую поганку, что я недавно пнула ногой в досаде, поначалу приняв за сыроежку.

От нечего делать я принялась анализировать полученную информацию:

– Значит, вы тут собирались мужской компанией, ели мох и секретничали, при этом первый отец об этом знать не должен? Ну-ну, это попахивает каким-то грязным дельцем.

– Мамуля так и говорила: главное, чтобы Дарина не прознала, вмиг выведет на чистую воду, – заныл вконец деморализованный моей дедукцией Славик.

– И мамуля с вами?

Славик вздохнул и кивком подтвердил: именно так и было.

– Ну, знаете… Опять ваши эти штучки! Вы тут что, коллективно с меня снимали венец безбрачия? Или ты мне сейчас же рассказываешь, что вы затеяли, или я ухожу.

– Куда? – удивился Славик, потому как идти куда-то в темнеющий лес одной – перспектива та еще.

– Да хоть куда! – разозлилась я и демонстративно зашагала в другую сторону. Туда, где обитали большая лапа и большая пасть.

– Дарина, иди к машине, – не выдержав, позвал меня Славик, – ты хоть дорогу назад знаешь?

– А ты тут вообще хоть какую-то дорогу видишь? – засмеялась я, намеренно ускоряясь.

Конечно, ожидала, что Славка начнет звать меня назад, но он только причитал, что я режу его без ножа. Заткнув уши, я громко запела про лесного оленя, который мог бы умчать меня куда-то вдаль. Чего ему стоит?

Когда я отошла уже на приличное расстояние, распугав пением всех больших лап в округе, то поняла, что мой шантаж не сработал. И решила не заниматься ерундой, а включить навигатор и топать к машине. И вдруг обнаружила, что связь здесь не ловит. А еще батарейка, как обычно, была на исходе.

Я развернулась и кинулась назад. Через пять минут я уже не сомневалась: не туда я иду. Сосны стояли сплошной стеной, а сама дорога становилась все уже. И шума трассы совсем не было слышно. Я решила не дурить и воззвала к Славику, тем более стало стремительно темнеть. Голос прозвучал гулко и тревожно, никто не отозвался.

На обратном пути мне вдруг попалась какая-то причудливая коряга, а я поняла, что до этого она мне не попадалась. Минут через пять, кажется, я вышла на знакомую полянку, но тут дорога расходилась уже в две стороны. Я несколько раз неуверенно позвала Славика и прислушалась. Теплилась робкая надежда уловить звук машин и понять, в какой стороне шоссе. Но ответом мне была тишина. Почему-то мне стало не по себе, словно лес таил в себе скрытую угрозу.

Теперь я все время оглядывалась, будто ожидала, что вот-вот со мной произойдет что-то жуткое. Наверное, разговоры Славика про дикого зверя ввели меня в панику. Вспомнив про этого засранца, я разозлилась и немного отвлеклась на мысли о неминуемой каре, которая его настигнет. Но и страх не прошел бесследно.

В какую