Павел Ганжа - Холодное блюдо

– Что за уроды?!- таксист глянул боковое зеркало и выругался. Справедливости ради, прилично, без употребления ненормативной лексики.- Кто им права только выдает?!

Наташа оглянулась.

В сотне метрах позади них, стремительно сокращая расстояние, несся здоровенный серебристый джип с тонированными стеклами. Несся по крайнему левому ряду, периодически обгоняя попутные автомобили и используя для данного маневра встречную полосу.

Девушка равнодушно пожала плечами и вернула голову в исходное положение:

– Гаишники выдают, как и всем.

Водитель в снова употребил свой – вероятно, коронный – саркастический возглас филина:

– Угу! Только кому-то их после обучения и экзаменов вручают, кому-то дарят, а кто-то покупает. Эти, – кивок через левое плечо,- однозначно, купили. Хозяева жизни, мать их так…

Наташа ничего не успела ответить.

Раздался режущий ухо пронзительный визг тормозов. Водитель дернул головой, помянул способ совокупления, на сей раз нецензурно, и рванул баранку вправо. Машину болтнуло, полоснул по нервам страшный скрежет, и перед глазами возник багажник какой-то иномарки. Наташа от ужаса замерла, сжалась в комочек и прикрыла голову руками. Она почувствовала основательный удар, в грудь уколола раскаленная игла…

Затем все померкло.

В павильоне за углом свежего холодного пива не оказалось, и поскольку пить теплое и давнишнее Кривой наотрез отказался, пришлось ехать до ближайшего супермаркета.

Пока Никитин бегал за "Паулайнером" и "Балтикой", Чалдон пересел за руль. Не надо быть пророком, чтобы догадаться – уже через пару часов Кривой накилдырится до посинения. Достигнет такого блаженного состояния, что ему до лампады станут и девочка Наташа, и ценные указания Велика, и лично Велик, и сотрудники ГИБДД, и знаки дорожного движения. В какой-то момент, непременно возжелает прокатиться, воображая себя – есть у него пунктик – Михаэлем Шумахером и Аленом Простом в одном флаконе. И штурвал добровольно не уступит, его оттуда нужно будет выковыривать краном. Иначе говоря – с применением физической силы. Чего доброго, за перо схватится.

Осложнений Чалдон не хотел, жизнь ему тоже еще не осточертела, а предусмотрительная рокировка в авто должна помочь избежать серьезных проблем. По крайней мере, в первый попавшийся столб не врежутся.

Кривой затарился под завязку. Пакет, ощетинившийся стеклянными горлышками покруче, чем революционная баррикада – трехлинейками, он едва дотащил до машины, прижимая драгоценный груз к животу (за ручки ухватиться не мог – сразу бы оторвались).

– Ты неделю бухать собрался? – Чалдон оторопело уставился на сюрреалистическую композицию из стеклянных конусов, которую Кривой водрузил на заднее сиденье.

– Как раз до ночи хватит.

– Хватит, чтобы в кусты постоянно бегать,- возмутился Чалдон, но протянутую бутылку – запотевшую, с пенящимся у горлышка янтарным напитком – взял. В горле действительно пересохло.

Пока ехали до "наблюдательного пункта" Чалдон свою тару опустошил, а Кривой успел прикончить две бутылки и блаженно растекся по кожаному ложу автомобиля.

– Твою мать!!!- Чалдон резко затормозил и развернулся.

– Что?! Что? Ты куда?!- подпрыгнул Никитин.

– Ты видел, кто сейчас навстречу в тачке проехал?!

– Не…

– Девка гребаная, твою мать…

– В рот-компот, давай за ней!

– А я что, по-твоему, делаю?!

– Ладно-ладно…погнали, – примирительно поднял руки Кривой.

Когда джип выскочил с дворовой территории и замер перед бетонной рекой со снующими по ней многочисленными транспортными средствами, машина с "объектом" уже скрылась из виду.

– Где она?…- задал глупейший вопрос и растерянно замотал головой Никитин.

– В Караганде!- не в рифму, но в тему ответил Чалдон. – Я не больше твоего вижу…

– Куда свернула-то?

– А я знаю?!

– Она на какой хоть тачке?

– Ты, вообще, куда смотрел, штурман?…- Чалдон несколькими хлесткими эпитетами обрисовал качества "штурмана" и его зрительные способности.- Обычное такси. Желтая волга с синими кубиками.

– А номер?…

– Ухи поел?! Когда бы я успел номер запомнить. Я и девку-то еле заметил, уже когда проехали, зацепил – фейс знакомый.

– Вот в рот-компот, ситуёвина! Тут же этих такси, как блох на собачьей жопе!- от огорчения Кривой даже пиво пить прекратил. Не до пива, когда собственная шкура в опасности – Велик ее махом снимет. В прямом смысле слова. И еще солью на мясо посыплет.

И верно, такси во множестве сновали по дороге. Через один-другой автомобиль взгляд непременно натыкался на сочно-желтую мыльницу. И в большинстве своем это были именно "Волги". Казалась, вся дорога заполнена желтыми мыльницами. Немудрено, улица Металлургов, пусть и не являлась главной транспортной артерией, но по ней можно было объехать запруженный машинами центр города. Поэтому, дабы не загорать несколько часов в пробках, те водители, кто похитрее и поопытнее, стремились именно сюда. А поскольку таковыми качествами извечно отличались именно таксисты, то и удивляться их количеству не приходилось.

Чалдон еще раз чертыхнулся.

– Уйдет девка, что делать будем?- выдохнул Кривой.- Опять париться у подъезда? А если она не вернется?…

– Велик нас на шашлык порежет. Тебя первого!

– Почему?

– Не хрен за пивом мотаться было! Заладил: "мочи нет сидеть, я башку об руль раскрою", вот теперь тебе Серега жбан и раскроит!

– Миха, да ты чё?… Ты же сам согласился…

– Хватит ныть, все едино, твой косяк! Может, еще догоним, зацепим. Налево или направо?

– Жми налево. Я с этой стороны, в рот-компот, всегда в шоколаде.

– Поглядим,- мрачно подытожил Чалдон, многообещающе оглядел фигуру Кривого, словно предназначенную для разделки бычью тушу, и включил сигнал поворота.

Фортуна – дама капризная и в следующие десять минут она сначала улыбнулась величевским торпедам, а затем состроила им рожу. Страшную. Удача заключалась в том, что Наташу они все-таки зацепили, а ирония судьбы – в том, что зацепили в прямом смысле слова.

Чалдон ехал на грани фола, прямо по двойной сплошной линии дорожной разметки, распугивая двигающиеся навстречу автомобили звуковыми сигналами и морганием фар. Попутный транспорт тоже опасливо шарахался прочь от наглого джипа. Они обогнали не один десяток легковушек и около дюжины желтых экипажей с синими шашечками, когда Кривой, исполняющий функции впередсмотрящего взвизгнул, как недорезанный поросенок, одной рукой схватил напарника за плечо, а другой принялся тыкать в боковое стекло.

– Вот она!!

Из-за "Газели" справа вынырнула очередная желтая мыльница. Чалдон отвлекся от дороги и попытался рассмотреть, кто там сидит на переднем сиденье рядом с водителем. Отвлекся буквально на секунду, но тут же об этом горько пожалел.

По барабанным перепонкам резанул тревожный звук чужого клаксона. Навстречу, сигналя и моргая фарами, во весь опор несся черный "Мерседес".

– Твою мать!…

Чалдон успел лишь бросить взгляд по сторонам: слева "девятка" и "Газель", справа полный ряд машин – уйти от лобового столкновения почти невозможно – и рванул руль вправо.

Дальнейшие пятнадцать секунд в его памяти отпечатались плохо. Фрагментарно. И фрагменты отпечатались в основном шумовые: скрежет, скрип тормозов, несколько глухих ударов…

Очухался он только, когда Кривой прямо в ухо заорал:

– Миха, мы ее прибили!!

– Кого?…- тупо переспросил Чалдон.

– Девку! Ты глянь!

Чалдон глянул.

Непосредственно перед их "Ландкрузером" стояли, сцепившись в любовных объятиях, "Газель" и вишневая "девятка", и понять, где заканчивается капот одного автомобиля и начинается дверь второго, можно было только по цветовой гамме. А чуть впереди покоилась желтая "Волга", поцеловавшая бетонный столб и разворотившая в пароксизмах страсти собственное чрево. Водители "Газели" и "девятки" уже выскочили из машин и бродили вокруг оценивая повреждения. А вот таксист и его пассажирка (судя по рассыпанным по спинке кресла длинным волосам) признаков жизни не подавали.

– А это она?

– Она!

– Твою мать!…- повторил затасканное большинством русских людей выражение Чалдон. Он старался понять, как данная ситуация согласуется с инструкциями Величева, и не мог сосредоточиться. Голова работала неважно, мысли были медленными, вялыми, словно снулые рыбки, но скользкими и неподатливыми. Однако до того, что ситуация с инструкциями никак не согласуется, Чалдон допер.

– Все, валим отсюда!

– Может, телку вытащим?… Типа, в больницу. А то Велик… – Кривой сделал характерный жест ребром ладони по горлу.

– Как ты ее вытащишь? Двери, верняк, перекосило. И народ на тусовку собирается. Сейчас еще мусора подтянутся и начнется кадриль!- Чалдон завел двигатель, сдал назад, объехал место ДТП и, игнорируя возмущенные возгласы водителей "девятки" и "газели", умчал на второй космической в направлении гаражных джунглей на окраине.