Безумный март в Питере - Ольга Скляренко

с моим конкурентом? – ледяным голосом повторила свой вопрос Вера, и я подумала, что теперь хорошо понимаю, каким тоном Вера ведет свои совещания или распекает нерадивых сотрудников. – Еще раз, Стас! Имя Кольцова и его фирмы достаточно часто произносится здесь в последнее время. И то, что ты молчал о ваших отношениях, пусть и оставшихся в прошлом, очень странно. Не сказать, подозрительно. Так почему?

– Да что я должен был сказать, Вера? – Стас недоуменно пожал плечами. – Что когда-то совершил идиотский поступок, и теперь мой лучший друг считает меня своим врагом и не желает даже видеть? Ты же должна понимать, что я этим не горжусь. И вообще, предпочел бы забыть о том досадном происшествии.

– Переспать с женщиной своего лучшего друга, это, по-твоему, досадное происшествие? – влезла я, не переставая удивляться наглости Стаса.

– Вера, – Стас проигнорировал мои слова, он смотрел только на Веру. – Ну прости. Ты же понимаешь, что наши отношения… Черт… Ну не мог я сказать такое женщине, в которую я влюблен! Ну, пойми ты! Этот поступок меня вообще не красит. Да и не думал я, что это имеет какое-то значение. Ну, пересекаешься ты с Кольцовым по бизнесу, при чем тут та давняя история…

Вера молчала, глядя перед собой в одну точку.

– Как у тебя все гладко получается! – не выдержала я. – Давняя история. Досадное недоразумение! А скажи мне, Вера, ты мне рассказывала, что попытка увести «Флора-Сити» у Павла с твоей стороны – это случайность, идею тебе предложил кто-то из твоих сотрудников. Помнишь? Готова поставить сто баксов на то, что этим сотрудником был он! Да, Стас?

Вера подняла глаза на Стаса.

– Ну и что? – Стас начал горячиться, но уверенности в себе не потерял. – Что в этом такого? Конкурентная борьба! То, что у Пашки бизнес трещит по швам, любой, кто имеет отношение к перевозкам цветов, знал. Я всегда ему говорил, чтоб не лез он в это дело. Какой из него бизнесмен и предприниматель? Рохля и зануда! Вера, я просто хотел принести тебе пользу. Тебе и твоей компании. Да, я вышел на «Флора-Сити» и предложил им перейти к нам. Это нормальная конкурентная борьба. Вера. Скажешь, не так? И ты никогда так не делала? Не переманивала клиентов у своих конкурентов? Так все ведут дела, так принято! – он повернулся ко мне. – Яна, давай честно. Ты же ни черта не смыслишь в этом. Тебе кажется, что это какие-то злодейские заговоры, замешанные на водевильных страстях. А это просто бизнес. Обычная честная конкурентная борьба.

– Честная? – я поразилась, как Стас переворачивает факты. – Ты мне сейчас будешь говорить, что не имеешь ни малейшего отношения к тем мерзостям, которые творятся в Пашкином офисе? К пропаже договоров именно с «Флора-Сити», с тем, что с их грузами постоянно что-то происходит – то на таможне задержат, но на карантин поставят, то водители куда-то деваются или напиваются в стельку! И, заметь, все это происходит ровно с грузами «Флора-Сити» этой долбаной! Или, по-твоему, это и есть честная конкурентная борьба?

– Да с чего ты взяла, что я имею к этому какое-то отношение? – удивился Стас, приподняв бровь и улыбаясь своей фирменной обаятельной улыбкой. – Ты что, видела, как я крал какие-то там договоры? Или похищал какого-то водителя? Я просто пытался увести клиента для компании, в которой вот уже несколько месяцев работаю. И все. Я вышел на их сотрудников, провел с ними переговоры, предложил наши условия. Они почти согласились, но потом этот… Пашка как-то вывернулся, и «Флора-Сити» остался у него. Ну, остался и остался. Больше я этим вопросом не занимался. Ведь так, Вера?

Теперь мы вдвоем смотрели на Веру, хранившую глубокое молчание.

– А Милана? – снова не выдержала я. – Она же сюда приходила к тебе?

– Милана? Приходила сюда? – перебила меня Вера. Но обращалась она не ко мне, а к Стасу.

– Вера, я сейчас тебе все объясню… – Стас стушевался, видимо, подыскивая слова, чтобы половчее соврать, но я не дала ему договорить.

– Приходила! – выпалила я. – За день до убийства. Я собственными глазами видела. Ну, давай теперь рассказывай свои сказочки. Что, скажешь, ты с ней не общался все это время? Не поддерживал с ней связь после той истории? Никогда не поверю! Как и в то, что ты не замешан в ее убийстве!

Меня понесло, зато Вера опять впала в ступор, и, видимо, то, что она не спешила обвинять Стаса, приободрило его. На его лице даже появилась уже знакомая мне развязная ухмылка.

– Знаешь, я бы не стал на твоем месте кидаться такими обвинениями. У тебя есть доказательства, что я убил Милану? То, что она в тот день сюда приходила, еще ничего не доказывает. Она вообще изредка забегала деньжат подзанять, у Миланы после ссоры с Павлом с деньгами было не очень. – последняя реплика, явно, предназначалась не мне, а Вере. Но та, казалось, вообще ничего не слышит.

– Ну ты и… – я вспыхнула и с гневом отодвинула от себе сумку, словно она мешала мне лучше видеть его наглую ухмыляющуюся рожу. – А ведь ты знал, в какой ресторан мы идем, – зашипела я. – И дурочку из меня не делай. Это ты сказал Милане и про ресторан, и про то, что там будет Павел.

– Я не знал. Ну, то есть, я знал, что Вера идет с вами в ресторан, она даже хотела, чтобы я пошел с вами. Но в какой именно ресторан, я был не в курсе. Ведь так, Вера?

– Так, – Вера наконец-то очнулась и тихо подтвердила. – Он не знал. Название ресторана я при нем не упоминала.

– А почему ты отказался идти туда с нами? – не отставала я.

– Яна, а как ты себе это представляешь? Конечно, я отказался! Зачем портить вам вечер? Вряд ли Паша обрадовался бы моей компании.

– Я не верю ни одному твоему слову! – отчеканила я. – Ты мог подслушать, подглядеть. Если у вас с Верой такие близкие отношения, как выяснилось. И с «Флора-Сити» не все так просто. Не бывает таких совпадений. Признайся, ты всегда завидовал Пашке. И ненавидел его.

– Я? Завидовал? – Стас откинулся на спинку стула и неестественно громко рассмеялся. Как плохой актер в плохой комедии. Или трагедии, это уж тут с какой стороны посмотреть. – Чему там завидовать? Он без меня шагу ступить не мог. Зануда и слабак. Да от него всех тошнило. Кому он был нужен, кроме меня. Жалел я его, понимаешь? Жалел. Еще со школы. Потому и дружить с ним стал…

В моей сумке запиликал мобильник. Чертыхнувшись,