Новая весна - Рита Романова

она повторила попытку. Но и на этот раз автомобиль полностью ее проигнорировал. Значит, опять заело сигнализацию. И как теперь быть?

Она задумчиво потянула на себя ручку, и дверь бесшумно открылась. Неужели она забыла закрыть автомобиль? Такого никогда с ней не было. Видимо, прошедшие двое суток окончательно выбили ее из колеи. Надо быть более собранной. Тем более, завтра на работу.

— Чего тут смотреть, — продолжала ворчать Василиса Юрьевна. — Привози мальчонку. Я за ним присмотрю. Воздух в деревне чистейший. Сюда даже машины редко заезжают.

— Я постараюсь, — пообещала Вера и села на водительское место. На самом деле ей совсем не хотелось отправлять Степашку в деревню. И вовсе не потому, что она боялась оставлять его под опекой пожилой Василисы Юрьевны. Она просто не представляла, как проживет три месяца в разлуке с мальчиком. Вера привыкла целовать его перед сном в упругую щечку, гладить его по спутанным волосам, радоваться его успехом. Степашка давно стал неотъемлемой частью ее жизни, и разлука с ним представлялась ей чем-то страшным.

Степашка запрыгнул в салон следом за Верой. Мальчик захлопнул за собой дверь, открыл окно и чуть не по пояс высунулся на улицу.

— А я к вам сам приеду, — шепотом сообщил он провожавшим и покосился на Верину спину. — Я дорогу запомнил.

— Оно и правильно, — довольно заметил дядя Коля. — А то твою мамку не дождешься.

— Это они шутят так, — пригрозила мужчине пальцем Вера. — Таким маленьким мальчикам, как ты, нельзя путешествовать в одиночестве. Мы обязательно вернемся сюда в самое ближайшее время. Вместе. А сейчас садись поудобней и закрывай окно.

— Я так и знал, — тяжело, совсем по-взрослому, вздохнул мальчик и, состроив обиженное личико, откинулся на мягкую спинку кресла. — Ты мне никогда ничего не разрешаешь. А я уже большой.

— До свидания, мои родные! — Вера на прощание помахала рукой с видимым трудом сдерживающей слезы Василисе Юрьевне и важно подбоченившемуся дяде Коле. — До очень скорого свидания!

Дружок грозно лаял и всем своим телом бросался на забор, словно пытаясь повалить деревянное ограждение.

Когда автомобиль тронулся с места, Степашка вздрогнул и круглыми глазенками впился в Верино лицо, отражавшееся в зеркале заднего вида.

— Что случилось? — улыбнулась мальчику Вера.

— Там кто-то есть, — мальчик еще больше округлил глазки и пальчиком ткнул себе за спину. — Я слышал. Он только что чихнул.

— Кто он? — сделала такие же глаза Вера.

— Не знаю, — пожал плечами мальчик. — А вдруг то привидение из бани забралось к нам в машину? Наверное, оно давно хотело переехать в город и жить там. В каком-нибудь бассейне.

— Тебе показалось, малыш, — отчетливо разглядев неподдельных страх, плескавшийся в глубине его глаз, попыталась успокоить мальчика Вера. — Это заурчал двигатель. Иногда он издает звуки, похожие на чих.

— А мне кажется, там кто-то есть, — не отступал мальчик, хотя из его глаз тревога почти исчезла.

Вера ободряюще улыбнулась малышу и задумалась. Она ни на секунду не сомневалась, что к Василисе Юрьевне приходила ее родная мать. Женщина, которая родила ее, а потом безжалостно бросила. Та, чьи письма она перечитывала по нескольку раз, разыскивая в них некий потаенный смысл, послание, скрытое между строк и адресованное только ей — Вере, взрослой и самостоятельной.

Она совсем не злилась на маму. По крайней мере, сейчас. Она знала, что порой любовь толкает женщин на безумные поступки. Одержимые разрывающим тело и душу чувством, ради любимых они готовы на все. В эти моменты мозг будто полностью атрофируется, и женщина живет лишь по велению сердца. Она прочувствовала это на себе и теперь не могла, не имела права судить свою мать.

С одной стороны, ей безумно хотелось встретиться с ней. Она ликовала от одной мысли о том, что мама осознала свою ошибку и готова молить брошенную более тридцати лет назад дочь о прощении. Вера представляла себе их встречу, заплаканные, выцветшие от горя глаза матери, слышала ее дрожащий голос и трогательные слова. Сердце начинало биться сильнее, а на глазах выступали слезы. Василиса Юрьевна сказала, что Вера очень на нее похожа. Была похожа…

С другой стороны, она боялась этой встречи. Вера совсем не помнила родную мать. И она не была уверена, что сможет ее принять и полюбить. Как родного человека.

Подпрыгнув на последней колдобине, машина, наконец, вырвалась на широкую, ровную трассу. Двигатель заурчал ровно и спокойно и автомобиль легко понесся в сторону Новосибирска. В город, о котором раньше она могла только мечтать и который теперь лежал у ее ног, преданно посапывая и довольно урча сытым желудком.

Степашка хлопал сонными глазками, отчаянно борясь со сном. Перехватывая Верин взгляд в зеркале, он хмурил светлые бровки, демонстрируя тем самым, что продолжает обижаться на Веру из-за того, что она отказывается видеть его взрослость и не верит в его подозрения. Но надолго его не хватило. В очередной раз, взглянув в зеркало, Вера не увидела его насупленного личика. Значит, сон все же оказался сильнее.

Сзади она уловила быстрое движение. Что-то ледяное и страшное больно уперлось в верхний позвонок. Вера вздрогнула. Автомобиль повело в сторону, и он чуть не выскочил на обочину. Неужели Степашка не уснул, а притаился и теперь так жестоко отомстил ей за свои детские обиды? В зеркале по-прежнему не было никого видно.

— Степан, сейчас же прекрати! — строго сказала она. — Мы чуть было не попали из-за тебя в аварию! Убери ручку от моей шеи!

— Не дергайся, — раздался сзади хриплый мужской голос. — Потихоньку, без лишних телодвижений, съезжай на обочину и тормози. Нам надо поговорить.

Вера отчетливо почувствовала, как на ее затылке зашевелились волосы. Почему молчит Степашка? Почему его не видно в зеркале? Она осторожно, как потребовал мужчина, надавила на педаль тормоза и остановилась на обочине.

— Где ребенок? — чужим, вывороченным спазмами голосом спросила она.

— Мальчик пока побудет у меня, — зловещий шепот обжег ей ухо. — Ровно через неделю мы с тобой встретимся и совершим взаимовыгодную сделку. Ты вернешь мне двадцать миллионов, а я тебе мальчишку.

— Где я возьму такие огромные деньги? — спазмы все сильнее скручивали горло, и каждое слово ей приходилось буквально выжимать из голосовых связок.

— Это не мои проблемы, — прохрипел он. — Если в следующее воскресенье в это же время у меня не будет моих денег, то пацан умрет. Кстати, милая, а откуда у тебя взялся ребенок? Ему минимум семь лет. Вроде, на момент нашего памятного знакомства у тебя не было никаких отпрысков.

— Был, — хрипло ответила Вера. — Просто я не успела тебе об этом сообщить. Ты исчез слишком быстро.

— Ко