Дайана Мэдсен - Мозаика Бернса

— А кто был тот приятный, обходительный джентльмен, который встречал меня вчера в аэропорту? — ласково поинтересовался Дракон. — У него такой очень большой и удобный автомобиль, не то что игрушка из детского конструктора, на которой ты ездишь. Твой друг шотландец? Он сказал, что работает поверенным, но это, разумеется, ерунда. Как я уже заметила твоей матушке, никакой адвокат не станет бросать дела посреди дня и мчаться встречать пожилую даму. Кстати, а где вчера была ты?

— Разве Фил не объяснил, что меня вызвали срочным звонком?

— Так чем же на самом деле занимается этот Фил?

— Чем и сказал — он адвокат. Еще Фил упомянул, что дал тебе бесплатный совет юриста-страховщика, который целиком повторяет то, о чем я твержу уже многие годы.

— А, забудь. Есть кое-что поважнее, и тебе надобно поскорее заняться этим. Мне предложили редчайшую рукопись Роберта Бернса, и я уверена, что это подлинник. Поручаю тебе аутентифицировать ее.

— Тетушка, существуют специальные фирмы, занимающиеся верификацией документов. Обратись в любую из них.

— О, в этом нет нужды. Рукопись уникальна, а я безоговорочно доверяю тебе. Ты ведь страховой следователь и при этом крупный специалист по английской литературе. В конце концов, у тебя имеется опыт по этой части.

— Я никогда не занималась ничем подобным, тетушка, я…

— Вздор. Нам следует разобраться с этим делом внутри семьи. Передаю трубку твоей матери.

— Но тетя Элизабет, умоляю…

— Ди Ди, это мама. Элизабет считает, что тебе следует хотя бы попробовать — она ведь не слишком много просит, правда?

Благодаря безудержному интересу Дракона ко всему, связанному с Робертом Бернсом, я впитывала его историю и стихи с колыбели.

— Мама, — начала я. — Все написанное Робертом Бернсом давно занесено в каталоги. Большая часть его творений хранится в прекрасно известных коллекциях Национальной библиотеки Шотландии или в библиотеке Митчелла. Любой эксперт без труда аутентифицирует имеющуюся у тети рукопись. Честное слово, я не профан в этой области, но не обладаю соответствующей подготовкой и специальными знаниями. Вы ставите меня в дурацкое положение.

— Ты не понимаешь, Ди Ди: просто приди и взгляни на нее. Это все, о чем мы просим. Ну как?

В итоге я сдалась, в чем они и не сомневались.

— О'кей, тетя снова взяла верх. Передай ей телефон.

— Спасибо, Ди Ди, — проворковала тетя Элизабет, излучая аромат, как цветок мухоловки, притягивающий добычу.

— И что от меня требуется? — спросила я.

— Не телефонный разговор. Приезжай, сама увидишь. Тебе это понравится, попомни мое слово.

— Рукопись у тебя с собой?

Ни один уважающий себя продавец не позволит потенциальному покупателю, даже если последнего зовут тетя Элизабет, увезти манускрипт Бернса из Шотландии в Америку просто «на погляд».

Последовала долгая пауза.

— Тетушка? Черт, неужели ты уже купила эту штуковину, а?

— Угу, купила, — выдавила та. Я воочию представляла желвак, ходящий рядом с телефонной трубкой. — Это было одномоментное предложение. Я не могла допустить, чтобы столь уникальная вещь уплыла у меня из рук, нет.

В случаях, когда Шотландский Дракон использует двойное отрицание, спорить бесполезно.

— А если это подделка? — спросила я.

— Это исключено. Ты должна убедиться, что это подлинник. Сама все поймешь, когда увидишь.

Я пояснила, что буду позже, чем изначально планировалось, потому как вчерашние мои планы пошли прахом. Тетя, естественно, поинтересовалась, в чем причина.

— Все, что связано с Фрэнком, сулит кошмар, — заявила она, выслушав мой рассказ. — Мы с твоей матерью всегда говорили, что он слишком стар для тебя. И не стану кривить душой, если скажу, что мне жаль Кена. Он был негодяем и жуликом. И работа у тебя просто ужасная, и офис — настоящая дыра. Тебе следует бросить это дело и заняться чем-то стоящим. Никого из нашей семьи еще не сажали в тюрьму!

— Это не совсем тюрьма, тетушка, меня просто задержали для допроса, — выпалила я и бросила трубку. Если — особо подчеркиваю, если — тетя Элизабет когда-нибудь умрет и попадет в рай, она будет учить Господа Бога что делать. А если угодит в ад, то да смилуются небеса над дьяволом.

7

Остановив такси, я направилась в «Хай-Дату». Прежде чем мы выехали на скоростную трассу, я попросила водителя сделать небольшой крюк и заскочить на Главпочтамт деловой части Чикаго. Поправочка: на новый Главпочтамт деловой части Чикаго. Мне до сих пор невдомек, чем руководствовались отцы города, решив закрыть прежний почтамт, массивное сооружение в стиле «ар деко», [9]что возвышается на Конгресс-Паркуэй и постепенно приходит в запустение, не считая указателя, адресующего клиентов к абсолютно ничем не примечательному зданию на Харрисон-стрит. Я опустила анонимное письмо в выходящий на тротуар почтовый ящик, и когда такси вновь влилось в поток движения, от всей души пожелала мистеру Эрику Дэниелсу веселого Рождества и счастливого Нового года.

Водитель высадил меня напротив главного входа в «Хай-Дату». Я оплатила очередную дорогостоящую поездку и поспешила к дверям, преследуемая шипением воинственных гусаков, норовящих ущипнуть меня за лодыжку. «Чтоб тебе угодить к кому-нибудь на рождественский стол!» — шикнула я на самого наглого, едва не просунувшего длинную шею в дверной проем.

— Эй! Сюда без разрешения нельзя!

Вздрогнув, я обернулась и увидела молодого охранника в форме с девятимиллиметровым револьвером «Смит и Вессон» на тощем бедре.

— Я ищу отдел кадров. Ди Ди Макгил, «Юниверсел Иншуренс».

Черные глаза буквально вонзились в меня.

— А, вы, должно быть, та самая, за которой мне приказали по пятам ходить. Я обязан проводить вас прямиком в отдел кадров и ни на секунду не выпускать из виду. Следуйте за мной.

Безжизненный голос в лифте объявил третий этаж. На этот раз мы повернули в нужную сторону.

— Дайте мне знать, как соберетесь уходить, и я выведу вас из здания, — сказал охранник. — Без карты вы в «Хай-Дате» никуда не попадете, а карты я вам не дам.

Когда мы добрались до кадровой службы, он повторил инструкции сотруднице, заставив меня ощутить себя девочкой, прогулявшей уроки в школе. На табличке значилось: «Спарки Гро, отдел кадров». Густая темно-рыжая грива нимбом окаймляла тонкое лицо означенной особы. На ней красовался черный костюм с леопардовой брошью, а в воздухе витал тонкий цитрусовый аромат «Гавайев» от Майкла Корса.

Девица смерила меня пронзительным взглядом и изрекла безапелляционно:

— Это вы обнаружили вчера тело Кена?

— Да.

— Норман сегодня утром созвал специальное собрание персонала. Вы его просто взбесили — представьте себе, собрание в канун Рождества! И если не в его силах захлопнуть перед вами двери, то уж отдать строжайший приказ ни на секунду не оставлять вас без присмотра он в состоянии.

— Обычно когда компания нанимает меня на работу, то не обращается со мной как с промышленным шпионом. Но, полагаю, обнаружение трупа не предусматривается обычным регламентом для персонала.

— Мне жаль, — накрашенные губы Спарки сложились в легкую улыбку. Она встала и протянула мне руку. У нее были длинные, красивые ноги, а рост с каблуками достигал шести футов, не меньше. Держалась она с важным видом, дающим понять, что перед тобой не просто секретарь, а полноправный сотрудник службы кадров.

— Все встревожены смертью Кена, особенно Норман, — заявила Спарки.

— С чего он взял, что я имею к ней отношение?

— Потому как уверен, что смерть эта неслучайна. В конце концов, компьютеры вот так просто не выходят из-под контроля, поджаривая пользователя. В противном случае нам останется только прикрыть лавочку.

Она была права. Статистика утверждает, что вероятность погибнуть от молнии составляет 2 320 000 к 1. А от электрического разряда компьютера — еще ниже. На деле она столь мизерна, что страховые компании отказываются принимать ее в расчет. Поэтому я поинтересовалась, имелись ли у Кена недоброжелатели в «Хай-Дате».

— У любого найдутся враги, — ответила Спарки. — Норман уверен в вашей причастности, потому что Кен просил именно вас привлечь к проверке. Так что вы сразу попали в разряд подозреваемых. Норман бесится, что не смог убедить полицию арестовать вас.

— Но раз мое имя пока еще значится в списках, лучше будет приступить к работе.

Собеседница улыбнулась.

— Не обращайте внимания на Нормана. В его мотивах нет ничего личного. Он всей душой предан компании и готов свою жену арестовать, если заподозрит ее в преступных действиях по отношению к фирме.

Спарки посмотрела мне прямо в глаза.

— А почему именно вас хотел Кен привлечь к работе с соискателями?

— Это я надеялась услышать от вас.