Девятый Аркан - Ирина Владимировна Яновская

из соли, по углам его я расставила чаши, включила тихую музыку и закрыла глаза. Далее требовалось активизировать стихии, расшатать, пробудить их энергетику.

Я пересыпала землю сквозь пальцы, воду мешала по часовой стрелке, зажгла свечу и подожгла ладан. Наконец я почувствовала, что пришло время читать заклинание.

Одну ладонь я поставила над чашей с землей, другую над своей фотографией.

— О, великая Мать Земля, мощь твоя под ногами моими, так будь опорой моей и поныне.

Наступила очередь огня.

— О, великий Огонь, силу свою раскрой. Для защиты тебя призвала, чтобы сберег ото зла.

Правую руку я перенесла к чаше с водой, левую продолжала держать над фотографией.

— О, великая Вода, пусть верой и правдой послужит мне защита твоя.

Настала очередь воздуха.

— О, Ветер великий, король небес, не поскупись мне верный ветер в подмогу отправить.

После этого я начала водить руками против часовой стрелки над всеми четырьмя стихиями, приговаривая:

— Объединитесь, властители стихий, настало время соединиться вновь. Февронию силой своей сберегите, на любой из дорог за мной идите. Так будет отныне, истинно и во век будет так.

Повторяла я последнее заклинание девять раз, чувствуя, как слова одновременно выходят из меня и направляются к стихиям, и после, напитавшись их силой, вновь возвращаются ко мне, но уже от раза к разу становясь все сильнее и сильнее.

Закончив ритуал, я тут же уснула. Успела только дойти до дивана, как сон забрал меня в свои объятия.

Утром меня разбудил звонок Влада.

— Ты где? — без приветствия начал он. Голос его был взволнованный и недовольный.

— У мамы.

— Что ты там делала всю ночь?

— Ставила на себя защиту.

— Латы ковала, что ли?

— Можно и так сказать. Влад, неужели ты не видишь, что вокруг меня сгущаются тучи? Сначала шея, потом авария, теперь вот и зубы потеряла, — начала я шепеляво перечислять свои беды.

— Зубы вставим. Я, кстати, по этому поводу тебя и разыскиваю. Договорился сегодня на утро с дантистом. Приезжай домой быстрее.

Я встала с кровати, собрала все атрибуты и, даже не умывшись, поехала домой.

Дома мы наскоро позавтракали, я переоделась в другую одежду, отметив про себя, что надо бы приобрести что-то, в чем делать ритуалы, и мы поехали.

Кабинет стоматолога располагался в центре Москвы на первом этаже небольшого старинного особнячка. Маленькая приемная оформлена была в стиле барокко. Молодая и очень эффектная медсестра поприветствовала нас, попросила немного подождать и скрылась за дверью кабинета. Я молчала и рассматривала интерьер вокруг себя. Мы сидели на мягком удобном диване, обтянутом золотой парчой, уместнее будет сказать, что мы на нем восседали. На стенах вместо обоев был бордовый гобелен с золотыми вкраплениями. Над нами нависала массивная бронзовая люстра с хрустальными висюльками. Повсюду стояли статуэтки, шкатулки, подсвечники, на стенах висели картины в золотых рамках, на полу в дизайнерских вазах стояли цветы.

— Владик, где мы? — решила все же уточнить я на всякий случай.

— Фень, у тебя что, после падения с коня развивается ретроградная амнезия? Мы у стоматолога.

— Но у врачей не бывает таких приемных, как у королей. Я даже не могу представить, в каком стиле будет выполнено стоматологическое кресло.

— Нравится? По-моему, просто бомбическое решение. Мы с детства почти все боимся стоматологических кабинетов, а здесь сидишь, как во дворце, на душе птицы поют от красоты и величия. Вот даже ты подзабыла, где находишься. Великая сила красоты архитектуры творит чудеса.

Пока он говорил, я обратила внимание на дверь с обильной лепниной. На ней красовалась табличка в виде витиеватого стула, на спинке которого было написано:

Докторъ медицины

Ураноссовъ А. А.

Дверь с обильной лепниной отворилась, и медсестра пригласила нас войти.

— Владлен, дорогой ты мой, рад, рад! — сказал доктор.

Пока они обнимались и лобызались в прямом смысле этого слова, я рассматривала кабинет. Все то же, что и в приемной, только еще богаче. Как на мой вкус, для кабинета это был явный перебор. Поистине богатство и роскошь напоказ. Даже пол был выполнен из художественного паркета красного дерева. Повсюду зеркала в золоченых инкрустированных рамах.

Мужчины наконец-то оторвались друг от друга и обратили внимание на меня.

— Владюшик, что за очарование ты ко мне привел?

— Это очарование зовут Феврония.

Я хотела улыбнуться, но вовремя вспомнила, что сегодня улыбка — явно не мой конек, поэтому еле заметно кивнула — мол, да, это я.

— Аркаша, дорогой, Феня — актриса.

— Прекрасно! С такой внешностью… не пойму, в чем дело…

Аркадий стал вглядываться в мое лицо.

— У нее глаза разного цвета, — помог ему Влад понять, что со мной не так.

— Прелесть! Первый раз такое вижу. Оригинально. Феврония, а вы линзы не пробовали носить?

— Нет, у меня хорошее зрение.

— Это чтобы глаза сравнять.

— Мне так нравится, зачем их сравнивать?

— Необычно немного, но привыкнуть можно.

Я явно не нравилась Аркадию. Что он привязался ко мне с линзами?

На выручку пришел Влад.

— Аркашенька, голубчик! У нас проблема. Фенечка упала с лошадки и выбила себе зубки. — Почему-то Влад перешел на детский тон в разговоре.

— Прошу. — И Аркадий указал мне на кресло.

Только то, что оно было обтянуто кожей золотого цвета, и отличало это кресло от других. Я была немного разочарована, ожидая от хозяина кабинета большей фантазии. Влад расположился на маленьком диванчике в углу кабинета, гордо названном Аркадием козеткой.

— Владик, присаживайся на козетку и развлекай меня историей, как были утеряны столь драгоценные каждому зубы, — царским жестом приказал доктор.

Влад начал рассказ, а я открыла рот для наглядной демонстрации.

— Боже, да здесь почти ничего не уцелело, — таков был вердикт врача. — Но ничего, сделаем четыре штифта, а на них поставим коронки. Тем самым сохраним эстетику улыбки для фронтального отдела.

— Аркаша, мы полностью полагаемся на твой профессионализм! — вторил ему Влад.

И Аркадий приступил к работе. Опустим все медицинские манипуляции, которые Аркадий проделывал, чтобы сохранить эстетику улыбки, но тем не менее через час с небольшим мы вышли из кабинета. Аркадий, который, как выяснилось, был Абрамовичем, заверил нас, что через два дня можно приезжать на примерку, и если все сядет хорошо, то еще через два дня я буду с голливудской улыбкой блистать в кино.

— Влад, — решила я задать вопрос, как только мы сели в машину, — наверно, он очень дорогой врач. Мне неудобно, что за все платишь ты, давай хотя бы пополам оплатим его услуги?

Владислав ничего на это не ответил, но глянул на меня так, что я сразу поняла — с подобными предложениями к нему не