Таинственный рыцарь и грустная курица - Андрей Николаевич Усольцев

органы её вовремя задержали. Она успела выдать только то, что у её начальницы и грудь, и бриллианты фальшивые, а у Машкиного мужа (соседа) писька маленькая… «просто пенис какой-то, а не член».

Итак, Вочковтиратель, он же гомосексуалист, экстрасенс, собиратель анализов у мужчин на Богословском кладбище, когда увидел входящего полковника Пронина, решил загипнотизировать его, и воспользовавшись его беспомощным состоянием, узнать все секреты и разоблачить его.

Да не тут-то было, полковник Пронин заканчивал Высшую школу КГБ, которая готовила лучших разведчиков мира. Он мог месяц не пить, год не есть, и даже целые сутки обходится без секса. Он сам кого хочешь мог загипнотизировать и разоблачить. Поэтому, сколько Вочковтиратель ни вглядывался в лицо Пронина и ни пучил свои бесстыжие англосаксонские глаза и ни делал пасы руками, у него ничего не получалось.

Тогда полковник бросил вход своё универсальное оружие. Он подошел к Вочковтирателю, положил руку ему на плечо и сказал пароль: «Слава Америке»!

Шпион радостно заулыбался и ответил: «Хероям слава»!

— Кто не скачет, тот москаль, — продолжил Пронин. Вочковтиратель соскочил с тахты и радостно запрыгал.

Всё, знакомство состоялось. Ферапонт Пронин проверку прошёл. Да, господа, теперь время такое. Хочешь в Европе или Америке быть своим человеком — надо всего лишь, извиняюсь, поцеловать негра в задницу, представиться, что ты пид*рас с многолетним стажем, крикнуть: «Хероям слава»! И после этого радостно скакать в светлое будущее, то есть в Европу или Америку.

Чуть позже в этом гнезде шпионов прошло экстренное совещание. Вёл его Засранец (он же Афродита), сопредседателем был Вочковтиратель, рядовых заседателей было трое: Виталий Эйхман (который тоже сумел внедриться в шпионское сообщество) и полковник Пронин, позже к ним присоединился агент ФСБ писатель. После совещания должен был быть банкет. Писатель предложил объединить эти два события — совещание и банкет. Его предложение было с радостью принято. И компания принялась за дело…

Три девицы лёгкого поведения из актрис второго плана Роза, Василиса и Маргарита, не стесняясь, раздевались и с легкостью трясли своими обвисшими грудями. Не подумайте, господа читатели, о них плохо, хоть груди у них и были обвисшие, а ж*па в прыщиках (созрели, значит) и талия пряталась под толстым слоем жира, зато девичья совесть и патриотизм у этих перезревших дам были на самом высоком уровне. Даже если они и отдавались врагу, то только с самой высокой целью: выведать у него коварные планы и после интима сдать шпионов в правоохранительные органы. Даже деньги они требовали с клиентов только в рублях и с гневом отвергали американские доллары и европейские евро. То есть они против врагов России ввели свои контрсанкции.

Писатель и Василиса голыми танцевали на столе шейк, полковник Пронин с Вочковтирателем проводили заседание и оживлённо обсуждали, в какую страну направить анализы россиян. Роза целовала Виталия взасос, прижимаясь к нему голой грудью и прижимая его руку к своей небритой киске. А он привычно делал ей массаж на интимном месте. Виталий Эйхман был честный человек и никогда не изменял своей жене. По крайней мере его жена была уверена в этом. Афродита прямо из горла допивала вторую бутылку шампанского. Она была с большого бодуна. В зале громко играла музыка, незнакомый певец исполнял что-то про любовь.

В общем, бурная жизнь шпионов и предателей Родины яростно кипела. За этим наблюдали и всё записывали наши контрразведчики и патриоты России из фракций КПРФ и Справедливая Россия — Писатель, Виталий Эйхман и три девицы легкого поведения с прыщиками на ж*пе, они же актрисы второго плана Роза, Василиса и Маргарита.

Да, конечно полковник Пронин, согласно инструкции и приказам из центра должен был арестовать всех шпионов, допросить их и посадить. И, я не сомневаюсь, любой другой контрразведчик на его месте так и сделал бы, но не Пронин. Он разработал встречную операцию под кодовым названием «Щит», что в переводе на английский означает дерьмо. «Shit» на английском — это дерьмо. Да, господа, красивое русское слово щит является одним из самых популярных нецензурных слов, которое используют англоговорящие люди для описания не очень приятных ситуаций: «Oh, shit! — Вот дерьмо!».

В чём заключался хитроумный план полковника?

Ну, во-первых, он (полковник Пронин) приказал своим агентам собирать shit, то есть кошачью мочу, собачьи какашки, коровьи лепёшки, козьи шарики и кубики Gallina Blanca. Потом он приказал на одном из военных предприятий Санкт-Петербурга тайно, в огромных чанах всё это перемешать и добавлять эту адскую смесь в биоматериалы, которые иностранные агенты добывали и потом отправляли в лаборатории для исследования и создания биологического оружия против русских людей.

Во-вторых, полковник завербовал самых красивых и молодых актрис второго плана (от двадцати одного года до восьмидесяти лет) и сделал их постоянными агентессами, то есть женщинами-агентами. И именно девушкам полковник поручал самые сложные дела.

Агентессы почти каждую ночь уходили на встречу с маньяком. Нижнее белье они оставляли дома. А утром они возвращались радостные и возбуждённые и отдавали любимому супругу заработанные деньги, при этом они нежно целовали его в лоб (да я откуда знаю, почему в лоб? Это надо у женщин спрашивать).

Вот написал я эти строки и задумался: а что подумают мои постоянные читатели? Наверняка они решат, что все актрисы второго плана изменщицы коварные… Вот-вот… я даже вижу, как мужики плотоядно облизывают губы и просят у женщин телефончик. А я так скажу им (мужикам): «Не надо ля-ля. Наши женщины — самые верные жёны в мире, по крайней мере мои знакомые актрисы второго плана — точно. Если они и дают кому-то на стороне… то не всем и не всегда, а мне вообще никогда (знаете, как обидно?)».

А маньяку по приказу ФСБ они давали… вернее, отдавали женские панталоны, измазанные с двух сторон биоматериалом, собранным на улице. Притом каждую ночь. А когда маньяк с недоверием спрашивал: «А это точно твои трусы»?.. Женщины поднимали подол и с гордостью показывали свою голую письку и говорили: «Мои! Вот видишь… я никогда не вру».

За это полковник Пронин платил им (агентам-актрисам) в конце смены зарплату наличными, как за съёмки в кино. За дневную смену — восемьсот рублей, за ночную тысячу — двести, переработка