Фальшивый золотой ключик - Дарья Александровна Калинина

– Захарыч был гад, и клейма на нем негде было ставить. Ждать, когда справедливость восторжествует сама собой, я больше не мог. И я решил, что пришла пора мне взять дело в свои руки и отомстить за смерть отца. Буквы с первомайского лозунга откуда-то завалялись у нас дома. И я решил использовать некоторые из них в качестве ключей. Взял буквы «М» и «А» из слова МАЙ. Взял буквы «Д» и «У» из слова ТРУД. И взял первую и последнюю цифры из даты 1982. Надеялся, что эти буквы пробудят воспоминания, заставят Захарыча и остальных вспомнить свое прошлое. А возможно, вместе с ним и моего отца. Я давал Захарычу последний шанс исправить содеянное когда-то зло. Но какое там! Захарыч даже меня не признал, хотя все говорят, что я очень похож на своего отца. Один только раз он сказал, что я здорово смахиваю на одного его знакомого. Но у него даже в мыслях не возникло, что я – сын Воротникова.

– Но ты же предоставил им паспортные данные на имя другого человека. Захарыч решил, что ты просто похож на Воротникова.

– Он ничуть не встревожился. Таково было его самомнение. Ему даже не могло в голову прийти, что прошлое вернется и потребует от него расплаты.

– Так это ты убил Захарыча! – воскликнул Саня. – Это сделал ты, а вовсе никакой не Сталкер!

– Я его казнил, – подтвердил Костя, и в его лице ничто не дрогнуло. – Захарыч заслужил такую казнь в полной мере. И вас двоих я тоже приговорил к смерти. Нет, лично против вас я ничего не имел. Вы мне ничего плохого не сделали. Но ваш отец был виноват передо мной. И вам предстояло понести ту кару, которую я не смог осуществить в отношении его самого.

– А наша мать?

– Тут я ни при чем. Ее смерть – это дело рук Захарыча. Он и от вас бы с радостью избавился, если бы я не навестил его чуть раньше.

– А Таня? Ты же мог и ее убить. А вместо этого отвез к себе на Дачную, 13.

– Зачем мне было ее убивать? Она для меня не важна. Ведь она Егорова лишь по мужу. И вошла в вашу семью уже после смерти Петра Кузьмича. Никак повлиять на ту ситуацию с моим отцом она не могла. За что же мне ей мстить? А когда я столкнулся с Таней возле дома Захарыча, которого шел убивать, то сразу понял, она нуждается в помощи. Бедняжка сильно ударилась головой, была почти без сознания. Я усадил ее в свою машину и пошел к Захарычу. Не знаю, мне захотелось разобраться с ним прямо там. И я это сделал. Захватил из машины цветок, пришел к Захарычу, полоснул его ножом по горлу и удерживал, пока это животное не истекло кровью. Потом я принял душ, провел над телом маленький поминальный ритуал и ушел.

– Не может быть! Ты врешь!

Костя усмехнулся:

– Говорю чистую правду. Понятное дело, не для протокола, а так, чтобы вы знали.

– Когда вы с Таней столкнулись у дверей дома Захарыча, то сам Захарыч как раз разговаривал с организатором Игры. С тобой!

– Ну да.

– Но ты был в этот момент на улице. А Захарыч разговаривал с человеком, который был в доме. И возле него стояла ваза с редкими розами сорта «Капризница», по которым Таня тебя впоследствии и вычислила.

– Захарыч получил запись моего монолога. Я надиктовал ему новое задание, после которого он должен был сразу же связаться со мной – своим помощником или даже пригласить меня приехать к себе. А его ответы были мне совсем не нужны. Я рассчитывал, что сразу после получения послания от организаторов Захарыч позвонит мне и позовет меня к себе. А там уж я расправлюсь с ним.

Страшно было представить, как заботливый хозяин дома на Дачной, 13 и страстный садовод, выращивающий прекрасные цветы, мог совместить в себе еще одну личность – жестокого и хладнокровного убийцы, с почти маниакальной страстью выслеживающего свою добычу и многие годы вынашивающего в душе план мести.

– А как тебе удалось втереться в доверие к Захарычу? Как тебе удалось убедить его взять именно тебя себе в помощники?

– Ну, я же организовал Игру в окрестностях своего дома. И несколько первых ключей было спрятано поблизости. Один так и вовсе был зарыт у меня в саду. Захарычу пришлось вступить в контакт со мной. А мне было нетрудно убедить его, что такой крепкий и преданный лично ему человек будет нелишним в Игре, где на кону стоит миллион евро и полным-полно других претендентов. Я сумел быть ему во многом полезен. Благодаря мне он сумел обойти других игроков. Захарыч не подозревал, что я вовсю подыгрываю ему. Ему и двум другим моим врагам, которые в итоге и должны были выйти в финал.

– А в финале ты планировал их убить! Правильно сказал Сталкер, в этой Игре есть некто, кто делает ходы и для кого все прочие – пешки.

– Захарыч погубил моего отца. Егоров погубил моего отца. Почему я должен был пожалеть Захарыча и сыновей Егорова? Око за око. Зуб за зуб.

– А остальные? – тихо спросил у него Саша. – Таня? Никита? Я? Мы за что должны были умереть? Ты ведь не планировал оставить нас в живых.

– Я не думал, что все так выйдет из-под контроля. Последний ключ выбил почву у меня из-под ног. Он откуда-то оказался у Тани. Когда я увидел этот восклицательный знак, то просто не поверил своим глазам. Это был ключ. Но этого просто не могло быть.

– На дне шахты никакого ключа не было?

– Нет. Вы не могли ничего там найти. Сталкер говорил вам правду, на дне шахты ничего не было. Я не прятал в шахте седьмого ключа. Тем не менее седьмой ключ был предъявлен. Я не мог сказать, что ключ фальшивый. Не мог себя выдать. Игра должна была быть закончена на любых условиях.

– И ты перестрелял бы нас всех?

Костя молчал.

– Что с ним разговаривать! Он нас всех положить там собирался. А взрыв в шахте! Уверен, это его рук дело!

Костя снова промолчал.

– Что ты молчишь? Это же ты взрыв устроил!

– Я не мог допустить, чтобы седьмой ключ был найден. Это подразумевало встречу с организаторами Игры, вручение призов и выигрыша. А я к такому был не готов. В мою задачу не входило премировать