Наталья Матвеева - АКВАМАРИН

Через полчаса в помещение ввалился отец, гневно громыхнув:

- Ублюдок!!! Вертолеты!!! Да я его уделаю так, что его кишки от мусорного контейнера отскоблить не смогут!!! Тридцать восемь человек! Моих человек полегло, Брайан!!! Я его размажу… Он… - отец немного приутих, заметив умиротворенно лежащую с задранными ногами Лив с тарелкой картошки у себя на груди и весело о чем-то болтающую с Джонни, в развязной позе развалившимся на кресле позади нее, и облегченно выдохнул:

- Оливия… Дочь, ты в порядке? Боже мой, я так волновался! – он держался за руку, но Лив видела и другое ранение у него в левом боку, но отец, похоже, не хотел замечать его или демонстрировать слабость. Резко бросившись к ней, он присел на край дивана около нее, и его строгие глаза действительно светились облегчением.

- Мистер Мартинес! Осторожнее! Вы ранены! – услышала Лив знакомый голос и заметила семенящего следом за отцом доктора Калеба и Брайана, который, однако, прошел за его стол и сел, тут же зарывшись в какие-то бумаги, как будто не вернулся пять минут назад с битвы века.

- Да брось, Калеб! Я в порядке! – отмахнулся отец. – Лив, ты цела? Как вы оторвались от преследователей??

- О, это был просто у… - начала было Лив, но на слове «улет» ее прервал Джонни.

- Мы просто уехали, мистер Мартинес, просто уехали. Наш «Кадиллак» оказался быстрее. – он бросил грозный, предупредительный взгляд на девушку, и только сейчас до Лив дошло, что отцу, наверное, не очень понравится история, в которой его единственную дочь чуть не размазало живьем между двумя тягачами. Лив кивнула.

Отец выдохнул и посмотрел на Джонни:

- Спасибо, сынок. Ты не представляешь, что это для меня значит…

Лив, тем временем, с любопытством уставилась на доктора Калеба, который дружелюбно ухмылялся в бороду, глядя на нее.

- Да это же наша беглянка! Так-так… Улизнуть из койки через пять дней после операции на селезенке! Невероятно, просто невероятно!! Хотя… я не удивлен. Вы – дочь своего отца. Мистер Мартинес, сядьте, наконец, на стул, я должен поработать с вашими ранами! – возмущенно обратился доктор к Эйдену и Лив хмыкнула.

Эйден тяжело вздохнул и вскочил, показав пальцем на Лив:

- Калеб, все, что угодно, но сначала осмотри ее и Джонни.

Лив и Джонни в голос запротестовали:

- Нет, я в порядке, ничего не нужно, отец, не будь занудой! – последнее добавила, конечно, Лив, скинув ноги на пол и продолжая набивать рот картофелем.

Но Эйден был непреклонен, и под негодующие ругательства доктор Калеб все же осмотрел лицо Лив, заглянул ей в глаза фонариком, за что получил картофелиной, брошенной ему в бороду, и, наконец, ощупал внутренние органы девушки, которая сгорала от стыда перед Джонни, отцом и Брайаном, с интересом следящими за действиями Калеба.

Наконец, доктор оставил ее в покое, констатировав сотрясение мозга, ушибы и ссадины, не считая разбитой губы, и переключился на Джонни. Вскоре и юноша уже сидел с довольной физиономией супергероя с забинтованной рукой в районе плеча, куда угодила пуля, и даже сам Эйден сломался перед его напором и сел на стул, скинув рубашку и обнажая свои кровавые раны и крепкое, не по годам подтянутое тело.

Закурив, он завел разговор с Джонни и Брайаном, а Лив снова легла на спину, уложив голову на ручку дивана и установив себе на живот тарелку с картошкой, почти не вникая в их серьезный, перемежающийся ругательствами, треп.

- Как он вообще посмел??? – громыхал Эйден, метая искры своим яростным взглядом. – Вызвал мою дочь, сказал явиться одной, а сам устроил засаду из полсотни подготовленных солдат! И вертолеты! Вер-то-ле-ты!!! Да если бы Оливия мне не позвонила, вы были бы уже мертвы!

Эйден зарычал и грохнул кулаком по столу.

- Тише, тише, мистер Мартинес! – приговаривал Калеб, обрабатывая его раны.

Джонни кивнул и вскочил с кресла, стремительно зашагав из угла в угол.

- С другой стороны, - начал он, - если бы Уолш был уверен, что Лив приедет одна, он бы не собрал целую армию… Значит он думал, что за всем этим стоите вы…

Эйден нахмурился.

- Похоже на то… Но почему? Мы же собирались соединить семьи? Его сын мог получить мою… Не хочу даже думать об этом… Зачем он пошел против меня?

Джонни остановился.

- Может быть, он не верил в соединение? Может, он подумал, что вы готовите подставу, потому что Лив дала отпор этому треклятому… Блейку, и он решил, что это ваш план? Уничтожить его изнутри, усыпив бдительность?

- Он же сказал, что не знал о намерениях сына отправить четверых убийц к Лив и Джессике домой! – гневно воскликнул Эйден.

Лив вдруг ухмыльнулась и с полным ртом заявила:

- Отец, ты всегда веришь не тому, кому нужно! Как ты вообще заделался президентом преступного мира этого города???

Джонни выразительно посмотрел на Лив, но отец не обиделся, а только с горечью вздохнул.

- Лив. Я так жалею, что не поверил тебе сразу! Прости меня, я надеялся, что когда мы снова будем вместе, я компенсирую тебе несчастные годы одиночества, но… только сделал все хуже. Прошу тебя. Дай мне еще один шанс. Шанс все исправить! – с невообразимой болью в голосе проговорил он.

Лив удивленно таращилась на него, забыв даже прожевать. Это несокрушимый крестный отец Эйден Мартинес сейчас с таким подавленным лицом сидит перед ней? А может ее отец действительно раскаивается??? Лив вздохнула и проговорила:

- Отец. Я злюсь на тебя, как тысяча собак. Но ты не сможешь исправить то, что шестнадцать лет стерли в тебе отцовские чувства по отношению ко мне. Мы не сможем это исправить. От того, что ты будешь потакать моим капризам, ты не сделаешь мою жизнь счастливой. Я одинока – и это факт. Но ты можешь изменить будущее. Просто доверяй мне. Совсем не обязательно вечно дышать мне в затылок. Может, тогда я перестану злиться и обзывать тебя старым ослом. Да, вермишелька? – с ухмылкой спросила она Брайана, который хмуро слушал его монолог.

Брайан закатил глаза и проговорил:

- Боюсь, обзываться ты никогда не перестанешь, мисс Оливия.

Отец вздохнул и вдруг устало улыбнулся.

- Я сделаю все, что в моих силах, дочь. Итак. Что мы имеем?

- Генри Уолш будет собирать союзников. – сказал Джонни, присев на ручку кресла. – И у него их довольно много. Преступные группировки латиноамериканцев на юго-западе города, Чайна-таун, представители японских мафиозных семей…

- Нам нужно сделать то же самое. – кивнул Эйден, затягиваясь. – На нашей стороне Бруклин, Манхеттен, Деловой квартал, районы полуострова… Но этого мало. Нужен Оливер. – жестко проговорил он, и Джонни кивнул.

- Я возьму разговор с отцом на себя. Думаю, он не откажет старому другу в помощи, чтобы расквитаться за свою невестку…

Лив вздрогнула. Она почти забыла, что Джонни любил Джесс и собирался жениться на ней… Почему-то в последнее время она привыкла считать его СВОИМ защитником, а не блюстителем собственных интересов и внутренних мотивов поквитаться с Блейком.

- Отлично. – кивнул Эйден. – Если что-то пойдет не так, сообщи мне, я подключусь к переговорам. Остается банда Райана Миллса на севере… Брайан, займись. – отец глянул на своего советника и тот кивнул, не отрываясь от бумаг. – Группировка ливийцев на юго-востоке… Это я сам… Террористы Исламского государства, осевшие на северо-западе города… Брайан, сообщи Дейву, пусть переговорит. – Брайан снова кивнул. – И… Гарлем. – отец вздохнул.

В Гарлеме обитали самые свирепые группировки афроамериканцев «Острый нож» и «Красные», а также многие другие, которые так старательно выкашивал Эйден последние несколько недель.

- Проклятье. – ругнулся Джонни. – Они ни за что не согласятся, после того, как вы…

- Почти истребили их великую и столь ущемленную в правах чертовой Америкой расу. – язвительно закончила Лив. – Я поговорю с ними, отец.

- Что-о-о??? – закричали одновременно Эйден, Джонни, Брайан и даже доктор Калеб, и Лив вопросительно подняла брови.

- А что такого-то?

- Дочь, да ты хоть понимаешь, что если белый человек, а тем более девушка, заходит в Гарлем, то живой ей уже оттуда не выйти??? Они убивают всех, кто ступает на их территорию, они – потомственные убийцы! – вскричал отец. – А если они вдруг прознают, что ты – моя дочь!.. Нет, нет, ни за что!!! Это исключено!!!

- Отец прав, Оливка. – кивнул Джонни. – Они даже спрашивать не станут, что ты там забыла. Просто стреляют и выбрасывают твое тело где-нибудь в ближайший мусорный бак. Ты туда точно не пойдешь.

Лив раздраженно посмотрела на них.

- Да вот еще! Стану я бояться этих нигге… - отец покачал головой, не давая Лив закончить ругательство. – Этих афроамериканцев! Ничего они мне не сделают.

- Нет! – хором крикнули Эйден, Джонни и Брайан, и Лив насупилась, с упреком посмотрев на последнего:

- И ты туда же, шпала…

- Ладно. С ними потом решим. – вздохнул Эйден. – Лив. Тебе лучше остаться здесь на несколько…