Безумный март в Питере - Ольга Скляренко

гостиной, найду себе какое-нибудь старое кино или дурацкое развлекательное шоу, буду тупить в ящик и ни о чем не думать.

Звонок Томки застал меня как раз, когда я уже с чашкой дымящегося напитка угнездилась на диване, закутавшись в плед и лениво щелкала пультом от телевизора.

– Яна, господи, во что ты там вляпалась? – сразу же накинулась она на меня.

– И тебе доброе утро! – миролюбиво ответила я.

– Какое доброе утро? С ума там сошла? Уже день давно, скоро темнеть начнет!

– Ну тогда добрый день!

– Тебе бы все ржать! Ян, что там у вас происходит?

– Тома, ну наверняка Пашка вам уже все рассказал. Убили сначала его секретаршу, а вчера еще и его бывшую, Милану эту. А я просто оказалось не в том месте не в то время.

– И ты считаешь, что это нормально? И это не повод для беспокойства?

– Нет, не считаю. Но и в панику впадать не собираюсь.

– Ян, – внезапно Томка понизила голос. – Скажи честно, тебе совсем-совсем не страшно?

– А почему мне должно быть страшно? – удивилась я.

– Ты что, не понимаешь? Кто-то убивает близких Павлу людей. Кто знает, кого будут убивать следующим?

– Да почему ты решила, что будут еще убийства? – засомневалась я, но настроение стало портиться.

Я отставила чашку, вкус напитка внезапно показался мне горьким.

– Яна, Ванечка сегодня утром кому-то звонил в Питер. Кажется, у него тут есть какие-то знакомые. В следственных органах. Я толком ничего не поняла, но мне показалось, что он что-то узнал. Очень плохое.

– Что именно? – я невольно начала поддаваться панике.

– Говорю же, не знаю. Он мне ничего не сказал. Только бросил, что тебе надо быть осторожней. Понимаешь?

– Да что ж вы пристали ко мне со своей осторожностью! Пашка меня в квартире запер, запретил даже нос из дома высовывать. Куда уж осторожней-то? Ты бы чем меня пугать, лучше бы выпытала у своего Ванечки, что именно он нарыл по своим каналам?

– Выпытаю. Не сомневайся, – заявила Тома. – Но только и ты, Ян, пожалуйста, без глупостей. Сиди дома, и без всяких твоих идиотских фокусов.

– Веришь, пока ты не позвонила, даже в мыслях не было. А сейчас прямо-таки стало тянуть на подвиги. Запретный плод, знаешь ли…

– Яна! Ты хоть раз можешь отнестись ко всему серьезно и без твоих вечных шуточек?

– Я постараюсь, – пообещала я.

– Ну ладно. А теперь давай, рассказывай.

– Что рассказывать?

– Про вчерашний вечер. Ты же, насколько я поняла, умудрилась в тюрьму попасть.

– Не в тюрьму, а в изолятор временного содержания, – авторитетно заявила я и начала рассказывать Томке про свои злоключения.

Мы протрепались еще полчаса. Я немного успокоилась и, кажется, даже немного повеселила мою паникующую подругу. Томка еще раз пообещала хорошенько расспросить своего Стрельцова о том, что ему удалось узнать, и заставила меня поклясться своим здоровьем, что буду сидеть тихо в квартире и ждать Пашку. После чего мы распрощались, договорившись созвониться завтра.

Я отложила телефон и задумалась. По телевизору шел какой-то детектив, герои с трагическими лицами обсуждали зверское убийство женщины. Я поморщилась и выключила ящик, убийств мне и в жизни хватает. Даже с лихвой.

Тишина показалась мне зловещей. За окном завывал ветер, громко тикали огромные напольные часы в гостиной. Я взяла чашку с остывшим кофе и пошла на кухню. Надо было подумать об ужине и скинуть Пашке список продуктов.

Звонок в дверь застал меня, когда я задумчиво созерцала внутренности холодильника. От неожиданности я вздрогнула и чуть не уронила тарелку с остатками салата.

«Пашка уже вернулся, что ли», – подумала я, борясь с подступившей паникой. Потому что я поняла, что Пашка бы открыл дверь своим ключом.

«Сиди тихо и не дергайся!» – попыталась уговорить я себя. Но ноги сами меня понесли к входной двери. Чертово любопытство.

Звонок повторился. Я аккуратно приблизилась и заглянула в глазок. Увиденное поразило меня настолько, что я застыла, как статуя. Вот уж кого я тут не ожидала увидеть.

– Яна! Открывай! Я знаю, что ты там. Надо поговорить.

В детстве мама часто говорила, что надо было назвать меня Варварой, и дразнила меня стишком, про то, как любопытной девочке с этим именем оторвали на базаре нос. И она была права, все дурацкие происшествия со мной случались именно из-за него, из-за любопытства. Вот и сейчас я поняла, что не в силах с ним бороться и открыла дверь.

Инга вошла в прихожую, обдав меня ароматом каких-то тонких и сложных духов, наверняка дорогих и модных. Выглядела она на все сто – норковая шуба в пол, идеальная прическа, которую почему-то пощадил беснующийся на улице ветер.

– Что тебе надо? – не слишком вежливо поинтересовалась я. – Павел на работе.

– Я знаю, – Инга неуловимым движением скинула шубу и пристроила ее на вешалку. Потом уверенно прошла на кухню. – Я пришла к тебе.

Я поплелась за ней следом, гадая, что именно хочет мне сказать Пашкина однокурсница и глава юридического департамента. Судя по взгляду, ничего хорошего от разговора мне ждать не приходилось.

– И зачем я тебе понадобилась? – я встала в дверях, наблюдая, как Инга занимает место за столом, брезгливо отодвигая грязную посуду, которую Пашка после завтрака не удосужился убрать за собой.

Она смерила меня таким взглядом, что я тут же почувствовала себя черт знает кем. Ну да, я даже еще не успела умыться и причесаться, так и бродила по дому в пижаме, в которой спала. По сравнению с этим образцом офисного стиля я выглядела замарашкой. Да и кухня явно нуждалась в тщательной уборке. Что говорило обо мне, как не о самой лучшей хозяйке.

– Кофе мне не предложишь? – осведомилась она светским тоном.

– Не предложу, – грубо отрезала я. – Говори, зачем пришла и уходи. У меня дел полно.

Инга снова оглядела меня с головы до ног.

– Не понимаю, – пробормотала она себе под нос. – Что Павел в тебе нашел? Уму непостижимо, что он так носится с тобой.

– Ты пришла, чтобы поговорить о сексуальных предпочтениях Павла? – я едва сдерживалась. Даже Милана, пусть земля ей будет пухом, не вызывала у меня такой ненависти, как эта надменная стерва.

– Послушай меня, – резко ответила Инга. – Я не знаю, что именно тебе надо от Кольцова, и какова твоя цель. И главное, на кого ты работаешь. Но я тебе не Павел, меня красивыми глазками не проймешь. С тех пор как ты появилась в его жизни, у него все идет наперекосяк. И я ни минуты не сомневаюсь, что все эти кражи флэшек и документов и, тем более,