Не влюбляйтесь в Джонни Джека - Алина Алексеевна Титова

меня, как у курицы, а чувство самосохранения отсутствует напрочь. Но тогда мысль казалась мне гениальной, несмотря на то, что вокруг был абсолютно незнакомый район другой страны, причем, как упоминалось ранее, не самый благополучный район.

Я брела, брела без надежды уже наткнуться на нужное место, как вдруг услышала:

–Эй,детка! Я думаю, ты хочешь поразвлечься, м?

На ломаном английском я попыталась объяснить, что в развлечениях не нуждаюсь и мне бы выйти на главную улицу. Но грязно-одетый и мерзко пахнущий субъект, который ко мне обратился, отказывался понимать меня и уже начал распускать руки.

Резко ударив его по рукам, я развернулась и бросилась бежать.

Я бодро неслась вперед, как внезапно врезалась в кого-то и упала ничком на землю. Приятного было мало, но страх был сильнее, поэтому я очаровательно улыбнулась и, тыкая пальцем назад, попыталась объяснить, что меня преследуют. И я уже было отчаялась, но молодой человек, оказавшийся приятным, спросил меня на чистейшем русском языке: "Первый раз в Ирландии?".

Я судорожно кивнула, субъект-помощник подал мне руку, смерил взглядом моего преследователя и что-то тихонечко сказал на английском. Я даже не расслышала, так что о понимании и речи не идет, но мой преследователь внезапно развернулся и, как ни в чем не бывало, отправился в обратный путь.

А мой спаситель тем временем представился:

–Я – Дмитрий. Рад, что смог помочь очаровательной барышне. Не хотите зайти, согреться, что-нибудь выпить?

–Алиса, и да, я принимаю ваше предложение,– ну отказывать и впрямь было неудобно после того, как человек мне помог.

Мы прошли в полутемное помещение, в котором, как ни странно оказалось уютно. Повсюду развешаны пучки вкусно пахнущих трав, названия которых я точно не знаю, вся мебель была из дерева, скатерти и шторы весьма опрятные, светло-бежевого оттенка, ну и, конечно, живая музыка…В Ирландии без нее никуда. Звуки волынки уже навевали на меня прежнее ощущение сказочности, а эль согревал тело и душу. Я беспричинно улыбалась и, как всегда в момент алкогольного опьянения, была безмерно счастлива.

Дмитрию, видимо, надоело молча смотреть на меня, и он спросил:

– Ну как, нравится?

–Разве по мне не видно?– засмеялась я.

–Видно, видно…Давно в этих краях?

–Всего третий день, но я уже обожаю эту страну. Я бы переехала сюда жить…

–И что мешает?– осторожно спросил мой собеседник. В этом вопросе уже звучала не просто вежливость, но и неприкрытое любопытство.

– Да ничего. Возможно, действительно, займусь этим вопросом позже. Что касается того, одинока ли я, то мог бы спросить и прямо. Да, я одинока и счастлива, что все именно так, – тут я, конечно, лукавила.

–Мне кажется, алкоголь развязал тебе язык. Мы перешли на ты, даже я бы сказал, перепрыгнули. И ты стала достаточно резковата. Я не нравлюсь тебе?

Кстати, он был неплох, пепельный блондин, высок, серые глаза, широкие плечи…Но мне он казался каким-то холодным, серым, безликим…

–Нет, не нравишься. Ты ледяной, – говорила я и почему-то ничего не опасалась. Алкоголь отключил мое чувство самосохранения, как, впрочем, и вежливость.

Лишь на секунду в его глазах я увидела ярость, но он рассмеялся.

–Зато ты мне нравишься своей прямотой. Но набиваться не буду, в друзья тоже, но могу показать много интересных мест в городе, как новенькой.

–На это я с радостью соглашусь, Дмитрий,– после его взгляда защитный инстинкт все-таки сработал и я решила расположить его к себе методом всех «продажников»-почаще называть его по имени. Но мне казалось, что на нем этот метод не действует.

–Я провожу. Где гостиница?

Я назвала адрес, договорилась о встрече на завтра с целью осмотра достопримечательностей и сбежала под крыло своего гостиничного номера. Алкоголь уже выветривался, и в компании ледяного Димы становилось страшно.

Я бросила на столик темную визитку актера со смешным именем, рухнула в кровать и уснула без сновидений.

Утро встретило меня состоянием удрученности и безысходности, несмотря на прекрасную солнечную страну, пение птиц за окном и радующую глаз зелень. Было ощущение, что все в моей жизни не так, что все, что я делаю – это фарс. Не хотелось вставать с постели, не хотелось радоваться, не хотелось ни есть, ни пить, ни гулять. Не хотелось просто жить.

Так я и лежала ничком на кровати, пока не услышала залихватский свист. Он разбудил во мне немного любопытства, и я сползла с кровати и подошла к окну. За окном стоял Дмитрий, увидев меня, он помахал рукой и жестами показал, что приглашает на прогулку. Хотя мне и не хотелось никуда идти, но отказывать ему почему-то опять было неудобно.

Я кивнула, вздохнула печально и отправилась собираться. Натянув простые джинсы и черную футболку, я показала своему отображению в зеркале язык и спустилась вниз.

–Привет.

– Привет. Мне кажется, даже тучи сейчас жизнерадостнее тебя.

–Возможно, куда идем?

– Прогуливаться по старым улочкам,– улыбнулся Дмитрий.

Вообще он был довольно мил. Ямочки на щеках сглаживали его холодность и ледяные глаза. Вспышек ярости в его глазах я сегодня не замечала. Он был довольно неплохой рассказчик, поэтому я очень быстро увлеклась прогулкой. Мы проходили какие-то старинные домики, мне опять вспоминались всевозможные сказки, голос моего спутника потихоньку убаюкивал…

Мы прошли через какую-то улочку мимо фонтана и уже собирались войти в арку, когда я увидела человека, висящего на веревке прямо в арке. У него был высунутый синий язык и выглядел он безусловно жутко. Я крепко вцепилась в Димину руку и зажмурилась. Я даже не кричала, я была в таком шоке, что со мной можно было делать что угодно. Когда я вновь открыла глаза – картина не изменилась, только Дима, оправившийся от шока раньше меня пытался вырвать свою руку из моей. Наконец у него получилось, и он подбежал к висельнику. Он тряс его, как безумный и что-то шептал. Я расслышала только: «Артур, Артур, ну как же так…». Дима чуть не плакал, я просто смотрела на это все молча… И лишь почувствовав, что по моей щеке катится слеза, я отмерла.

–Дима, Дима, надо вызвать полицию.

Дима отмахивался от меня и держал за руку висельника. Я вспомнила, что в гостинице мне давали номера телефонов экстренных служб, нашла их в своей сумке и кое-как вызвала полицию.

Пока мы ожидали приезда полицейских, я села на тротуар, закурила и смотрела на то, что происходит. Дима уже действительно обезумел, он сдерживая слезы стоял и обнимал висельника. Вокруг уже собралось порядочно людей, фонтан– место достаточно популярное. Мне было жутко.

Я обратила внимание, что висельник