Татьяна Луганцева - Шоу гремящих костей

Ознакомительный фрагмент

Яна, просмотрев весь спектакль до конца, поняла, что любой из артистов мог написать Алевтине эти записки и оторвать голову ее котенку. А судя по финальным аплодисментам и букетам цветов, которыми завалили Алевтину, запросто могли бы оторвать голову и ей самой. Только еще одной актрисе подарили цветы — букет роз матери Яны; давний поклонник, любивший Люсю всю жизнь и сейчас сидевший в первом ряду, преданно смотрел на нее. Это и был тот самый Илья Ильич, о котором мама рассказала Яне еще в Москве.

Яна поприсутствовала еще на двух представлениях, идентичных первому, и отметила для себя, что игра Алевтины отличается стабильностью. Она, казалось, ни капли не устала, все также приветливо общалась с детьми, раздавала им подарки, отвечала на их вопросы, не оставляя без внимания ни одного ребенка. Другие актеры играли, если это можно было назвать игрой, со все меньшим воодушевлением и все грустнее с каждой елкой. Только поцелуй Герды становился все более эротичным и затяжным. Видимо, после каждого спектакля артисты отмечали приближение Нового года, то есть встречать его начали вместе с жителями Камчатки и дальше двигались по необъятной России.

Последнее представление закончилось в семь часов, и дети с подарками, а родители с чувством выполненного долга пошли по домам. Яна, совершенно одуревшая от спектаклей, следующих друг за другом, пошла в буфет, купила шампанского и бутерброд и принялась уныло жевать.

Через двадцать минут к ней присоединилась Алевтина с распущенными волосами и в красивом, длинном, вечернем, красном платье. Грим она сняла весь, оставив только блеск на губах. Ее длинную шею обвивало белое боа из перьев.

— Я переоделась… знала, что ты зайдешь сюда перекусить, — улыбнулась Аля, и Яна заметила, что она смертельно устала. — Я видела, ты отсидела все три представления. Только зачем?

— Мне это нетрудно… я должна была окунуться в вашу жизнь, посмотреть на людей, с которыми ты работаешь… Я-то просто сидела, а вы повторяли одно и то же три раза подряд. Как вы выдерживаете?

— Обычная работа, — пожала плечами Алевтина, — отыграть три елки это не самое страшное, что может быть. Как же работают врачи, принимая одного человека за другим, учителя, объясняющие одну и ту же тему, рабочие на конвейере, проделывающие одну и ту же операцию сотни раз?

— Актриса отдает свою душу зрителям, свою энергетику, свои эмоции, — возразила Яна, — и ты отдаешь все это на этих представлениях очень добросовестно.

— Спасибо. По-другому я не могу. Знаешь, Яна, пойдем в ресторан, посидим, поедим по-человечески.

— Ты устала…

— Ты этого больше не заметишь, обещаю! — ответила Аля и потащила Яну за собой. Ресторанчик представлял собой полуподвальное помещение без окон и без кондиционеров. Здесь был полумрак, застоявшийся сигаретный дым висел плотной пеленой в воздухе, словно туман на дороге. Обычные крашенные в кремовый цвет стены, тяжелые дубовые скамейки и столы, темные из бархата портьеры на дверях, явно театральные, предстали перед глазами вошедших девушек. Алевтина с Яной уселись за стол.

— Кухня здесь без особых изысков, но вполне домашняя и добротная, — пояснила Алевтина, открывая меню.

— Кого я вижу! — раздался басистый, мужской голос. — Наша начинающая звездочка Алечка с какой-то сногсшибательной блондинкой. Алечка, тебе не кажется, что ты переиграла в детских спектаклях? Ты в своем наряде похожа на Деда Мороза!

К ним приближался мужчина среднего роста, среднего телосложения, с худым, подвижным лицом, вьющимися черными волосами и веселыми темными глазами.

— Здравствуйте, Арнольд Иванович, — поприветствовала его Алевтина, и ее зеленые глаза заискрились весельем. — Арнольд Иванович является владельцем этого ресторана, — пояснила она Яне.

— Алечка, познакомь меня со своей подругой-красавицей.

— Яна Карловна, — гаркнула Яна.

— Очень приятно. Почему я вас раньше не видел? — поинтересовался хозяин ресторана.

— Яна приехала из Москвы, — пояснила Аля.

— О! Она, наверное, известная артистка, — обрадовался Арнольд Иванович. — Вы такая же недоступная, как и наша Алечка? — обратился он к Яне.

— Я очень доступная, — успокоила его Яна, — только вы сами не захотите со мной общаться.

— Это вы зря так думаете. Мы красивым женщинам всегда рады! Не присоединитесь ли к нашему столу? — указал он на дальний столик, где сидели пять здоровенных парней с бритыми головами, не обремененными энциклопедическими знаниями.

— Нет, спасибо, у нас с подругой своя свадьба, — отказалась Яна.

— Присоединяйтесь к нам, девочки! У нас будет весело, придет Дед Мороз, — уговаривал девушек Арнольд Иванович.

Яна с Алевтиной остались непреклонны.

Они съели по салату и блинчики с красной икрой, выпили кофе. Алевтина не стала пить шампанское и выпила только минеральную воду.

— Ведь Новый год! — уговаривала ее Яна, которая уже слегка окосела, пытаясь справиться с бутылкой дорогого шампанского в одиночку.

— При моей профессии очень опасно пить спиртное по вечерам. Организм быстро привыкает к этому способу снятия стресса, поэтому я дала себе слово вообще не пить ни при каких обстоятельствах, — пояснила Алевтина.

— Какая ты вся правильная, — выдохнула Яна, и Алевтина почувствовала небольшое раздражение в ее словах.

— Яна, я не виновата, что ты вынуждена сидеть здесь со мной в этом темном, вонючем углу в Новый год, я этого не хотела, — искренне пояснила Алевтина.

— Извини. — Яна достала сотовый телефон и набрала номер Ричарда, никто не отвечал, тогда она набрала свой домашний номер. Трубку взяла ее домоправительница Агриппина Павловна. — Это я — Яна! Как у вас дела? — поинтересовалась Яна. — Ричарду звоню, он не отвечает, он не очень обиделся, что я уехала с мамой?

— Ричард, конечно, был расстроен, но он уже привык к твоим выходкам. Дело в том, что у него случилась неприятность…

— Что еще? — встревожилась Яна.

— Его друг, заместитель Игорь Андреевич поехал на Новый год в горы кататься на лыжах, поднимался там со своей девушкой по канатной дороге, и у них сломался подъемник, они чудом остались живы.

— Какой ужас!

— Игорь Андреевич, когда пришел в себя, врезал по физиономии хозяину этой дороги так, что тот теперь находится в больнице, а сам Игорь Андреевич в тюрьме. Ричард как бывший адвокат срочно бросил все дела и вылетел его вызволять из-под следствия, хотя бы под залог. Так что его, как и тебя, нет дома.

— Грустная история.

— Он пытался связаться с Асей и Сергеем, но до них не дозвонился, — продолжала Агриппина Павловна, рассказывая Яне об ее лучшей подруге Асе и ее парне Сергее, который также приходился внебрачным сыном Ричарду. — Они отдыхают где-то высоко в горах, там не берет никакая связь. Ты же знаешь любовь Сергея ко всему экстремальному! Все как с ума посходили, увлекшись этими горными лыжами, будь они неладны! А что ты хотела?

— Просто поздравить с наступающим Новым годом и еще раз извиниться, — грустно сказала Яна, понимая, что если с Алевтиной ничего не случится, то при всем ее уважении к ней она сама ее убьет на месте. Из-за нее она должна сидеть в этой клоаке и слушать недвусмысленные намеки этого дегенерата Арнольда Ивановича и ощущать на себе его похотливые взгляды.

— С Новым годом и тебя тоже, детка, — поприветствовала ее домоправительница, — поскорее возвращайся домой.

Яне стало совсем грустно. Они посидели с Алевтиной еще немного в ресторане, Яна станцевала пару танцев с прилипшим к ним как банный лист Арнольдом Ивановичем. Потом они вернулись в комнату Алевтины, включили маленький телевизор и уселись перед ним с коробкой конфет и пачкой печенья.

За пять минут до наступления Нового года в дверь постучали, и к ним в комнату ввалился изрядно выпивший Дед Мороз с бутылкой коньяка.

— Мне сказали, что в этой комнате сидят и скучают две очаровательные девушки. Это не дело! Я — ваш подарок!

— Это здорово! — засмеялась Алевтина. — Будем встречать Новый год с Дедом Морозом.

Алевтина усадила на свободный стул нежданного гостя. Она налила Яне шампанского, Деду Морозу коньяка, а себе минеральной воды. Под бой курантов они встали, поздравили друг друга с наступившим Новым годом и выпили. Яна ощущала себя очень странно в этой компании, каждый удар часов больно отдавался в голове.

— С Новым годом! Ура!!! — поздравил всех Дед Мороз, у которого борода и усы сдвинулись в сторону. — Я пойду к ребятам, там меня ждут! Не хотите присоединиться Снегурочками?

— Нет, спасибо!

Он осушил еще одну рюмку и, пошатываясь, вышел из комнаты Алевтины.

— Вот и чудненько! — сказала Аля. — Очень неудобно перед вами, Яна, куранты отзвенели, а я все еще жива и невредима.

— Сплюнь, — мрачно ответила ей Яна, она не могла понять человека, который в Новый год чокается бокалом с минеральной водой. Что-то было в этом ненормальное.