Фальшивый золотой ключик - Дарья Александровна Калинина

– Что вы его слушаете! – взорвался Саня. – Он и Валю не похищал! И Таню никуда не увозил! Он все врет!

– Признаюсь, хотел у вас последние три ключа выманить. Не знал еще, что первые три я, разиня, где-то в подземелье потерял. Думал, шесть ключей у меня соберется, все. Я – король!

– Король! Ты сам признался. Значит, седьмой ключ ты тоже нашел!

– Не было его в пещере. Я там каждый сантиметр с фонариком обшарил. Под все камни заглянул. Не было там седьмого ключа!

– Был! Просто ты его не нашел. Или нашел, но не признаешься. Надеешься, сам сумеешь его использовать. Только ничего у тебя не выйдет. Ты отправишься за решетку, где тебе самое и место!

– За что?

– За убийство!

– Я не убивал вашего Захарыча.

– За похищение!

– Никого не похищал.

– А Валю с Таней?

– Это была шутка. Пошутил я с ними по-родственному.

– А ружье? Ты нам ружьем угрожал!

– Ты думай, что говоришь. Кто бы мне, уголовнику со справкой, настоящее оружие продал? Это игрушка. Шариками стреляет. Из такого карабина и ворону не подстрелишь, максимум воробья, да и то, если в глаз ему угодишь.

– Но мы этого не знали! Мы думали, ты нас убьешь! И ты нас связал!

– Сами себя связывали. Я вас лишь попросил. Могли бы отказаться.

Признавать своей вины Сталкер упорно не хотел. И признаваться в том, что седьмой ключ находится у него, тоже не собирался. К тому же у него было свое мнение об исходе Игры.

– Вы можете мне не верить, но я вам точно говорю, есть еще кто-то, кто играет против всех нас. Я не знаю, что это за человек и каковы его мотивы, но все мы просто пешки в его руках. Он нами двигает, как ему заблагорассудится. А понадобится, так и убирает вовсе. Это он убил Бориса Захаровича! Он, а не я!

Но вычислять, что это за какой-то мифический персонаж в Игре появился, было делом затруднительным. Куда проще было обвинить во всех грехах Сталкера, что все и поспешили сделать. И игроки, и полиция были единодушны в своем мнении. Виновен во всем Сталкер. Одна Таня пыталась защитить брата, но ее никто даже слушать не стал. Понятное дело, сестра, вот и встала на защиту. Да и не говорила Таня ничего конструктивного. Одни лишь эмоциональные всплески на уровне, что «Ваня не мог этого сделать! Не такой он человек!»

– Ага, – ворчал Никита, – знаем! Не такой! Видели, какой это человек! На собственной шкуре прочувствовали. До сих пор лодыжки от его пут болят.

– Посидела бы ты, Таня, с нами, – добавил Саня, – когда мы уже ни рук, ни ног не чувствовали. Небось не так бы сейчас запела!

И Саша вынужден был молчать. Хотя и ему тоже казалось, что обвинять Сталкера во всех смертных грехах – это как минимум поспешно. В итоге Таня разругалась с мужем и Никитой и ушла.

– Сходи за ней! Уговори!

Саня все еще считал Сашу своим личным помощником. Распоряжался им как рабом. Ни пожалуйста, ни спасибо, все в командирском тоне. Саша сам диву давался, зачем он это все терпит. Впрочем, понятно зачем. Нет, не из-за миллиона евро, что ему тот миллион. Все дело было в Тане. И поэтому Саша послушался. Вдвоем с Бароном они побежали за ней. Таня ушла недалеко. Стояла у березы и плакала, обняв белый шелковистый ствол. Но, увидев Сашу, быстро отвернулась и отошла.

Поговорить с ней Саше удалось лишь после того, как они вернулись на Дачную, 13. Саша долго разыскивал Таню по всему дому, но нашел он ее в саду. Стоя у розового куста, на котором оставался всего один последний цветок, Таня разговаривала о чем-то с Костей. Подойдя к ним поближе, Саша услышал, что говорит Костя. Речь у них шла о цветах.

– А вот эта моя роза так и называется «Капризница». Вырастить ее чрезвычайно трудно даже в благоприятном климате. А уж у нас, я думаю, такой больше ни у кого в саду и нету. Нравится она тебе?

– Да, она прекрасна.

– Это ты ее еще в полном цвету не видела.

– Очень жаль.

– Это моя самая любимая роза. Никогда не надоедает любоваться ее красотой. А в этот раз просто не смог удержаться, хотелось, чтобы она все время была рядом со мной. Поэтому незадолго перед вашим приездом я срезал с нее цветы и взял их в дом. Поставил в большую вазу и наслаждался ими ежеминутно.

– У нее еще и аромат чудесный.

– Я же говорю! Если в Раю и растет какая-нибудь роза, то это она! Моя «Капризница»!

Саша и раньше знал, что Костя увлеченный садовод. Весь сад у него благоухал. Но за Таней раньше такого интереса как-то не наблюдалось. Хотя она ведь женщина, а все женщины сродни цветам.

Когда Костя ушел в дом, Таня повернулась к Саше.

– Ты это слышал? – спросила она у него. – Как они все на него накинулись!

– Обстоятельства задержания твоего брата весьма подозрительны.

– Сама знаю. Но что же делать? Ваньку теперь снова посадят!

– Может, еще и не посадят.

– Все против него! И обстоятельства, и люди!

– Но если твой брат был в Хибинах…

Саша имел в виду, если у Сталкера окажется алиби на время убийства Бориса Захаровича, то дело в шляпе. Ведь если Сталкер лазал в это время по Хибинам, тогда еще не все потеряно. И у Сталкера есть отличный шанс выйти сухим или почти сухим из этой заварушки.

Но Таня сразу зарубила все эти надежды на корню.

– Ах, да не был Ваня ни в каких Хибинах! Не ездил он туда даже! Он это Вале сказал, потому что достали они его изрядно. Отдохнуть он от их приказаний хотел. А то взяли манеру гонять его словно Сивку-Бурку туда-сюда!

В этом братьям не было равных. Но если алиби у Сталкера не было, то дело приобретало еще более крутой замес. Саша совсем приуныл.

Но тут Таня сказала:

– Я ведь кое-что еще вспомнила.

– Что?

– Это касается Бориса Захаровича. Я ведь была у него, когда он разговаривал по скайпу с кем-то из организаторов.

– Это важно, потому что доказывает, что у Захарыча был прямой контакт с ними! А у Сани?

– Нет. У него нет. Не знаю, почему организаторы выбрали в качестве поверенного лица именно Захарыча. По мне, так он был противный старый развратник. Саня куда миловиднее и приятнее. Но это, конечно, мое личное мнение.

– Конечно, – подтвердил Саша,