Охота за семью гномами - Алёна Александровна Комарова

тех, кто не сидит на диете, не смотрит на часы, когда ест, и не считает калории (чтоб им пусто было!). Желудок предательски отозвался на вид песочного печенья, и Рита не устояла перед сладким соблазном. Взяла, откусила и смахнула крошки с матовой поверхности стола.

Сергей умел хорошо молчать. Рита тоже умела, но события последних дней — убийства и покушения — подсказывали, что, вопреки устойчивой поговорке, разговоры — это золото.

— Вы расстроены? Да? — не могла она удержать сочувствие. Хотя иногда называла это любопытством. — Одно не могу понять, почему ваш бухгалтер решил покончить с собой в этом отеле? Там, где вы празднуете триумф.

— А кто сказал, что он покончил с собой?

— Кузнецов. А вы так не считаете?

— Я считаю, что человек, который любит жизнь, семью, работу, не станет вешаться, стреляться, топиться.

Рита удивленно повела бровью и удивленно на него уставилась. Мужчина казался старше своих лет. Возможно, борода его старила. Хотя этот новомодный аксессуар лица — «симптом» нынешней молодежи. Да простят ее все бородоносители, но не могла она спокойно смотреть на заросшие лица. И только пристальный взгляд, глубокий, как зимнее озеро, выдавал его. Он слишком серьезно смотрел на мир, что казалось — в глазах поселилась грусть. Долгая, затяжная, неизлечимая. Этим ее Сергей раздражал, но как-то мимолетно. На него нельзя было долго злиться. Воспоминания растопили ледяные мысли.

Хотелось как-то приободрить, но Рита не могла найти слова.

«Не переживайте, все наладится», — звучало банально даже в мыслях, а чтобы проговорить это вслух, не поворачивался язык.

Кузнецов бы подобное охарактеризовал так: «Ты думаешь, что успокаиваешь, но на самом деле волнуешь сильнее».

Отругав мысленно полицейского за то, что оставил после себя невидимый след пессимизма, Белозерова тут же спросила:

— То есть вы считаете, что вашего бухгалтера подтолкнули к суициду?

— Я считаю, что его убили.

— Но кому это надо?

— Если бы Кузнецов разрешил нам уехать, я бы начал свое расследование.

— На фирме?

— Почему на фирме? — опешил Сергей. — При чем здесь фирма?

— Вы считаете, что это не из-за профессии?

— Не знаю, Рита. Может быть. — Он устало вздохнул, глотнул из бокала и поморщился. — В последнее время его что-то тревожило. Мне казалось, что он что-то хочет мне сообщить. Но не торопил его. Вообще, он был скрытным человеком. Пару раз обмолвился, что сын влез в какое-то дело, то ли странный бизнес, то ли с сомнительной компанией связался. Я попытался разузнать, но он только отмахнулся, сказал, что это его головная боль и он со всем справится.

— Если у сына были проблемы, то он тем более не мог залезть в петлю. Ну, как нормальный отец.

— Правильно. Я тоже так считаю. Он говорил, что у сына не проблемы, а какое-то недоразумение. От помощи он отказался. Жалко человека.

— Понимаю. А он с вами встречался здесь?

— Вот, — оживился Сергей и повернулся к Рите, — в том-то и дело. Я все думаю, зачем он сюда приехал, если даже не поговорил со мной и Николаем. Мы приехали в пятницу днем. Кузнецов сказал, что Михаил Львович повесился в пятницу. Точное время, естественно, пока неизвестно.

Рита тяжело вздохнула и призналась:

— Если честно, я его испугалась.

— Где? — не понял Сергей. — Вы встречались?

— Да нет же. Я его испугалась, когда увидела на носилках. Хотя… — Она постучала подушечками пальцев по столу, подгоняя мысли. Но те не слушались.

— Что?

— Хотя… мне показалось, что я его где-то видела. Но… — Мысли не подгонялись, были где-то далеко, а может, даже в прошлом.

Рита категорически отказывалась идти у них на поводу и возвращаться в прошлое. Она махнула рукой:

— В отеле полно людей. Могло показаться. Но я к тому говорила, что испугалась его, потому что он был такой синий.

При воспоминании цвета кожи умершего человека она неосознанно вытаращила глаза. Он ничего не смог ответить.

— Я вообще удивляюсь, как вы его в петле признали.

— Я его не сразу узнал.

На самом деле Сергей специально пришел в бар, чтобы залить оставшиеся видения человека, висящего под потолком. Они все время стояли перед глазами. Мозг, как специально, подкидывал картинку. И ничто не могло отвлечь. Ни мысли, ни жена, ни Николай. Дома можно было сесть на тренажер и измотать всю энергию до упада. Доползти до кровати и заснуть мертвецким сном. Здесь он смог только отжаться от пола посреди комнаты, между кроватью и балконной дверью. После пары сотен раз усталость не наступала. Силы коварно будоражили кровь. Спать не хотелось, и приходилось все время возвращаться к Михаилу Львовичу (точнее, его телу). Точно зная, что барные напитки не спасение, он спустился в бар. Преследовал цель — напиться. Но, видимо, судьба распорядилась иначе, приведя к нему полуночницу Риту. Она, сама того не зная, всколыхнула постепенно затихающие эмоции.

Сергей взял всю силу воли и потребовал от себя стереть видение. Он закрыл глаза. Зажмурился. Резко открыл и повернулся к Рите.

Девушка выглядела испуганно и в то же время задумчиво. Он пожалел ее — она единственный человек, которому пришлось видеть трех мертвецов. Она явно думала о том же. Не найдя в себе возможности приободрить ее и себя, он пожал плечами и проговорил:

— А я все время пытался ему дозвониться.

— По делам? — поинтересовалась Рита.

— Я заказал аудиторскую проверку, а он не пришел на работу.

— Потому что он уже был здесь.

— Да. Григорий Максимович смотрел по регистрации. Он номер снял в двенадцать часов. Сюда он приехал раньше нас. Для чего, спрашивается?

— На встречу. Либо он хотел встретиться с вами, либо здесь у него была встреча с неизвестным вам человеком.

— Может быть. Ругаю себя, что вообще приехал сюда. Весь этот бал сплошное недоразумение. Убийство профессора, Марии. Покушение на вас, на Анну. Михаил Львович. И все это здесь. Совсем рядом. Кстати, Рита, почему вы ходите одна?

Рита опешила, но тут же пригвоздила, как кнопку в лоб воткнула:

— Потому что я одна.

Сергея это не удивило, что-то подобное он ожидал от нее услышать. Не так категорично, но обязательно в стиле «последнее слово будет за мной».

— Не боитесь?

— Боюсь, — честно призналась Рита, но делать Сергея своим телохранителем в ее чистые планы не входило. А грязных планов у нее отродясь не было. — Сергей, а ваша фирма занимается озеленением и благоустройством городов на собственные деньги или бюджетные?

— По-разному. А вы, Маргарита, хозяйка туристического агентства? Слышал от кого-то.

— Слышали правильно, — подтвердила Рита, — но я к туристическому бизнесу не имею никакого отношения.

— Да? — удивился он.

— Да.