Клинок флибустьера - Наталья Николаевна Александрова

И услышал тот же самый равнодушный голос:

— Набранный вами номер не обслуживается.

— Он что — передумал покупать у нас товар? — проговорил Косой… и вдруг его лицо резко побледнело, он открыл сумку и заглянул в нее.

— Ты чего? — испуганно спросил Шуруп.

— Чего, чего! Сам погляди! — и он ткнул открытую сумку под нос брата. Шуруп заглянул в нее… и ахнул.

Мешочка с алмазами там не было.

— Это охранник! — хором выпалили братья и стремглав бросились к лестнице.

Внизу, возле турникета, не было пузатого охранника, вместо него стояла бравая тетка в черной униформе охраны.

— А где этот… толстый? — выпалил, подскочив к ней, Шуруп.

— Какой еще толстый?! — рявкнула охранница.

— Ну, который здесь до вас стоял?

— Никто здесь до меня не стоял! — окрысилась тетка. — Сегодня с утра моя смена!

— Ну как же, мы здесь недавно проходили, он на этом самом месте стоял…

— Никто здесь не стоял! — упорствовала тетка.

— Он и сумку нашу просвечивал… — продолжал Шуруп.

— Чем просвечивал?

— Ну… этим… как его… рентгеном, наверное… аппаратом таким черным…

— Чего? — вызверилась на него охранница. — Каким еще аппаратом? Ты что, в аэропорту?

Шуруп огляделся.

Никакого просвечивающего аппарата в холле не было.

В торговом центре Клава устроила настоящий погром. Она загоняла продавщиц, капризничала, требовала все новых и новых платьев, юбок и блузок, так что Миле это надоело и она сделала вид, что знать эту скандалистку не знает.

В благодарность продавщица, которая спасалась от шума в дальнем углу зала, принесла ей очень красивый бордовый джемпер большого размера, как раз на Розалию Яковлевну. И еще шарф, чуть светлее, так что получился очень красивый комплект.

И себе Мила выбрала кучу вещей. Надо же, раньше она никогда не занималась таким грандиозным шопингом. Всё деньги экономила. А тут Клава сказала, что все оплатит, пускай она не стесняется, берет все, что понравится. И Мила взяла парочку платьев и стильные брюки, а потом еще одни, для зимы потеплее, и еще деловой костюм с юбкой (пригодится, когда работу станет искать), и еще пиджак, который очень ладно на ней сидел, а когда продавщица принесла кучу блузок, то Мила никак не могла выбрать и взяла все четыре.

— А теперь в ресторан! — объявила Клава, выйдя из магазина.

Покупки они оставили пока в магазине, потому что тащить такую гору с собой было никак невозможно.

— В ресторан? — неуверенно переспросила Мила. — А тот мужчина, с которым ты встречалась в торговом центре… он нас не найдет? Как-то ты очень шумно себя ведешь…

— Да никогда в жизни он не найдет! Питер — большой город, найти нас в нем труднее, чем иголку в стоге сена… и вообще, если не хочешь, чтобы тебя нашли и поймали, не надо прятаться под корягу, затаиваться. Так ты привлечешь только больше внимания. Надо вести себя естественно, показываться на людях…

— Ты думаешь?

— Не думаю — я твердо знаю! Мы непременно должны отметить удачную операцию!

— Да, но ты его дважды напарила, а он вроде бы человек серьезный, с такими нужно быть настороже… — Мила смотрела неуверенно, и Клава толкнула ее в бок:

— Да расслабься! Я угощаю!

— А в какой ресторан? — сдалась Мила. — Я как-то в них не очень разбираюсь… муж считал, что ходить по ресторанам — бессмысленная трата времени и денег.

— В какой ресторан? Да в какой угодно! Вон хоть в тот… видишь, прямо напротив!

На другой стороне улицы красовалась вывеска:

«Портобелло. Настоящий флибустьерский ресторан».

— Хотя не знаю… — Клава поморщилась, — какой-то он неказистый… и название отстойное…

— Ой, нет, мне нравится! — оживилась Мила, которую название ресторана навело на определенные мысли. — Пойдем туда!

— Ну, если тебе нравится — пойдем!

Девушки перешли улицу, вошли в ресторан.

Слева от входа был гардероб, в дверях которого маячил рослый мужчина с небольшой ухоженной бородкой. Он Миле определенно кого-то напоминал…

— Что ты застряла? — окликнула ее Клава. — На гардеробщика загляделась? Да ему же лет сто, наверное! Сдавай свое пальто, и пойдем в зал!

— Ты иди, а я на секунду задержусь…

— Странная ты сегодня! Ну ладно, я пойду займу пока столик! — И Клава бросила на стойку гардероба шикарный леопардовый плащ.

Мила снова взглянула на гардеробщика — и тут сообразила, кого он ей напоминает. Чтобы проверить свою догадку, достала письмо от Павла, которое она носила в сумке. После того как в ее квартиру влезли, она носила с собой все важное.

Казалось бы, какую важность может представлять использованный конверт? Ведь она уже прочитала все, что было на обороте марки. Но Мила со свойственной ей аккуратностью приклеила марку обратно и положила конверт в сумочку.

Ну да, а гардеробщик как две капли воды был похож на человека, изображенного на этой марке. Как же его зовут… ах, ну да, сэр Френсис Дрейк!

Ну да, ресторан же флибустьерский, вот они и наняли человека, похожего на знаменитого флибустьера!

Гардеробщик орлиным взором разглядел конверт в ее руках и проговорил:

— Ключ у вас при себе?

Мила не сразу поняла, что он обращается к ней и о каком ключе он говорит. Точнее, еще раньше, чем она это поняла, ее рука сама вытащила из сумки ключ. Тот самый ключ, который лежал в шкатулке с секретом. В той самой шкатулке, где теперь лежал ключ от шкафа Розалии Яковлевны.

Гардеробщик деликатно взял ключ из ее руки, оглядел и солидно кивнул:

— Все верно. Это он. Заходите.

— Сюда? — глупо переспросила Мила, кивнув на гардероб.

— Сюда, сюда!

Мила вошла. Гардеробщик закрыл за ней дверь, раздвинул висящие на вешалках плащи и пальто, жестом показал Миле, чтобы она прошла в глубину помещения.

Она сделала несколько шагов — и оказалась перед высокой резной дверью.

В этой двери было две замочные скважины.

Гардеробщик